Истории в паутине

Ещё поквитаемся, море! (12+)

Когда старый цирк разбирали по брёвнышку, Серёга-весельчак не смог укатить ни одного. Силёнок не хватило, он же был пацан ещё, рыжий, хрупкий и задиристый.. Но оставил себе Серёга колышек, каким дверь под ручку подпирали, чтоб не раскрывалась от здешних "непутёвых" ветров. Цирк-то на острове стоял, где жил рабочий посёлок. Теперь работа тут кончилась, посёлок переезжал на следующий остров - и все постройки отправлялись дальше, вместе с людьми, по большой воде.
Серёга не пошёл смотреть, как уплывает вдаль увязанный из брёвен плот. Вчерашний цирк ничем не напоминал самого себя: пусть простого сруба, но с всегда горящими (и вечно "бахающими" невзначай!) гирляндами

Разврат на возврат (18+)

1) Занимаюсь политологией, сугубо как наукой. Получил на возврат статью от одного медиа с правками редактора. В целом, понятные мелочи. Но в конце приписка: "горите вы все в аду, долбаные политиканы!!"... Видимо, стереть забыл свой крик души, но это не точно.
***
2) Спортивный журналист. Много лет работаю на крупных соревнованиях, видела всё! Но был и особый инцидент в карьере. Однажды схлопотала коньком в лицо от фигуристки, заявившей, что это справедливый возврат. Она считала, что её оболгали в прессе. Хорошо, не лезвием заехала...
А потом в сумке у оператора нашлись подброшенные чехлы от старых коньков, полные какой-то чёрной соли. Так мы уехать не могли с тех со

Второй часовой

Часы стояли давно. Не звонили, не жужжали, не тикали… Просто занимали место.
Оказывается, чтобы идти не вперед, а в никуда, шума не надо. Старик, сидя в кресле напротив часов, вдруг ясно это осознал. Ход вечности беззвучен!
Старый человек удивился своему открытию. А ведь последние двадцать лет он и не вспоминал об этом чувстве. Забыл, как это бывает: открывать, удивляться.. Просто давным-давно убедился в главном, что вода вкуснее, хлеб свежее, а женщина – преданнее, когда ты чист сердцем. И это непреложно, это – закон.
Сейчас он уже очень старый, «древний», как скажут внуки. Ему и вправду тяжело ходить, стоять, говорить, подолгу размышлять о чем-то.
– Немногое осталось от г

Бессонный дом (16+)

В прекрасном краю стоит этот дом, где никогда не спят. Окружающий пейзаж тоже, кажется, не склонен ко сну. Ведь зарево рассвета в определённый час слишком похоже на краски заката! Вот здесь, на лужайке, ещё горячее лето, а в тени наплывающего леса уже золотится осень.. Всё торопится жить, не зная отдыха.
Девочка с косичками - тут, высоко, в окошке с рюшечками, - состарилась в доме. И раздвоилась. Старая женщина внизу, в пустой усталой оранжерее, - это та же девочка, но уже прожившая свою жизнь, как бы спустившаяся из спален сюда. А бантики с косичек переместились на ночную сорочку. Чем встревожена женщина, глядящая вдаль? Возможно, тем, что хода назад нет и пора покинуть

Старые русские ведьмы: рыбный день для Верочки (16+)

У женщины была защита. Не броня, но всё же надёжная, цельная. Вывезенная из простого деревенского детства и всей её немудрящей жизни. Верочка не захотела разбираться с прошлым женщины, с мамкиным благословением, с кругами старого рода - она просто искала брешь. И нашла её очень легко. Цинично и даже вполне по-житейски усмехнулась про себя: когда близкие настолько слабы, связываться с такими, как она, не стоит.
У женщины, практичной и неглупой, имелся крайне опасный недостаток, к которому она оказалась слепа и глуха. Тоже оставшийся с малолетства и добавлявший ей веса на горб, который всегда растёт от обид, напрасно нанесённых другим. Пото

Вниз тормашками (18+)

На вокзале, где на непонятный срок задерживали посадку, принципиально не подавали чёрный кофе. Так владелец буфета конфликтовал из сухопутного уголка с заморскими торговцами, опять поднявшими цену на зёрна... И мы с Ольгой Николаевной, моей новой приятельницей, оба будучи кофеманами, отправились в маленькое турне за любимым напитком. Хотя предложи мне она экскурсию на тот свет, я согласился бы с неменьшим интересом! Отчего-то, при всей розни наших натур, происхождений и житейских условий, я разговорился с совершенно чужой мне женщиной. Причём держал я себя с той желанной откровенностью, какую допускаешь лишь со случайным собеседником не своего круга. Когда хочется стать

В удовольствиях отказано (18+)

