Дмитрий Кукшинов

- 1 - Сергей проснулся, хотя не было еще и восьми. Сегодня – выходной, можно было бы поспать и подольше, но мысль о том, что нужно снова поехать с сыном на побережье, сидела в голове уже пару дней и не давала спокойно отдыхать. Так иногда случалось с ним: придет что-то в голову, что вроде бы и не требует немедленного внимания, но начинаешь думать об этом и сон как рукой снимает. Протерев глаза, он посмотрел на кровать справа от себя: Оксана еще спала. Аккуратно скинув с себя одеяло, Сергей, стараясь не разбудить жену, поднялся с кровати и потихоньку пошел в ванную. Но потихоньку не получилось: почти у самого порога в ванную комнату Сергей левой ногой наступил на какую-то игрушку. Было больно, но он сдержался от возгласа, только сквозь зубы вдохнул в себя воздух и наклонился, чтобы поднять игрушку. Это была небольшая, размером в пол ладони, модель космического челнока. Чёртова… Пока Сергей умывался, Оксана тоже проснулась и заглянула к нему в ванную комнату. - Ты чего так рано встал? – Спросила она, щурясь от яркого света, отражавшегося от потолочной лампы в зеркале. - Да чего-то не спится. Хочу Пашку свозить сегодня снова на побережье. Он спит еще? - Вроде спит. Сейчас умоемся и зайдем к нему. Надо парня поздравить… Может не поедете сегодня к океану? У него все-таки день рождения, побудем все вместе, поиграем во что-нибудь? Сергей в ответ промолчал. Для него этот вопрос уже был решен однозначно: он уже накануне знал, что сегодня обязательно поедет. Оксана же океан не любила и не ездила с ними последние года три, хотя Сергей с сыном бывали там практически каждую неделю, иногда и не по разу. Её угнетал вид океана, хотя Оксана понимала, что сам океан тут ни при чем – это же просто вода, и на побережье почти всегда тепло и красиво. Мир воспринимался по-другому, и простые житейские радости не в радость. Всё из-за Пашки… Чёртова трисомия… (прим. трисомия – тип полисомии, при котором имеется три экземпляра определенной хромосомы вместо обычных двух) Пашка не спал уже минут 20: пальцами левой руки комкал пододеяльник, разглядывал потолок, переводя взгляд с одного узора на другой, периодически беззаботно улыбался и иногда вполголоса что-то бормотал. Из коридора доносились приглушенные голоса родителей. Суть разговора уловить было невозможно, но по голосам было слышно, что встали уже оба и что-то спокойно обсуждали. Пашка решил их пока не беспокоить. Полежит еще немного, затем сам сядет и постарается одеться без посторонней помощи. Родители еще вчера напомнили, что сегодня у него день рождения: 13 лет исполняется, почти взрослый как-никак, почти самостоятельный. Вот и будет стараться. Хочется обрадовать родителей, особенно маму. Через пару минут Пашка сел и начал расстегивать пижаму. Пальцы плохо слушались, но постепенно все пуговицы поддались. Начав снимать пижаму за спиной, Пашка запутался в вывернутых рукавах и оказался в капкане. Подёргав руками в разные стороны, он понял, что дальше сам уже не справится, как бы ему не хотелось. Настроение резко испортилось, захотелось заплакать, но Пашка сдержался, хотя нижняя губа предательски задрожала. Чёртова трисомия по двадцать первой хромосоме… - Мааам, мама! – Позвал Пашка. Негромко, чтобы не напугать родителей. Через несколько секунд в комнату быстрым шагом вошли оба родителя. - Что случилось, Паша? – Взволнованно спросила Оксана, но увидев сына с запутавшимися за спиной руками, поспешила ему помочь. Сергей присел рядом на кровать и помог стянуть с сына пижамные штаны. Переодев Пашку, Оксана обняла его и стала шептать на ухо какие-то приятные слова, отец крепко обнял их обоих и поздравил Пашку с днем рождения. Настроение у Пашки снова улучшилось, он заулыбался и прижался к родителям. - 2 - Через час Сергей с сыном уже ехали в машине по асфальтированной дороге вдоль побережья. Ехать им оставалось еще минут 20. Пашка сидел на переднем пассажирском сиденье, рядом с отцом. Он любил ездить именно здесь – было лучше видно обгоняющие их автомобили и удобнее считать только те из них, которые соответствовали определенному цвету, выбранному именно сегодня. А сегодня эти были синие машины. За окном светило солнце и, когда автомобиль поворачивал ему навстречу, приходилось щуриться, но не закрывать глаза полностью, чтобы не пропустить нужные машины. Еще через 10 минут Пашка устал считать и откинулся на подголовник. Сергей посмотрел на него и постарался приободрить: - Ничего, Пашка, немного уже осталось. У Пашки и Сергея был любимый пятачок на берегу, к которому вела тропинка от стоянки, совсем небольшой, метров 15 в ширину, огороженный с одной стороны скалой, с другой – невысокими деревьями. Но там можно было заходить в воду и долго идти вперед, при этом медленно погружаясь. Это было удобно, когда вода была неспокойной и волны не захлестывали выше головы. А на океане штиля не было почти никогда. Сергей помог Пашке снять верхнюю одежду и, взяв его на руки вместе с покрывалом и полотенцем, понес в сторону воды, так как Пашка что-то сегодня совсем быстро устал и сам шел очень плохо. Чёртова сорок седьмая хромосома… От океана накатывали теплые дуновения. Он был очень большим, занимал почти 80% всей поверхности планеты, сильно прогревался местным солнцем и почти не остывал. Поэтому климат на том участке суши, где жили люди, почти не менялся при смене времен года. - 3 - Прилетев сюда около