Галина Берлезова (Пояркова)

Я взяла эту работу только потому, что больше некуда было деваться. После развода я осталась с дочкой, кредитом и пустым холодильником. В салоне, где я работала администратором, хозяин внезапно решил «оптимизировать расходы». Первыми оптимизировали тех, у кого не было связей. То есть меня. Две недели я ходила по собеседованиям. Везде улыбались и обещали перезвонить. Перезванивали только банки. Потом соседка сказала: — Ира, там на соседней улице сиделка нужна. Старик после инсульта. Не лежачий, но почти не говорит. Платят хорошо. — Я не медик. — Там медик не нужен. Готовить, таблетки давать, гулять выводить. Дочь у него богатая, но занятая. Я сначала отказалась. Ухаживать за чужим стариком — это не просто работа. Это чужая слабость, чужой запах лекарств, чужое раздражение и чужое одиночество. Я боялась, что не справлюсь. Но вечером дочь попросила новые кроссовки для школы, и я поняла: справлюсь. Старика звали Григорий Семёнович. Ему было семьдесят девять. Жил он в большой квартире в стал