Ирина Сигаева

- Ну! Давай, родимая! Ехать надо! – Михаил стукнул кулаком по рулю, но это, конечно, не помогло. «Ласточка» его заводиться не желала. Замерзла за два дня, пока Михаил отсыпался после тяжелого рейса и наводил порядок в маленькой маминой квартире. Мамы не стало полгода назад, а Михаил все еще слышал порой ее голос и ему казалось, что вот-вот она выйдет из кухни, вытирая руки о нарядный цветастый фартук, и спросит: - Мишаня, тебе борщ или рассольник? Чего хочется? Мама Михаила женщиной была простой. После того, как муж ее бросил и умотал за горизонт в поисках новой счастливой жизни, работала уборщицей, чтобы не оставлять надолго детей одних, и Миша с сестренкой знали, что по возвращении из школы их обязательно будет ждать горячий суп и мамины пирожки с картошкой. Теперь так же делала сестра Михаила. Правда, работала она не уборщицей, а бухгалтером. Михаил в свое время настоял на том, чтобы сестра получила хорошее образование. Жила сестра Михаила далеко, на другом конце страны, и виделись

- Сделайте, чтоб он заснул. Навсегда. Сколько это стоит? Вера Николаевна подняла глаза от бумаг. Перед ней стояла женщина, ухоженная, дорого одетая, с особым выражением лица, которое бывает у людей, привыкших, что мир вращается вокруг них. Рядом топтался мужчина, уткнувшийся в телефон. На смотровом столе стояла переноска. Внутри кто-то возился, поскуливал. - Что с ним случилось? - Вера открыла дверцу. Из переноски выскочил пес - молодой, крепкий, с умненькими глазами. Корги. Рыжий, с белой грудкой. Сразу ткнулся носом в ее ладонь, завилял коротким хвостом. - Ничего не случилось, - женщина поморщилась. - Он нам просто больше не нужен. Дочь уехала учиться, а это была ее прихоть. Я лично с ним возиться не собираюсь. Пес лизнул Вере руку теплым языком. - Может, лучше отдать кому-то? Найти новых хозяев? - У меня нет на это все времени. Или вы усыпляете, или мы найдем другого врача. Вера перевела взгляд с женщины на собаку, потом обратно. - Хорошо, - сказала она. - Тогда подпишите вот здесь