двухсот лет назад, люди не подозревали, что их миссия освоения планеты так и останется ознакомительной и не приведет к массовому заселению. Виной всему стала выявленная позже, при появлении первых поколений рождавшихся уже здесь детей, высокая вероятность появления геномной патологии. Чёртова сорок седьмая хромосома. Ученые не смогли выявить причину её появления. Были три основных гипотезы, которые Сергей, будучи физиком по образованию и не сильно разбираясь в биологии, уяснил для себя так: - переселенцы принесли поврежденный ген в себе и он по какой-то причине мутировал уже здесь и стал гарантированным результатом для 40% новорожденных; - мутация гена произошла в переселенцах в период длительного нахождения в стадии сна при межгалактическом перелёте; - какие-то местные вирусы этой планеты внесли изменения в ген чужаков. Сам Сергей склонялся к последней версии и считал, что эта планета их убивала. Убивала чужаков, хотя они и старались не причинять вреда окружающей их среде и в особенности животным, которых на суше было немного, а вот фауна океана была разнообразной и иногда напоминала земную. - 4 - Войдя по пояс в воду, Сергей по привычке стал смотреть на ее поверхность, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь. Он стоял и держал Пашку на руках, прижимая к себе. Правая рука Пашки свободно свисала и почти до плеча находилась в воде. Обычно они стояли так минут по 10-15 и, если Пашка сильно уставал, возвращались на берег. Иногда у Пашки еще оставались силы и он сам старался постоять в воде хотя бы несколько минут почти без поддержки. Почти всегда это происходило молча, как какой-то знакомый только им двоим ритуал. Состояние Пашки с каждым годом ухудшалось, несмотря на старания родителей и врачей. Мозг работал нормально, а вот тело слабело: мышцы не работали как нужно и конечности слушались его все хуже. У всех детей с патологией развитие происходило по-разному. Чаще всего финал наступал до достижения пятилетнего возраста. Пашке не повезло, он мучился уже 13 лет. Эта планета их убивала. Сергей стоял уже долго и подумал, что через пару минут будет выносить Пашку на берег. Он поднял голову и сначала подумал, что ему показалось, но, взглянув вперед еще раз, убедился, что это не мираж – неподалеку из воды торчали два красных плавника. Акула! - 5 - Акулами здесь называли достаточно крупных хищных рыб, около 1 метра длиной, с мелкой чешуей красного цвета, имевших на спине два рядом стоящих продольных плавника, которые и было видно из воды, когда они плавали на мелководье. Эти акулы имели крупный рот с сильными челюстями, снабженными четырьмя рядами мелких зубов, но не на всю ширину челюсти, а только на 20 сантиметров по центру. Сердце Сергея бешено заколотилось, он замер как вкопанный и не мог пошевелиться, даже если бы захотел. Первые несколько секунд Сергей не мог понять, в какую сторону плывет акула – к ним или мимо, но затем он понял, что плавники все же приближаются. 20 метров…, 15…, 10... Сергей боялся пошевелиться. 5 метров… И тут плавники резко наполовину ушли под воду, перед ними появилась небольшая волна. Бросок! Пашка вскрикнул и обмяк. Доли секунды и акула уже медленно отплывает от Сергея и Пашки. Это случилось? Сергей стоял и медлил, боясь убедиться в произошедшем, но все же заставил себя поднять правую Пашкину руку над водой. На тыльной стороне кисти правой пашкиной руки были видны 4 ряда неглубоких проколов от акульих зубов. Эта планета их убивала. Сергей с Пашкой на руках бросился на берег, положил сына на плед, обтер полотенцем. Еще раз посмотрел на кисть – она стала опухать. Сергей обернул Пашку в полотенце и бросился к машине. Нужно было как можно скорее добраться до больницы. Надев брюки поверх мокрых плавок и ботинки на сырые ноги, Сергей пристегнул Пашку и направил автомобиль в сторону города. На ходу набрав номер приемного отделения, Сергей сообщил о случившемся и данные сына, чтобы для них приготовили палату. Хотя для таких случаев в больнице всегда были готовы палаты. После этого Сергей набрал Оксане и крикнул в трубку: - Это произошло! - 6 - - Пашка, погода хорошая сегодня. На океан поедем? – Спросил Сергей. - Обязательно! И маму возьмём! – Крикнул в ответ Пашка. Прошло два месяца с того самого дня. С самого счастливого дня для их семьи. Пашка почти окреп, хотя до сих пор еще, раз в неделю он, уже самостоятельно, посещал врача. Нужно было постоянное наблюдение, так как чем позже это происходило с детьми, чем старше они были, тем сложнее могло проходить излечение. Пашке не повезло, он мучился 13 лет. У всех детей с патологией развитие происходило по-разному. Чаще всего финал наступал до достижения пятилетнего возраста. И тогда дети полностью восстанавливали активность организма без последствий для деятельности мозга и без атрофированных мышц. Эта планета их убивала. Но она же их и оживляла. В этом, с одной стороны, был парадокс, с другой стороны – торжество справедливости. Дети не должны страдать, и симбиоз, случившийся однажды много лет назад и воспринимавшийся сначала как несчастный случай, после излечения первого укушенного ребенка с патологией, стал невероятным спасением, природу которого ученые не смогли раскрыть. Их попытки изучать акул целиком или только выделения при укусе, среду обитания рыб, приводили к созданию вакцин, которые не давали такого быстрого и безопасного исцеления, как простой укус.