сергей корнеев

Лес замер. Это было то особенное состояние природы, когда осень уже собрала свои яркие, огненные знамена, но зима еще не успела укрыть землю белым саваном. Деревья стояли черные, графичные, устремляя голые ветви в низкое серое небо. Воздух звенел от чистоты и холода, пахнуло прелой листвой и приближающимся снегом. Виктор поправил воротник старого суконного бушлата и оперся на черенок лопаты. Ему было пятьдесят восемь лет, и последние десять из них он прожил здесь, на кордоне «Дальний», в старой бревенчатой избе, доставшейся ему от прежнего лесничего. Виктор был человеком крепким, с обветренным лицом и руками, привыкшими к топору и земле, но в его глазах, серых, как осеннее небо, затаилась глубокая, застарелая печаль. Одиночество не пугало его — оно стало его привычкой, как утренний чай или скрип половицы в сенях. Но эта зима обещала быть суровой. Синоптики по радио пугали аномальными морозами, а народные приметы, которые Виктор знал лучше любых прогнозов, подтверждали: быть беде. Ряби