Накануне барышей нечестивый Кузьма загулял в родимом трактире. Кутил до утра, но наружу вышел злым и соловым. Митрофан, трактирщик, выставил его подзашлычиной и направил за добавкой к кузькиной матери... Под рокот Митрофанова смеха, раздававшегося на всю пустую, заветренную перед рассветом улицу, Кузьма свернул в пролесок.
За студёным кислым квасом, от которого "жабры холодели", придётся тащиться к Марфуне. А ей деньгу надо с поворота показывать - иначе не отопрёт.
На светлеющей полянке раскрыл мужик схуднувший гаманок. Бурый кожаный кошель на тесьме, видавший виды, истёртый, преподнёс Кузьме невнятицу смешанных монет.
Что ж делать, нужно внутрь лезть.. Да т

Женщина не в автомобиле, без очков и без ружья (18+)

В гольном ещё лесу бежала лиса. И за чем-то выбежала на дорогу.
Что увидела лиса? Это находилось дальше стоящего автомобиля. Это лежало ближе к продолжению леса, разомкнутого пустой пока дорогой, ведущей к дачам.
Лиса выгнула тело, поднимая что-то с дороги. Но что-то так просто не давалось: оно волоклось и царапало асфальт.
Лиса возражала тоже, продолжая пробовать разные захваты, чтобы унести это с собой.
Лиса развернулась и победила корпусом. Тяглом утащила нечто в лес, на другую его сторону, не переходя дороги назад.
Женщина отошла от машины и посмотрела вслед сильной, упёртой лисе. На тропинке, по которой удалялось животное, валяло

Горе луковое

Разнузданные соболя швыряло по палубе, но женщина была в таком отчаянии, что не видела ничего. Или врастала в борт, как ещё одна кариатида,* опасно свесившись вниз. Или металась по всему кораблю до пены на сизых ежевичных губах... От великолепной накидки, об которую я потёрся щекой - мех был ласковей маминых рук, отрывалась верхняя сбруя. Знак не только великого достатка, но и охотничьей удачи: сокровища теснились на шёлковой кручёной нитке, вроде свежей добычи. Умело выделанные шкурки, блестя глазами-самоцветами на востроносых мордочках, даже пугали! Будто живые зверки разбегались от бедствия и гибли во второй раз - вместе с нами.
До нынешних событий я не касался такого меха!

Дорожный столбик (18+)

Несчастная повозка наша встала у полосатого столбца с нумером "13". Умученные распутицей лошади склонили головы к непроходимой холодной "каше" из жирной грязи и свинцового снега. Мы спешились, но разговаривать никому не хотелось.. Я собрался немного пройтись, сделал с десяток шагов - и понял страдания бедных животных.
С трудом заняв чёрную твёрдую прогалину, я поглядел вниз: на будущую дорогу. Пока её было не вообразить даже мне, инженеру, а здесь, у 13-й метки, и вовсе задумывался поворот сразу к городу. (Что люди, тепло, жильё совсем близко от нашей стоянки, тоже казалось невероятным.) Вдруг что-то яркое покатилось по земле, ослепив меня всполохами. Я поднял голову

Красный трамвайчик

На расселяемой Кленовой улице, где на сей момент остались одни благоговейные старушки, их исстари звали огнеборцами. Но это был уже полноценный пожарный расчёт, вызванный гасить трамвай 13-го маршрута. Новенький красный состав попал (вместе со всем правым берегом города) в скачок напряжения из-за поломки турбины на ГЭС. Вагончик издал хлопок, зашёлся искрами и вспыхнул, крепко воняя ещё свежей краской. Старушки посыпались в свой тёмный двор, урезанный трамвайной линией вдвое, и тревожно застрекотали, любуясь необычным зрелищем.
"Огнеборцы", грязные лицами и измученные вызовами из-за крупной аварии, разворачивали гигант-пеномёт прямо с открытого грузовика. Немецкий огнетуш

Под жёлтым абажуром (18+)

Дворы приобрели то непереносимое состояние, которое наступает только в распутном марте. Мокнущий наст на невидимом асфальте слышно, как парфюм соседа по лестничной клетке сутки спустя. Пахнет скользкой хвоей, будто ты снова оказался в аномально тёплом декабре, полезными не в городах удобрениями и оттаявшими зимними потерями...
Вверх смотреть хорошо, вниз - не стоит. Вон в центральной луже - где брода нет! - захлёбывается крохотная собачка, похожая на мочалку из джута. Не туда ступнула, бедняжка. Мимоходом, с бережка толщиной в волос, ловишь её за капюшончик и передаёшь несчастной хозяйке, тонущей с другого конца акватории. Пошарив в той же луже, находишь палку для

Семейка Факеровых

Пришла на семейный ужин к парню - на смотрины. Дом чёрно-белый: все нежилые помещения белые, а комнаты чёрные... Сидим в гостиной (я понимаю, что я "колхоз"), такая темень от черноты! Шторки на окнах, уж не знаю из чего, но похожи чем по покойнику зеркала завешивают. А они ещё после ужина люстры повыключали, экономят, наверное. "Вечер при свечах" называется...
Сижу, словно крот, слухом только спасаюсь. Выходила в снежно-белую кухню с мамашкой его - об дверь ка-ак далась, из тьмы-то на свет вышедши.
Вот так сидели маятно, когда о чём говорить и не поймёшь. Ну не была я замужем до своих лет! А по их реакции не угадаю, то ли я долбанько такое, то ли из тюрьмы вышла, то ли у м

