Истории Ирины Ас

Распознала измену мужа по фотографии цветов.

Ирина Ас

Всё началось с дурацкой фотографии цветов. Судьба долгого и стабильного брака разбилась о букет хризантем. Но по порядку.
Жила-была женщина по имени Полина. Тридцать пять лет, дочка-восьмиклассница Аня, муж Артём — серьёзный дядька сорока двух лет, владелец небольшого автосервиса на окраине Чехова. Жили они в своей двушке, доставшей Полине от прабабушки. Жили без ипотеки, без кредитов, вроде бы припеваючи. Артём каждое утро уезжал на «Тойоте» в сервис, возвращался в девять, пахло от него мазутом. Ужинали вместе. По воскресеньям спал до обеда. Полина работала удалённо — администрировала интернет-магазин детской одежды. Скука смертная.

Безвыходное положение - 32...

Ирина Ас

Тамара сидела на кровати в своей спальне и плакала, уткнувшись лицом в подушку. Она плакала, и слёзы текли по её щекам безостановочно. Все слёзы, которые не выплакала, когда Максим изменял ей, когда он лгал, когда он возвращался домой под утро, когда она, закусив губу до крови, делала вид, что ничего не замечает, что у них счастливая семья, — всё это разом вырвалось наружу, и остановить этот поток было уже невозможно.

Красивый аниматор.

Ирина Ас

Вера вышла замуж за Максима в восемнадцать, и тогда это казалось самым правильным решением в её жизни. Первая любовь, первый мужчина, ребёнок, общая крошечная квартира в панельной пятиэтажке и наивная вера в то, что страсть не умирает, а только крепнет с годами.
К двадцати трём годам она уже точно знала: страсть умирает, и умирает она быстро, оставляя после себя запах грязных носков, немытую посуду в раковине и мужа, который вместо комплиментов теперь выдавал только «че пожрать?».

Безвыходное положение - 31...

Ирина Ас

Максим резко завёл двигатель и, даже не глядя на свою попутчицу, рванул с места, вылетая со стоянки возле своего бывшего дома и направляясь в сторону роддома, где, как утверждала Ольга, работала та самая санитарка, которая могла подтвердить её слова.
— Ты уверена, что эта санитарка до сих пор там работает? — спросил он, не поворачивая головы, и голос его прозвучал резко, выдавая внутреннее напряжение, которое он пытался скрыть.

Безвыходное положение - 30...

Ирина Ас

Максим прожил у Кристины почти две недели. Квартира, где он раньше так любил бывать, теперь казалась ему клеткой.
Первые несколько дней Кристина была с ним ласкова и предупредительна. Она готовила ему завтраки, улыбалась, строила планы на будущее. Максим, оглушённый произошедшим, чувствовал себя так, будто его с размаху швырнули в ледяную воду, и он, хватая ртом воздух, хватался за любую соломинку, пытаясь удержаться на плаву. Он пил кофе, который девушка ему варила по утрам, смотрел телевизор, лежа на её узком диване, и пытался убедить себя в том, что всё не так уж и плохо. Это просто новый этап в его жизни, который надо пережить. Он ещё покажет всем,

— Он тебя бросил! А ты делаешь вид, что ничего не было?

Ирина Ас

Инне двадцать пять, она замужем третий год, за Денисом, парнем спокойным и рассудительным. Он работает в автосервисе и по выходным любит валяться перед телевизором и иногда возиться со старым мотоциклом, который все равно никогда не заведется.
Живут они в однокомнатной квартире. Снимают и копят на свое жилье, но копят медленно, потому что Денис не жадный, а Инна не привыкла отказывать себе в мелочах.

Безвыходное положение - 29...

Ирина Ас

Людмила Степановна вернулась домой из школы, и привычная усталость навалилась на плечи. Она скинула в прихожей разношенные туфли, сунула ноги в мягкие тапочки и прошла в комнату. В квартире было тихо.

Жених из СИЗО.

Ирина Ас

Всё началось с того, что Маргарита Павловна, бывшая заведующая онкологическим отделением областной клиники, отсидела восемь месяцев в женском СИЗО №3 по обвинению в получении взяток за фиктивные направления на высокодоходные процедуры. Дело, правда, развалилось на стадии следствия, главная свидетельница умерла от рака, и Маргариту Павловну выпустили под подписку о невыезде с сохранением всего имущества: трёхкомнатной квартиры в центре, новенькой «Тойоты Камри» прошлого года, дачи в СНТ «Родничок» с голландской печью и банковского счёта на два миллиона двести тысяч рублей, которые она успела отложить за годы заведования. Конфискации не было, адвокат отбил.

Безвыходное положение - 28...

Ирина Ас

Утро встретило Максима Сергеевича Севастьянова непривычной тишиной. Кровать была пуста. Вчера Тамара написала сообщение: «Максим, мама приболела, мы с Мишей поживём у родителей несколько дней. Не волнуйся, ничего серьёзного. Тома».

Оставила ребёнка с отцом.

