Борис Иванов

Виктор Андреевич Вересов всегда гордился тем, что умеет умирать. Не сам, конечно, а в теории. Как заведующий отделением нейрохирургии с тридцатилетним стажем, он видел смерть во всех её проявлениях: от мгновенного угасания на операционном столе до медленного, тягучего распада личности в палате интенсивной терапии. Для него смерть была биологическим фактом. Остановка сердца, гипоксия, необратимые изменения в коре головного мозга. Выключатель щёлкает — свет гаснет. Никаких тоннелей, никаких ангелов с арфами. Только тишина и распад углеродных связей. В тот вечер, шестого ноября, Виктор Андреевич сидел в своем кабинете, перечитывая мемуары хирурга Пирогова. Он любил историю медицины, находя в ней подтверждение своему стоицизму. «Жизнь — это борьба с энтропией», — любил повторять он студентам. Боль пришла не как удар кинжалом, как пишут в дешевых романах, а как тяжелая бетонная плита, которую внезапно положили на грудь. Вересов попытался вдохнуть, но воздух стал твердым. Левая рука онемела,

Он доказал: словом можно отменить смерть. Но за месяц до Нобелевской премии он уходит из жизни. Случайность? Или закономерность в мире, где слишком многое поставлено на кон? Почему приверженцы здорового образа жизни, следящие за питанием, занимающиеся спортом и принимающие витамины, всё равно стареют, страдают от рака, диабета и уходят в муках? Почему традиционная медицина зачастую бессильна, а таблетки оказываются не панацеей? Петр Гаряев, доктор биологических наук, выдвинутый на Нобелевскую премию, приоткрыл завесу над тайной жизни и смерти. Смерть – это сбой в программе, который мы сами создаём, каждое мгновение, каждым своим словом. Как такое возможно? Что он узнал? И кому было выгодно скрыть его открытия от человечества? Прямо сейчас вы узнаете пять шокирующих откровений Петра Гаряева. Пятое откровение навсегда изменит ваше представление о жизни, смерти и самой природе реальности. Петр Гаряев родился в 1942 году в обычной советской семье. Никто и представить не мог, что этот мальч