Игорь Коротаев

Когда немецкий "Тигр" навел пушку на окопы с советскими солдатами, у председателя сельсовета из пермской глубинки оставались считанные секунды на решение. То, что сделал Александр Ополев, заставило замереть даже видавших виды фронтовиков. Февраль 1945 года. Германия агонизировала в последних конвульсиях, но смерть все еще косила советских солдат тысячами. На левом берегу реки Одер, в районе крохотного немецкого селения Ортейг, разворачивалась одна из самых кровавых битв заключительного этапа войны. Александр Алексеевич Ополев никогда не мечтал о воинской славе. Этот крепкий мужчина сорока трех лет всю жизнь провел в родном селе Малые Кизели, руководя сельсоветом. Мозолистые руки привыкли к мирному труду, а сердце — к заботе о односельчанах. Но когда фашистские орды обрушились на родную землю, Александр без колебаний встал в строй защитников Отечества. В январе 1942 года он получил повестку, а уже к августу оказался на передовой — обычный красноармеец в шинели, пропахшей порохом и кровь

В деревне Ежи под Пермью спасли мопса по кличке Штурман, которого привязали к мусорке. По словам местных, около питомца бродили крупные недружелюбные собаки. К счастью, беднягу удалось вовремя спасти. Помог мопсу водитель мусоровоза компании «ПРО ТКО». Он заметил животное и решил не проезжать мимо: отвязал собаку и забрал ее к себе в кабину. Штурман оказался не слишком застенчивым. Он расположился рядом с водителем и даже стал теснить его помощника, за что и получил говорящую кличку. Штурмана передали одному из сотрудников «ПРО ТКО», предложившему свою помощь. У него уже есть пес той же породы. Так что теперь Штурман обрел не только семью, но и друга-мопса. К сожалению, такое случается нередко: человек, ставший для питомца хозяином, вдруг теряет к животному любовь и предает его. Почему так происходит? И, может быть, дело не в угасших чувствах, а в безответственности людей? Всего понемногу — причин может быть несколько. Часто это и неоправдавшиеся ожидания по породе, и проблемы со здоро

Белла жила в нашей семье уже довольно давно. Она была очень милой, ласковой, а главное — аккуратной. Не было ни одной вещи в доме, которую бы Белла испортила. Она никогда не путалась под ногами, никогда никому не мешала. Белла не требовала себе отдельную комнату и какого-то особенного отношения. Она тихонечко сидела в старом кресле возле окна и наблюдала за происходящим во дворе. Все очень любили Беллу и не представляли своей жизни без неё. Маленький Костя всё время спрашивал: — Мама, как мы вообще раньше жили без Беллы? Он не мог этого представить или даже помнить, потому что Костя родился, когда Белла уже жила у нас. Мы не могли не взять её с собой. Да, собственно, она нас и познакомила, и благодаря ей и создалась наша семья. Белла была уже очень старой, почти вся поседела, и кое-где даже виднелись лысины. Зубы у неё были уже совсем жёлтые, ходила она очень медленно, потому что у неё болели суставы. И да, Белла была рысью — большой, старой рысью, которая почти всю свою жизнь прожила