Ирина Михайленко

-Дуэли не было, было убийство, - так выразился друг Михаила Юрьевича Лермонтова Руфин Дорохов, ставший впоследствии прототипом героя романа Толстого "Война и мир". Дорохов был тем еще задирой и опытным дуэлянтом, наверное, ему можно верить, что трагедия в окрестностях Пятигорска очень мало была похожа на поединок чести. Очевидцы, точнее, свидетели вспоминали, что на место дуэли было привезено большое количество шампанского. Что это означало? Только одно: все, кто был причастен, надеялись, что дело будет разрешено миром, а мир они скрепят бесшабашной офицерской пирушкой. Все, кроме одного. -Я в этого дурака стрелять не буду, - якобы произнес Лермонтов, который должен был стрелять первым. И не стрелял, по показаниям участников дуэли Васильчиков после происшествия разрядил пистолет Михаила Юрьевича - выстрел Лермонтовым так и не был сделан. Зато Николай Соломонович Мартынов свое право реализовал, выстрел произвел, подойдя к поэту на максимально возможное правилами поединка, расстояние. Не