сергей четкуев

Она сидит одна в заснеженном лесу, дрожа от холода, но, когда появляется Морозко, она не умоляет о пощаде, не жалуется, не просит о помощи. «Тепло ли тебе, девица?» – спрашивает он. «Тепло, Морозушка», – отвечает она, сдерживая стук зубов. Эта сцена кажется странной, даже жестокой. Почему героиня не говорит правду? Почему, замерзая, она притворяется, будто всё в порядке? Этот момент сказки, вызывающий у современного человека недоумение, на самом деле – ключ ко всей истории. И её смысл уходит далеко в глубину веков, в эпоху, когда сказки были не просто развлечением, а способом передачи древних ритуалов и традиций. Как отмечал фольклорист Владимир Пропп, сюжет «Морозко» относится к категории сказок-инициаций, в которых герой или героиня проходит некое испытание, чтобы обрести новый статус. В основе лежит архетипический мотив изгнания и вознаграждения: юношу или девушку отправляют в лес, где их встречает мифологический персонаж, проверяющий их стойкость. В западноевропейских версиях этой