☭ Наша Родина - СССР!

#Красная_Армия_всех_сильней

#История #антисоветизм #Лихие_90 #Как_нас_уничтожают 34 года назад, 23 февраля 1992 года, произошло одно из первых крупных столкновений между противниками ельцинских реформ и правительственными силами: в Москве ОМОНом разогнана многотысячная мирная просоветская демонстрация, посвящённая Дню Советской армии и Военно-морского флота. Митинг, посвящённый Дню Советской армии, был организован Союзом офицеров и имел целью заявление протеста против разделения бывшей Советской армии; его контингент составляли бывшие военнослужащие, в том числе много ветеранов войны. Лидер Союза Офицеров Станислав Терехов предполагал шествие к могиле Неизвестного солдата и возложение к ней венков. Со своей стороны правительство Москвы заявило о запрете всех митингов и демонстраций 22—23 февраля, тогда как Моссовет отменил это постановление. По утверждению тогдашнего главы ГУВД Москвы Аркадия Мурашова (тогда один из лидеров движения «Демократическая Россия», позднее входил в СПС), на запрете настаивал лично мэр Москвы Гавриил Попов, тогда как ГУВД было против. В конце концов митингующим было разрешено собраться на площади Маяковского, но во избежание шествия Тверская была перегорожена грузовиками и омоновцами. При попытке митингующих прорваться на Тверскую и возложить цветы к могиле Неизвестного солдата произошли столкновения. Журнал «Коммерсантъ» описывал операцию властей против демонстрантов: «В День Советской Армии 450 грузовиков, 12 тысяч милиционеров и 4 тысячи солдат дивизии им. Дзержинского заблокировали все улицы в центре города, включая площадь Маяковского, хотя накануне было объявлено, что перекроют лишь Бульварное кольцо. Едва перед ограждённой площадью начался митинг, как по толпе прошёл слух, будто некий представитель мэрии сообщил, что Попов с Лужковым одумались и разрешили возложить цветы к Вечному огню. С победными криками «Разрешили! Разрешили!» толпа двинулась к Кремлю. Милицейские цепи тотчас рассеялись, а грузовики разъехались, образовав проходы. Однако вскоре цепи сомкнулись вновь, разделив колонну на несколько частей». Затем, как пишет Сергей Кара-Мурза, «крупную группу демонстрантов, запертую с двух сторон, жестоко и нарочито грубо избили — били стариков, инвалидов, заслуженных военачальников высокого ранга, всем известных депутатов и писателей». Эдуард Лимонов вспоминал: «ОМОН был впервые употреблён Ельциным 23 февраля 1992 года. Я был, когда людей там разгоняли с алюминиевыми щитами. Тогда всё было ещё примитивно». Так описывали левые газеты то, что тогда происходило: «В этот день ОМОНовцами было избито и травмировано несколько сотен демонстрантов. Первой, кого доблестные ОМОНовцы дубинкой «поздравили» с праздником Советской Армии и ВМФ, была женщина-снайпер, ветеран Великой Отечественной войны, Звёздочкина. Фашисты оставили ей на память о себе рану на ноге. ОМОНовцы оставили глубокую рваную рану на её щеке. Вот так «сынки» из ОМОНа отблагодарили Мать за то, что она, не щадя крови, берегла их от фашистских газовых камер. … Автомобиль «Жигули», на котором ветеран Великой Отечественной войны, Пустовалов, попытался проехать к месту проведения митинга (он вез звукоусилительную аппаратуру) был, вместе с водителем, перевёрнут милиционерами вверх колёсами, под непосредственным руководством подполковника (с подходящей фамилией) Козлова. Затем, как и полагается стражам демократического порядка, они разбили в автомобиле фары и лобовое стекло, а скаты по всей окружности исполосовали ножами. … Пятнадцатилетнего Лопатина, забравшегося на ОМОНовскую зарешёченную «скотовозку» с красным знаменем в руках, ОМОНовцы затащили через верхний люк вовнутрь и начали безжалостно избивать. Но когда демонстранты уже были близки к тому, чтобы перевернуть их «скотовозку», ОМОНовцы вытолкнули избитого подростка из зарешёченного кузова и вновь храбро и резко захлопнули дверь. Больше ОМОНОвцы не высовывались». «… Когда генерал Песков попытался выйти в город со станции метро «Тверская», дорогу ему преградило нечто в шинели с пуговицами и эмблемами, на которых еще был виден герб Советского Союза. И это было особенно обидно. Милиционер как всякий холоп, не читавший чеховской «Свадьбы», упивался возможностью безнаказанно, с разрешения хозяина, издеваться над стариком, к тому же одетым в генеральскую форму. Он не просто физически не давал Пескову выйти наверх, а сопровождал свои тычки хамскими эпитетами. К чести милиции, нашлось несколько товарищей, которые сдержали своего демократического сослуживца и выпустили генерала из метро. Песков тяжело поднялся наверх. Сердце резала боль. Он прислонился к стенке. Попытался вынуть из кармана валидол, но не успел. Побледнел и, обтирая спиной стену, боком упал на холодный февральский асфальт. Сердце Человека, защищавшего Москву в 1941 году от фашистов, остановили продолжатели их дела, демократы, в рыночной Москве 23 февраля 1992 года». Автор журнала «Московский литератор» Светлана Гладыш писала: «23 февраля 1992 года ветераны Великой Отечественной шли поклониться могиле Неизвестного солдата… До сих пор с ужасом вспоминают этот день дожившие до сегодня старики и, надеюсь, со стыдом и сознанием греха — молодые каратели, поднявшие дубинки на тех, благодаря которым они живы. Генерал, дошедший до Берлина, не смог дойти до Кремля — упал на Тверской, как на поле сражения. Уличные развалы Арбата полнились орденами и медалями за оплаченное кровью мужество. Отца моей знакомой двое дюжих молодцов избили до потери сознания и вырвали «с мясом» орден боевого Красного Знамени и медаль за освобождение Будапешта: «Ты, дед, — мразь красно-коричневая». Плакали по всей России ни бога, ни черта не боявшиеся старики от унижения и непонимания происходящего». В журнале «Москва» отмечалось: «Только помрачением рассудка можно объяснить такую мерзость, такой позор, как избиение молодыми милиционерами стариков ветеранов, вышедших на демонстрацию 23 февраля 1992 года».

