Елена Бадашева(Пилипенко)

Апрель 1945-го. Мир уже в предвкушении победы, но где-то в сердце Германии, в пяти милях от сонной веймарской гавани, ад всё ещё продолжается. За колючей проволокой Бухенвальда, где человечность умирала быстрее, чем люди, узники решились на безумие. Они собрали из обломков коротковолновый передатчик и крошечный генератор, спрятанный под полом барака. Пальцы дрожали, но стучали по ключу морзянкой: «Это Бухенвальд. Просим помощи. СС хотят нас уничтожить». Три минуты тишины – и ответ, как гром: «Держитесь. Спешим». Через три дня, 11 апреля, танки Шестой бронетанковой дивизии ворвались в лагерь, и среди 21 тысячи выживших теней стоял четырёхлетний мальчик. В руках – самодельный деревянный самокат. В глазах – вся боль и вся надежда мира. Его звали Джозеф Шлайфстайн. И это была не просто история выживания. Это была история мести. Джозеф появился на свет 7 марта 1941 года в еврейском гетто Сандомира, в оккупированной Польше. С первых вздохов его окружали стены, голод и шепот смерти. Родител

В июне 1941 года, когда над страной нависла тень войны, в одном из ленинградских военкоматов стоял крепкий парень с ясными глазами. Его звали Никодим Корзенников, но друзья называли его просто Дима. Он рвался на фронт, чтобы защищать Родину, но каждый раз получал один и тот же приговор: «Не годен!» Никодим был глухонемым. Но эта история — не о том, как его отвергали, а о том, как он, несмотря на все преграды, стал настоящим героем Великой Отечественной войны, чья воля оказалась сильнее пуль и петли палача. Никодим родился в 1918 году в небольшом сибирском городке Киренске. Здоровый, сильный, с открытым сердцем, он с детства сталкивался с жестокостью судьбы: врожденная глухота и немота закрывали перед ним многие двери. Он не умел ни читать, ни писать, и кто знает, как сложилась бы его жизнь, если бы не друзья. Они разглядели в Диме не только силу, но и ум, доброту, невероятное упорство. Именно они настояли, чтобы парень отправился в Ленинград, где была специальная школа для глухих. В