Предыдущая публикация
Левая колонка
Фильтр
«И Никулин, и Ширвиндт — ужасные люди, оба мерзавцы. Я, к примеру, никогда не ношу галстук. Знаете почему? Однажды мне позвонили и сказали, что меня награждают каким-то орденом, и я должен явиться в «Белый дом» 24 апреля в назначенное время. Я помыл шею, надел галстук и поехал. Прихожу, а часовые спрашивают: что вы здесь делаете? Я ответил: за орденом приехал. А они: сегодня не день награждений. Я попросил уточнить: ведь приглашение было из администрации Президента!»
Они стали звонить, и чем больше, тем у них погоны сильнее в недоумении подниматься стали: знаете, Дуров, в администрации президента перевернули все наградные листы на полгода вперед, вас там нет…
Ну я начал спускаться вниз
Они стали звонить, и чем больше, тем у них погоны сильнее в недоумении подниматься стали: знаете, Дуров, в администрации президента перевернули все наградные листы на полгода вперед, вас там нет…
Ну я начал спускаться вниз
Синие контуры – это карта Меркатора, которая была составлена еще в 16 веке и кажется нам привычной. Красные – это реальные размеры участков земной суши.
Карта-проекция Меркатора их сильно искажает. Чем дальше земля от экватора, тем она кажется больше. Например, размеры Гренландии выглядят сопоставимыми с размерами Южной Америки и Африки. На самом деле площадь Гренландии в 8 раз меньше площади Южной Америки и почти в 14 раз меньше площади Африки.
Евразия и Россия на привычных картах также выглядят куда внушительнее, чем в реальности.
Карта-проекция Меркатора их сильно искажает. Чем дальше земля от экватора, тем она кажется больше. Например, размеры Гренландии выглядят сопоставимыми с размерами Южной Америки и Африки. На самом деле площадь Гренландии в 8 раз меньше площади Южной Америки и почти в 14 раз меньше площади Африки.
Евразия и Россия на привычных картах также выглядят куда внушительнее, чем в реальности.
Mне было oдиннадцать лет. Я плaкала на кyxне у бабушки, когда она произнесла семь слов, навсегда изменивших моё отношение к отказу и неприятию.
Это был один из таких дней.
Ты знаешь — когда что-то маленькое ломается внутри, и вдруг ты несёшь невидимый груз, из-за которого всё становится тяжелее.
Я прошла привычную милю от школы до фермерского дома бабушки и дедушки. Но вместо того чтобы ворваться в дом с рассказами, как обычно, я вошла тихо. Почти незаметно.
Бабушка заметила это сразу.
Она не засыпала меня вопросами. Не пыталась всё исправить, не разобравшись. Она просто сняла с меня пальто, усадила за кухонный стол и сделала то, что бабушки делают испокон веков, когда слова ещё не готовы.
О
Это был один из таких дней.
Ты знаешь — когда что-то маленькое ломается внутри, и вдруг ты несёшь невидимый груз, из-за которого всё становится тяжелее.
Я прошла привычную милю от школы до фермерского дома бабушки и дедушки. Но вместо того чтобы ворваться в дом с рассказами, как обычно, я вошла тихо. Почти незаметно.
Бабушка заметила это сразу.
Она не засыпала меня вопросами. Не пыталась всё исправить, не разобравшись. Она просто сняла с меня пальто, усадила за кухонный стол и сделала то, что бабушки делают испокон веков, когда слова ещё не готовы.
О
На этом пока всё
Войдите в ОК, чтобы посмотреть всю ленту