Марина Князева

В бескрайних просторах Сибири, под толщами льда и вечной мерзлоты, скрывается одна из самых удивительных тайн прошлого — тела мамонтов, сохранившиеся спустя 10 тысяч лет после их исчезновения. Эти древние гиганты ледникового периода предстают перед учёными почти нетронутыми: их шерсть, мышцы, внутренние органы, а иногда даже глаза словно застыли во времени. Как возможно, что ткани, которые должны были давно исчезнуть пережили тысячелетия? Основная причина феномена — это вечная мерзлота, слой почвы, который не оттаивает даже летом. Когда мамонт погибал, попадая в болото, трещину или реку, его тело быстро покрывалось илом и снегом, а затем вмерзало в лёд. Температуры ниже −15°C действовали как природный консервант: холод почти мгновенно останавливал процессы разложения. Бактерии и грибки, питающиеся органикой, в таких условиях впадали в анабиоз. Благодаря этому, даже клеточные структуры сохраняли целостность. К примеру, мамонтёнок Люба, найденный в 2007 году на Ямале. Его тело, пролежавш

Я приехал к дочке в гости без предупреждения. Хотел сделать сюрприз, заодно посмотреть, как они там живут с Артемом. Ключи у меня были, Оленька давала на всякий случай, когда они на дачу уезжали. Вот и решил воспользоваться. Открыл дверь тихонько, разулся в прихожей. Слышу голоса на кухне. Оля что-то говорит, потом смех. Иду туда, уже улыбаюсь, готовлюсь обрадовать. И тут слышу его голос. Артем. Резкий такой, злой. — Хватит жрать, свинья! Я замер на месте. Кровь в висках застучала. Сжал кулаки так, что костяшки побелели. Оля что-то ответила тихо, не разобрал что. Потом стук тарелки. Я вошел на кухню. Артем сидел за столом с телефоном в руках. Оленька стояла у мойки, спиной ко мне. Плечи у нее были опущены. — Здравствуйте, — сказал я. Артем вскинул голову. Оля обернулась. Лицо у нее было красное, глаза влажные. — Пап! Ты как тут? — Решил заехать. У меня же ключи есть. Артем встал из-за стола. На лице натянутая улыбка. — Здравствуйте, Николай Петрович! А мы вас не ждали. — Вижу, — отве

В заброшенной канализации римских бань нашли почти сто младенцев, и это не преувеличение и не газетный трюк, а сухой подсчёт черепов и бедренных костей. Все они были доношенными. На их костях не оказалось следов болезней. Не обнаружили и явных признаков насилия. Они умерли почти сразу после рождения и были аккуратно сброшены в сточный желоб, словно кто-то очень не хотел, чтобы о них узнали. Прошло полторы тысячи лет, но археологи до сих пор не могут уверенно сказать, что именно произошло в этом месте. Где и когда это случилось Ашкелон — древний портовый город на побережье Средиземного моря, который в позднеримскую эпоху был оживлённым и многолюдным. Речь идёт о римских термах IV–VI веков нашей эры, обычном банном комплексе, где люди мылись, отдыхали, занимались спортом, получали массажи и решали дела, о которых не принято писать в официальных хрониках. Это было не кладбище и не храм. Это была баня. Именно это делает находку особенно тревожной, потому что привычное пространство отдыха

Отгремела свадьба, и в большом крестьянском доме наконец воцарилась утомлённая, счастливая тишина. Гуляли, как и положено, три дня, от души, так что даже старые тополя у околицы, казалось, притихли, устав от песен и гармошки. Столы ломились от пирогов, томлёной в печи баранины, солёных груздей и браги, пахнущей тёплым хлебом. Гости, краснолицые и довольные, желали молодым счастья да богатства, а те, казалось, и не слышали шумного веселья. Они жили в своём отдельном мире, маленьком и хрустальном, созданном из одних лишь взглядов и прикосновений. Кареглазая Анна, с тёмными, туго заплетёнными косами вокруг головы, словно венком, растворялась в спокойных, васильковых глазах своего Степана. Он был высок, широк в плечах, с тихой, немногословной улыбкой, которая заставляла её сердце биться чаще. Они сидели за общим столом, но руки их под скатертью были крепко сплетены, и им казалось, что весь этот гомон — лишь далёкий отзвук какого-то другого праздника. Их праздник был внутри, и он только н