Елена Бахтина

Сергей Бодров-младший: Как аспирант, ненавидевший слово «артист», стал символом целого поколения Он не хотел быть актёром. Он был аспирантом-искусствоведом, писал диссертацию про венецианскую живопись и подрабатывал спасателем на пляже в Италии. Он не собирался становиться героем. Он говорил: «Я не артист». Но судьба и страна выбрали его на эту роль. Сергей Бодров-младший стал не просто звездой — он стал зеркалом, голосом и последней совестью поколения 90-х. Его трагический уход в горах Осетии в 2002 году не поставил точку, а превратил его жизнь в бесконечный миф. Чужой среди своих: Кандидат наук на съёмочной площадке Его путь в кино начался не во ВГИКе, куда он хотел, а на истфаке МГУ. Сын режиссёра Бодрова-старшего, он получил блестящее гуманитарное образование, научившись «видеть красоту в простых вещах». Его первой главной ролью стал рядовой Иван Жилин в «Кавказском пленнике» (1996) отца. Эта работа принесла ему славу и Госпремию, но внутри он оставался исследователем, а не испол

На берегу реки Вилюй, в сорока километрах от якутского городка Нюрба, стоит землянка. Три метра в длину, четыре в ширину, врытая в вечную мерзлоту, чтобы лучше держать тепло. Зимой мороз здесь щелкает за минус шестьдесят, летом тучи комаров стоят стеной. Сюда, в эту глушь, три десятилетия назад пришел человек, решивший, что его место — не среди людей. Звали его Тимофей Меньшиков. А история его — это история о том, как суровая тайга стала убежищем от боли, и о том, как непостижимым образом, спустя десятки лет, эта же тайга вернула ему то, что было потеряно навсегда. Что же такого случилось в его жизни, что он выбрал суровый быт в полном одиночестве? И как получилось, что после целой жизни вдали от мира, его все-таки нашли? Ответы на эти вопросы — в самой удивительной и пронзительной истории последних лет, которую можно назвать современной якутской сказкой, случившейся на самом деле. Все началось с трагедии, которая разбила детство на осколки. Семья Меньшиковых жила в поселке Сангар.