ТАТЬЯНА КАЛИНИНА

Жена Достоевского рассказывала, что её муж мог часами сидеть перед «Сикстинской Мадонной» — так она его восхищала. Интересно, что Рафаэль писал и других Мадонн, но именно «Сикстинскую Мадонну» считают его главным шедевром. Почему? Разбираемся в посте! В Синхронизации Чёрная пятница! На все курсы и подписку действуют скидки 40% по промокоду ДЗЕН. Подробнее — по ссылке! «Сикстинскую Мадонну» считают главным шедевром Рафаэля в двух странах: в Германии и в России. С Германией всё понятно — картина хранится именно там, в Галерее старых мастеров в Дрездене. В России же культ Мадонны создали литераторы XIX века — например, Жуковский и Достоевский. Их путешествия по Европе начинались с Дрездена. Там они знакомились с работой Рафаэля, и эта первая встреча с «Мадонной» затмевала всё, что они видели позже. Вот как о «Сикстинской Мадонне» писал Василий Жуковский: Я сел на софу против картины и просидел целый час, смотря на неё. [...] это не картина, а видение: чем долее глядишь, тем живее уверяешь

Петербург. Фонтанный Дом. Стук каблуков по мрамору лестницы, отдающийся в тишине пустых комнат. Скрип пера над листом бумаги, который оказывается громче выстрелов на набережной. Здесь, в сердце имперского города, жила женщина, чья судьба стала параллельной вселенной русской поэзии XX века. Анна Ахматова. Её жизнь — не хронология событий, а топография чувств, карта страстей, где каждая любовь была не просто встречей двух людей, а столкновением двух миров, двух поэтик, двух эпох. Ей было дано любить нечасто — но так, что каждая её привязанность обращалась в стихи, в боль, в историю. Первая любовь: Анна Ахматова и Николай Гумилёв — союз, где не было места поэзии Он был первым. Рыцарь Серебряного века, путешественник, создатель «Цеха поэтов». Он боготворил её — ту, высокую, с гордой шеей и трагическим взглядом девушку из Царского Села. Их брак должен был стать поэтическим альянсом века. Но стал тихой драмой непонимания. Гумилёв, певец экзотики и мужественной романтики, не услышал м