#Колпакиди Популярный блогер-коммунист, преподаватель экономической теории Катерина Волкова (Кирбирева) и историк Александр Колпакиди обсудили на Аврор» экономические итоги 2025 и перспективы нового года. Почему мы наблюдаем «отрицательный рост» и сплошные «зияющие высоты»? Почему без социализма у России нет будущего? В конце обсуждения затронули достижения коммунистического Китая. Впрочем, данное обстоятельство нисколько не отвлекло собравшихся от темы, а наоборот, показало более контрастно путь регресса, по которому Россия движется последние десятилетия Ведущий: Александр Колпакиди

С Днём Советской Армии и Военно-Морского флота! «Без вооружённой защиты социалистической республики мы существовать не могли. Господствующий класс никогда не отдаст своей власти классу угнетённому. Но последний должен доказать на деле, он не только способен свергнуть эксплуататоров, но и организоваться для самозащиты, поставить на карту всё». В. И. Ленин, т. 38, с.138-139. #Какой_сегодня_праздник #Красная_Армия_всех_сильней #23_февраля В этот день, 104 года назад, в боях с немецкими захватчиками под Псковом и Нарвой родилась Рабоче-Крестьянская Красная Армия. По призыву Коммунистической партии тысячи рабочих и крестьян поднялись на защиту своего социалистического Отечества. Более 70 лет — с 1918 года до конца 1980-ых годов — наша армия была гордостью народа, его опорой и защитой. Красная, Советская Армия одержала славные победы на фронтах гражданской войны и военной интервенции 14 империалистических государств против молодой Советской Республики; под руководством генералиссимуса И.В. Сталина разгромила фашизм и освободила народы Европы от фашистского рабства; почти полвека после окончания Великой Отечественной и Второй мировой войны, вместе с войсками стран Варшавского Договора, обеспечивала мир во всем мире. Её традиции – преданность делу Октября, нравственное превосходство над врагом, массовый героизм в бою, интернационализм и патриотизм – сложились в пламени Гражданской и Великой Отечественной войн, в ходе которых социалистический строй доказал, что он не только справедливее, но и сильнее буржуазного варварства. Этой армии больше нет. Но она живёт в наших сердцах – защитница великой, свободной и гордой Советской страны, никогда не опускавшейся на колени перед завоевателями, непобедимая и легендарная. С праздником вас, товарищи! С Днём Советской Армии и Военно-Морского флота!