Маяк адмирала Климова

Белый сгусток на экране, похожий на дырку от пальца в комке манной каши, завис на долю секунды. Потом широко разъехался, будто послал всех по самой короткой дороге, и пропал. В тряском кадре мелькнула стена, чёрная от сажи. На ней угадывались оплавленные буквы "Маяк адмирала Климова". (Приписка "нь" в слове "маяк" - маНЬяк - выделялась и сейчас, из-за светящейся краски). Дальше вихрь сменяющихся картинок: носы ботинок, наколенники, бордовые штаны... Завалившийся горелый потолок с синефильским планом отражений покоцанной луны в верхних лопнутых стёклах на галерее маяка.. После появилась какая-то трещина, уже, видимо, в гнилых полах, - и полная темнота.
Снимавший видео оп

Паркет, не знавший слова "нет"

Он был чародей, поразительный искусник скрытых за реальностью сил. Костлявый, несуразный, привычный к ходьбе и бормотанию в рифму - неинтересный чудак в текущем воплощении. Родившись с большими способностями к необычной жизни, он наращивал мастерство бесхитростно - обычным упорным трудом. По крупицам собирал волшебные знания, рассыпанные в нашем мире повсюду... Эти открытия, которым чародей по-человечески не переставал радоваться, напоминали ему худой карман со всякой всячиной. Принадлежащий тому, кто бывает везде.
Вот обладатель кармана, не знающий ни о прорехе в нём, ни о сокровищах, оступился. На дорогу упала засусленная конфетка, шипучка-кислючка. Вдруг по

Ковёр и труп

Время позднее. Бывшая песочница под снегом. Тут стоят забуксовавший автомобиль и его опечаленный хозяин. Подходит второй мужчина, которому мешает выехать застрявшая машина, и говорит:
-Ну че, никак?
-Да вмертвую! Полчаса уже кружусь.. Тык-мык – и опять стоп.
-Лопата вторая есть?
-В багажнике... Там открыто.
-Слушай, тут ни видно ни хрена. Это ковер, что ли? А-а-а!!! (Нецензурная брань, отлет от багажника и кружение по площадке, сопровождаемое засовыванием правой руки в снег.)
-Ты че, мужик? Але! Ты че?!
-Кто там у тебя?
-Где?
-Да в ковре!!!
-Может, моль? Ковер тещин, древний, как моя жизнь.
-Какая, на фиг, моль?! Я за лопату взялся, а оно к себе ее тянуть. Чуть руку не выдернул

Тридцатый номер

Никогда, и в самом раннем детстве, Игорь Васильевич не воображал, что весь мир принадлежит ему. Ему не принадлежала даже эта новогодняя елка под потолок (из самых светлых воспоминаний), оттененная лишь сизым светом из зимнего окна.
Игорь Васильевич всегда знал: «он копейки сюда не вложил», «всё это надо заработать», «с вами одни растраты, а денег нет» и далее, по содержанию вечной пластинки с заевшей иглой в крикливом материнском исполнении.
Даже по поводу обладания «заоконьем» грустный (нет, печальный) на всех детско-юношеских фотографиях Игорь себя не обманывал. Хотя оно было прекрасно всегда, без акцента на временах года и красках спектра.. Заоконье – это то, что за окном

Где резвятся фавны

Среди краснодеревщиков Григория прозвали Лепиной. Очень он любил налепливать на реставрируемые изделия всякие узорные финтифлюшки.
И вот взялся Лепина за серьёзный кус - шестиметровую панель из дубняка. В центре будет круглое зеркало, а пока надо было изобразить чего-то по краям. Потому-то и ушёл хороший заказ под Григория. Он имел изящный вкус, образование и навыки, сложившиеся с детства. Помогал в своей деревне какому-то дедку работать с деревом, потом уже "шлифовался" в мастерской.
Над заказом Лепина трудился до судорог в пальцах и очень необычно. От древних солярных* знаков перешёл к выпиливанию лекала - крупного цветка типа лотоса. Даже уезжал на день в соседний гор

Скворечник для птеродактиля

У настоящих гигантов времени тоже было больше, согласно великолепным размерам. Но и они когда-то исчезли, стали безопасны... Прежние угрозы отошли, зато наметились новые. Так уж устроен любой мир - даже вымышленный..
Ныне среди моих соседей сохранились, конечно, пережитки с мутациями. Наследники грандиозного прошлого с кислой отравой в плевке, шипастыми перьями-дротиками интриг или незаметной паутиной-удавкой из сплетен. Только всё это мелочь пузатая, сама кротость по сравнению с предшественниками. А вот мастодонты, казавшиеся мне непобедимыми, просто вымерли. Требовалось лишь подождать.
Однако по молодости ждать годы ощущалось не то чтобы проигрышем, скорее - н