Ирина Ас

Инна Зорина, двадцатисемилетняя женщина с ухоженными руками и привычкой кусать губы в моменты напряжения, четыре года назад вышла замуж за Романа Белова — тридцатидвухлетнего менеджера среднего звена в строительной компании, человека, которого все вокруг считали образцом стабильности и адекватности.
Познакомились они на дне рождения общей знакомой, где Роман, тогда ещё просто симпатичный парень в сером свитере, рассказывал какие-то забавные истории про стройку, а Инна смеялась так искренне, что он сразу понял — вот она, та самая. Год встречались, полгода жили вместе для проверки чувств, а потом расписались в Загсе на Варшавском шоссе.

Безвыходное положение - 27...

Ирина Ас

Максим вёл машину, и предвкушение щекотало нервы, разгоняя усталость. Он представлял, как войдёт в квартиру, как Кристина, жгучая брюнетка с огромными глазами и дерзким характером, бросится ему на шею. Как он прижмёт её к себе, чувствуя её дразнящий запах, и забудет обо всём на свете — о Томке, которая контролирует каждый его шаг, о проблемах на работе. Он вырулил на улицу, ведущую к микрорайону и машина его плавно влилась в поток, который в этот вечерний час был довольно плотным.

Безвыходное положение - 26...

Ирина Ас

Оля проснулась от того, что по закрытым глазам бил холодный, неприятный утренний свет, пробивающийся сквозь голые ветки деревьев, которые росли вокруг лавочки, где она провела ночь. Она лежала, скрючившись, поджав ноги к животу, и чувствовала, как всё тело ломит, как каждый сустав, каждая мышца ноет. Голова раскалывалась так, что, казалось, череп вот-вот треснет и развалится на части, а во рту было сухо и язык казался распухшим и неповоротливым, не помещающимся во рту.

— Ты знаешь, что дочка не твоя?

Ирина Ас

Это случилось ещё в те времена, когда вся страна жила по единому звону кремлёвских курантов, когда колхозы кормили города, а партийные работники решали всё — от судьбы отдельного человека до судьбы целых областей. Колхоз «Красный пахарь» считался одним из передовых в районе, и на его полях да фермах трудились люди, которые друг друга знали с пелёнок. Две семьи — Кочергины да Медведевы — жили через забор, и так уж вышло, что у Кочергиных рос пацан Димка, а у Медведевых — девчонка Настюха, ровно на год младше. И с самого малолетства эти двое были как сиамские близнецы: Димка без Настюхи — никуда, Настюха без Димки — тоже.

Безвыходное положение - 25...

Ирина Ас

Александр поднатужился, приподнимая тяжелый, еще советских времен шифоньер, который, казалось, был набит не столько вещами, сколько чугунными гирями. Ноги его в носках скользили по газетам, расстеленным на полу, и он с трудом удерживал равновесие.

А мама спит на железной койке в хостеле.

Ирина Ас

Ирина и Олег прожили вместе двадцать семь лет. Если считать с того самого момента, как она, двадцатилетняя дурочка, впервые переступила порог его квартиры, полученной ещё родителями Олега в далёком восемьдесят девятом. Тогда здесь всё казалось чужим, но Ирина, влюблённая по уши, не замечала ни облезлых стен, ни скрипучего пола, ни вечно пьяного соседа дяди Коли. Она верила, что любовь всё преодолеет, что они построят своё счастье, купят свою квартиру, заведут детей, и жизнь будет похожа на красивую картинку из журнала, который она листала в киоске «Союзпечати».

Безвыходное положение - 24...

Ирина Ас

Солнце отражалось от стекол строящегося здания, которое возвышалось в центре города железобетонным скелетом, опутанным строительными лесами. По периметру стройки, огороженной высоким забором, сновали грузовики, подвозящие стройматериалы, и рабочие.

Мама объедает молодых.

Ирина Ас

— Ой, Клавдия, ты даже не представляешь, я сейчас вообще себе не принадлежу, у меня же внук! — с тяжёлым вздохом произнесла Зоя Михайловна, откидываясь на спинку стула, которое скрипнуло под её внушительным телом. — Каждый божий день к дочке езжу, как на проклятую работу. С девяти утра и до семи вечера, пока зять на своей стройке горбатится, сижу с ребёнком. Каждый будний день! За полгода ни разу не прогуляла, представляешь? Ну а что, как же без помощи? Молодёжь же сейчас сама ничего не умеет. Не могу же я бросить дочь в такой сложный период, она ж там одна с ума сойдёт.

Безвыходное положение - 23...

Ирина Ас

Оля стояла у калитки детского сада и смотрела на захлопнувшуюся перед её носом дверь, и внутри у неё всё клокотало от злости. Да как они смеют, эти тётки в белых халатах, эти воспиталки, как они смеют указывать ей, матери, когда ей можно забирать своего ребёнка, а когда нельзя? Кто им вообще такое право дал?

Безвыходное положение - 22...

Ирина Ас

По улице, ведущей от автобусной остановки к старому микрорайону с пятиэтажками шла шатающейся походкой молодая женщина.
Оля была в платье в мелкий цветочек и в легкой куртке, накинутой на плечи, хотя вечер был теплый. На ногах у нее были стоптанные сандали, в которых она обычно ходила на работу, но сейчас один ремешок противно болтался, потому что пряжка оторвалась еще в автобусе, когда она, выходя, зацепилась за поручень и едва не упала.