Ирина Лаврентьева (Карасёва)

Есть в деловой переписке такое слово — «синергия». Смешное, нелюбимое, но живучее. Как, впрочем, и «оффлайнить», «засинкать», «апдейтить» и вся эта армия странных, часто заимствованных из других языков, слов, от которых хочется спрятаться под стол, особенно если ты только начал работать в компании. Мы делаем вид, что стесняемся их использовать, и тут же говорим «давай синкнемся ближе к дедлайну». Почему? Разобраться в этой теме мне захотелось не для того, чтобы похихикать над очередным «ресурсоемким бизнес-юнитом». Хихикать уже не хочется — я понимаю, что за этими словами стоит что-то большее, чем просто офисная мода. Поэтому сегодня — без формальностей и снобизма. Просто разберемся: зачем мы вообще говорим так странно на работе? Когда мы говорим «жаргон», у многих первая реакция — отторжение. Что-то нечестное, запутанное, ненужное. И часто это ощущение справедливо. Особенно когда кто-то на совещании предлагает «приоритизировать оффлайн-экспириенс» вместо того, чтобы просто сказать: да

Мальчик, который ухаживал за двумя братишками-котятами, смог уговорить маму только на одного... А котята умные существа, я вам скажу, дамы и господа. Не чета людям! Сразу все поняли... Они приехали в приют всем классом... Учительница по зоологии пришла в младшие классы и объявила, что теперь она будет два часа в неделю заниматься их правильным воспитанием и прививать им любовь к животным. Они-то думали, что их будут водить по зоопаркам и музеям, а она... А она вон, чего удумала! Привезла их в самый грязный, бедный и переполненный несчастными котами и собачками приют. Воняло страшно. Несколько женщин-волонтёров с насмерть уставшими лицами и выражением безнадёги в глазах сражались с обстоятельствами и людским безразличием. Три немолодые тётки и матрона-командирша, баба с горящими глазами и зычным, командирским голосом – вот и весь персонал. Выяснив, что детки из третьего класса пришли, чтобы посмотреть и помочь, она так скомандовала “Равняйсь! Смиррррно! На первой- второй!..”, что малыши