Людмила Кузнецова (Павлющенко)

В мире есть блюда-легенды, блюда-путешественники, которые, появившись в одной точке на карте, покорили сердца гурманов по всей земле. Лагман — именно такое явление. Это не просто насыщенный мясной суп с лапшой, это целая философия, история, заключенная в глиняной пиале. Его вкус — это отражение многолюдных восточных базаров, дымящихся котлов на кочевых стоянках и безмятежности горных долин. Это блюдо, рецепт которого передается из поколения в поколение, обрастая новыми подробностями, но неизменно оставаясь узнаваемым. Сегодня мы приоткроем завесу тайны и погрузимся в искусство приготовления настоящего лагмана, от замеса эластичного теста до томления ароматного соуса. Как говорят знатоки: «Хороший лагман начинается с правильного теста, а великий — с правильного настроения». Лагман — это многосоставное блюдо, которое условно можно разделить на три ключевых элемента: Родина лагмана — до сих пор предмет кулинарных споров. На него претендуют уйгуры, дунгане, узбеки, таджики и киргизы. Его и

Она умерла с их фотографией в руках. Тридцатого декабря, в два часа ночи, когда за окном мела метель, а её дети спали в тёплых постелях, собирая чемоданы в Таиланд. Но это будет потом. А сначала была жизнь — та самая, которую она отдала им без остатка. Нину Петровну в их дворе знали все. Статная женщина, хоть возраст уже подбирался к семидесяти трём. Всю жизнь она положила на алтарь, который сама же и построила — алтарь под названием «Счастье детей». Мужа схоронила рано, когда младшему, Андрюше, едва пять стукнуло. Осталась одна с тремя детьми: Витя-старший, Лена-средняя и Андрюшка-последыш. Работала на трёх работах — днём в бухгалтерии воевала с цифрами, вечером мыла полы в школе, а по выходным ещё и репетиторствовала, подтягивала математику местным оболтусам. Всё в дом, всё детям. Сама в одном пальто десять лет ходила, штопала его так искусно, что никто и не замечал. Зато у Витьки — кроссовки фирменные, у Ленки — платья самые модные, у Андрюши — компьютер первый во дворе появился, е

Она умерла с их фотографией в руках. Тридцатого декабря, в два часа ночи, когда за окном мела метель, а её дети спали в тёплых постелях, собирая чемоданы в Таиланд. Но это будет потом. А сначала была жизнь — та самая, которую она отдала им без остатка. Нину Петровну в их дворе знали все. Статная женщина, хоть возраст уже подбирался к семидесяти трём. Всю жизнь она положила на алтарь, который сама же и построила — алтарь под названием «Счастье детей». Мужа схоронила рано, когда младшему, Андрюше, едва пять стукнуло. Осталась одна с тремя детьми: Витя-старший, Лена-средняя и Андрюшка-последыш. Работала на трёх работах — днём в бухгалтерии воевала с цифрами, вечером мыла полы в школе, а по выходным ещё и репетиторствовала, подтягивала математику местным оболтусам. Всё в дом, всё детям. Сама в одном пальто десять лет ходила, штопала его так искусно, что никто и не замечал. Зато у Витьки — кроссовки фирменные, у Ленки — платья самые модные, у Андрюши — компьютер первый во дворе появился, е