Аркадий Мкртычев

Я никогда не был на Насиминском базаре и не очень согласен с тезисом, что он был сердцем Баку, но, безусловно, много о нем слышал. Бакинцы еще называли его «Арменикендским» по народному названию района, где он располагался. Появление бакинских топонимов — это отдельная тема, каждый из них имеет свою интересную историю. Так, например, «Арменикенд» (армянское село) появился на стыке названий поселков: «Еникенд» (новое село) и им. Шаумяна. Первое было принято Бакинской городской думой в 1897 году, когда для городской бедноты было выделено бесплатное место под застройку, второе — в 1925 году, когда в поселке началось строительство новых кварталов. Это было время, когда на смену Кирову на должность первого секретаря Компартии Азербайджана пришел карабахец Левон Мирзоян (через три года снятый за перекосы в национальной политике), и квартиры в новых домах стали выделяться его землякам. Тогда и появилось название «Арменикенд». И хотя в 1932 году поселок стал носить имя Мамедярова, это нискольк

Иногда судьба раскидывает нас по разным городам и странам, заставляет примерять на себя новые роли, слушать новые языки, сталкиваться с чужими характерами. Но есть место, которое остается в тебе навсегда. Для меня таким местом стал Баку — светлый, теплый, щедрый на дружбу и смех город у моря. Жизнь повела меня дальше — в Ереван, потом в Россию. Я увидела разные лица людей, услышала разные интонации — добрые и резкие, искренние и колючие. Но чем дальше я уезжала, тем яснее понимала: именно бакинская школа человечности, юмора и широты души сформировала меня. Это история о том, как легко смеяться в юности, как трудно прощаться, как больно слышать несправедливость — и как важно сохранить в себе свет. — Дияна! Саат нечядир? Этот вопрос звучал почти каждый день. И каждый раз я собиралась, как на экзамене. — Бир! — с особой гордостью отвечала я, выговаривая слово так, будто только что защитила кандидатскую. — Ушаглар, пы-ры-рыв! — с театральной важностью объявлял наш ведущий инженер. Мы были