Людмила Меркер

Архип Куинджи (1842–1910) — был по-настоящему влюблён дважды, зато на всю жизнь. Первая любовь — к искусству, она была неистовой, громкой, отнимающая огромное количество времени и душевных сил, но и доставляющая немало радости. Вторая — к своей жене Вере Куинджи. Тут всё намного размереннее, спокойнее, без резких проявлений чувств, хотя под внешними приличиями кипели и немалые страсти. О ней и поговорим в этой статье.. Кетчерджи торговал мехами и шапками и сумел так ловко наладить это дело, что сколотил большое состояние, а заодно взял себе вторую русскую фамилию Шаповалов, чтобы не досаждать местных необходимостью произносить его трудно выговариваемую греческую фамилию. Они познакомились в Мариуполе, когда Архип приехал на отдых из Петербурга к родителям и для подработки надумал написать портрет богатого местного купца Елевферия Шаповалова-Кетчерджи — грека по происхождению. Работа в целом ладилась, Куинджи хоть и не слишком любил писать портреты, отдавая предпочтение пейзажам, но для

210 лет назад, в семействе чиновника, почти не бравшего взяток, родился Петр Ершов - тот самый автор "Конька-горбунка" Профессор Петр Плетнев однажды весной (дело было в 1834 году) начал лекцию с этих никому еще не известных стихов: В долгом времени аль вскоре Приключилося им горе: Читайте "Российскую газету" в Telegram - подписаться Кто-то в поле стал ходить И пшеницу шевелить. Как это просто, обаятельно и как это захватывает. А потом в аудитории поднялся круглолицый молодой человек - девятнадцатилетний Петр Ершов. И студенты немедленно вперились в автора новой литературной сенсации, который мало чем от них отличался. Он тоже учился в Петербургском университете, тоже скучал на лекциях. Но не дремал, а сочинял свою сказку под впечатлением "Сказки о царе Салтане". Впрочем, Ершов хотел представить "Конька-Горбунка" не вполне литературной сказкой: дескать, он просто обработал и записал то, что слышал от сказителя. Народными сказками он крепко увлекся подростком, в Тобольской гимназии, в к