Предыдущая публикация
Левая колонка
Фильтр
Странная жизнь.
Странная жизнь моя,
Все спешат в город,
Я же в луга,
Странная жизнь моя.
И ночью, бывало, проснусь
Докурю забытый окурок,
Воспоминаниям я улыбнусь,
Будто жизнь прожита здуру.
Мальчик приходит потом,
Непонятный, с голубыми глазами
Боже мой, это ж я,
Только двадцатью меньше годами.
До утра я с ним говорю,
То про то, то про это,
Только с ним, я точно горю,
И негой наполняюсь и светом.
И совесть «забродит» моя
Эх жизнь, ты веселая птица
Как же бездарно, будто «трояк»
Я отпустил из ладоней синицу.
Странная жизнь моя,
Все спешат в город,
Я же в луга,
Странная жизнь моя.
И ночью, бывало, проснусь
Докурю забытый окурок,
Воспоминаниям я улыбнусь,
Будто жизнь прожита здуру.
Мальчик приходит потом,
Непонятный, с голубыми глазами
Боже мой, это ж я,
Только двадцатью меньше годами.
До утра я с ним говорю,
То про то, то про это,
Только с ним, я точно горю,
И негой наполняюсь и светом.
И совесть «забродит» моя
Эх жизнь, ты веселая птица
Как же бездарно, будто «трояк»
Я отпустил из ладоней синицу.
На что целится поэт –
На душу иль слова?
Каждый слог, что им воспет
Ваше сердце затронет он едва.
В тот миг, когда строка пронзала
Разрывая его грудь,
Его память воспаряла
Пытаясь глянуть в его суть.
Сам тогда себе неведом,
Где-то на гране колдовства
Супротив всем злым наветам
Слова тянул, едва дыша.
Души разрывам он внимал
И каждый стих как поле боя,
В финале он едва вставал
И все шел, отхаркиваясь кровью.
Но блаженная улыбка на лице,-
Снова совершил благое дело,
И хоть на половину, все же цел,
В глазах лишь, немного потемнело.
На душу иль слова?
Каждый слог, что им воспет
Ваше сердце затронет он едва.
В тот миг, когда строка пронзала
Разрывая его грудь,
Его память воспаряла
Пытаясь глянуть в его суть.
Сам тогда себе неведом,
Где-то на гране колдовства
Супротив всем злым наветам
Слова тянул, едва дыша.
Души разрывам он внимал
И каждый стих как поле боя,
В финале он едва вставал
И все шел, отхаркиваясь кровью.
Но блаженная улыбка на лице,-
Снова совершил благое дело,
И хоть на половину, все же цел,
В глазах лишь, немного потемнело.
Осень тепло вдохнула
В пустую его квартиру,
Опять ностальгия проснулась
Закрывая души рваные дыры.
Листом зелёным вдохнула
Счастья, частичку неба,
Опять песня рванулась
Туда, даже, где я он был.
Припомнил снова любимую
Ту, что с голубыми глазами,
Его тогда, стала гибелью
Его простыми стихами.
Она сейчас даже не вспомнит
Поэта – имя его простое,
Ему бы сейчас запомнить
Что она стала сестрою.
Но осень в другое кличет,
Другое называет любовью,
Но чаще, да все по привычке
Старое он называет новью.
В пустую его квартиру,
Опять ностальгия проснулась
Закрывая души рваные дыры.
Листом зелёным вдохнула
Счастья, частичку неба,
Опять песня рванулась
Туда, даже, где я он был.
Припомнил снова любимую
Ту, что с голубыми глазами,
Его тогда, стала гибелью
Его простыми стихами.
Она сейчас даже не вспомнит
Поэта – имя его простое,
Ему бы сейчас запомнить
Что она стала сестрою.
Но осень в другое кличет,
Другое называет любовью,
Но чаще, да все по привычке
Старое он называет новью.
Знаешь – имя твое, поэма,
Несмотря вдаль былого
Плюнув на все деллемы,
Захотелось слова.
Тембра голоса нежного
Косновенья руки чистого,
А соседи по прежнему
Кроют матом нечистого.
Но не смотря на все это
Глаза рисую зелёные,
Судьба мне дала дар поэта
Но что сравнится с влюблённостью?
Знаешь – имя нашёптывал
То что за горизонтом,
Искал угла я укромного,
Лишь твой рисовался контур.
Давно любви ты не стоишь
Выгнать да прочь из сердца
Да только свершила устои
И некуда мне уже деться.
Несмотря вдаль былого
Плюнув на все деллемы,
Захотелось слова.
Тембра голоса нежного
Косновенья руки чистого,
А соседи по прежнему
Кроют матом нечистого.
Но не смотря на все это
Глаза рисую зелёные,
Судьба мне дала дар поэта
Но что сравнится с влюблённостью?
Знаешь – имя нашёптывал
То что за горизонтом,
Искал угла я укромного,
Лишь твой рисовался контур.
Давно любви ты не стоишь
Выгнать да прочь из сердца
Да только свершила устои
И некуда мне уже деться.
Я маму давно не видел,
Хоть и прошло пару недель
Мы расстались в нелепой обиде
Но не стала любовь грубей.
Я маму давно не видел,
Где пил чай с ней за столом
Миг тогда был, не видим
Но все было путём.
Я маму давно не видел
И фруктов опустевший вазон
Серости придавший виды
Мною был он прощён.
Серость влилася в квартиру
Осеней грубостью дней,
И грубой осеней сатирой
Поведала, - что в жизни важней.
Хоть и прошло пару недель
Мы расстались в нелепой обиде
Но не стала любовь грубей.
Я маму давно не видел,
Где пил чай с ней за столом
Миг тогда был, не видим
Но все было путём.
Я маму давно не видел
И фруктов опустевший вазон
Серости придавший виды
Мною был он прощён.
Серость влилася в квартиру
Осеней грубостью дней,
И грубой осеней сатирой
Поведала, - что в жизни важней.
На этом пока всё
Войдите в ОК, чтобы посмотреть всю ленту
246
- Николай СинявскийВознесенск
- Александр КругловРостов-на-Дону
- Евгений БондаревВознесенськ
- Лилия ЛилияВознесенск