81 год назад, 8 февраля 1945 года, советский лётчик Михаил Девятаев вместе с другими узниками совершил побег из фашистского плена на угнанном ими бомбардировщике "Хейнкель-111". #Подвиг_Советского_Народа #ВеликаяОтечественная #Герои_Советского_Союза #Наша_Родина_СССР 8 февраля 1945 года, в 14 часов 40 минут, в расположении 311-ой стрелковой дивизии 61-ой армии генерала Белова приземлился немецкий бомбардировщик Хейнкель-111. Подбежавшие к самолёту солдаты были крайне удивлены, увидев вместо немецких лётчиков бежавших из немецкого плена наших. В самолёте были... наши: Тимофей Сердюков, Николай Урбанович, Пётр Кутергин, Михаил Емец, Иван Олейник, Фёдор Адамов, Владимир Немченко, Владимир Соколов и Иван Кривоногов. Последним из самолёта показался пилот Михаил Девятаев. Михаил Петрович Девятаев родился в семье крестьянина и был в ней тринадцатым ребёнком. В 1933 году он окончил семилетку, а в 1938 году – Казанский речной техникум, обучаясь в котором Девятаев параллельно посещал аэроклуб – тогда обучение граждан авиационному делу, ныне доступное лишь миллионерам, было бесплатным для всех желающих. По окончании техникума Девятаев служил помощником капитана баркаса на Волге. В 1938 году Свердловским РВК города Казань призван в Красную Армию. Окончил в 1940 году Чкаловскую военно-авиационную школу лётчиков. Участник Великой Отечественной войны с 22 июня 1941 года. Уже на второй день младший лётчик М. П. Девятаев на своём И-16 участвовал в воздушном бою. Боевой счёт открыл 24 июня, сбив под Минском пикирующий бомбардировщик Ju-87. Затем защищал небо Москвы. 23 сентября 1941 года при возвращении с задания Девятаев был атакован «мессершмиттами». Одного из них сбил, но и сам получил ранение в левую ногу. К этому времени совершил 180 боевых вылетов, в 35 воздушных боях сбил лично 9 самолётов врага. После госпиталя врачебная комиссия определила его в тихоходную авиацию, где командовал звеном связных самолётов У-2, совершил 280 вылетов на связь с передовыми частями. С сентября 1943 года служил в 1001-ом отдельном санитарном полку, выполнил 80 боевых вылетов на передовые посадочные площадки, вывез 120 раненых бойцов, доставил 600 литров крови и 1500 килограммов медикаментов и других грузов. После встречи в мае 1944 года с А. И. Покрышкиным он вновь стал истребителем. 13 июля 1944 года Девятаев, служивший в 9-ой гвардейской авиадивизии Покрышкина, сбил Fw-190 в районе западнее Горохова. А в этот же день Девятаев вылетел в составе группы истребителей Аэрокобра под командованием майора Боброва на отражение налёта вражеской авиации. В воздушном бою в районе Львова Девятаев был ранен в ногу, а его самолёт подожжён. В последний момент покинул падающий истребитель с парашютом. С тяжёлыми ожогами захвачен в плен. Допрос следовал за допросом. Затем его на транспортном самолёте отправили в разведотдел абвера в Варшаву. Не добившись от Девятаева никаких ценных сведений, немцы отправили его Лодзинский лагерь для военнопленных. Позже переведён в лагерь Новый Кёнигсберг. Здесь, в лагере с группой товарищей Девятаев начал готовить побег. По ночам подручными средствами - ложками и мисками - они рыли подкоп, на листе железа оттаскивали землю и разбрасывали её под полом барака (барак стоял на сваях). Но когда до свободы уже оставалось несколько метров, подкоп обнаружила охрана. По доносу предателя организаторов побега схватили. После допросов и пыток их приговорили к смерти. Девятаев с группой смертников был отправлен в Германию в лагерь смерти Заксенхаузен (под Берлином). Но ему повезло: в санитарном бараке парикмахер из числа заключённых заменил его бирку смертника на бирку штрафника (№ 104533), убитого охранниками учителя из Дарницы Григория Степановича Никитенко. В группе «топтунов» разнашивал обувь немецких фирм. Позже при помощи подпольщиков был переведён из штрафного барака в обычный. В конце октября 1944 года его в составе группы из 1500 заключённых отправили в лагерь на остров Узедом, где находился секретный полигон Пенемюнде, на котором испытывалось ракетное оружие. Так как полигон был секретным, для узников концлагеря был только один выход - через трубу крематория. В январе 1945 года, когда фронт подошёл к Висле, Девятаев вместе с заключёнными Иваном Кривоноговым, Владимиром Соколовым, Владимиром Немченко, Федором Адамовым, Иваном Олейником, Михаилом Емецом, Пётром Кутергиным, Николаем Урбановичем и Дмитрием Сердюковым начал готовить побег. Был разработан план угона самолёта с аэродрома, находившегося рядом с лагерем. Во время работ на аэродроме Девятаев украдкой изучал кабины немецких самолётов. С повреждённых самолётов, валявшихся вокруг аэродрома, снимались таблички от приборов. В лагере их переводили и изучали. Всем участникам побега Девятаев распределил обязанности: кто должен снять чехол с трубки Пито, кто убирать колодки от колёс шасси, кто снимать струбцины с рулей высоты и поворота, кто подкатывать тележку с аккумуляторами. Побег был назначен на 8 февраля 1945 года. По пути на работу на аэродром заключённые, выбрав момент, убили конвоира. Чтобы немцы ничего не заподозрили, один их них надел его одежду и стал изображать конвоира. Таким образом удалось проникнуть на стоянку самолётов. Когда немецкие техники отправились на обед, группа Девятаева захватила бомбардировщик He-111H-22. Девятаев запустил двигатели и начал выруливать на старт. Чтобы немцы не увидели его полосатую арестантскую одежду, пришлось раздеться догола. Но взлететь незамеченными не удалось - кто-то обнаружил тело убитого охранника и поднял тревогу. В сторону «хейнкеля» со всех сторон бежали немецкие солдаты. Девятаев начал разбег, но самолёт долго не мог взлететь (позже обнаружилось, что не были убраны посадочные щитки). При помощи товарищей Девятаев что есть силы тянул штурвал на себя. Только в конце полосы «хейнкель» оторвался от земли и на малой высоте пошёл над морем. Опомнившись, немцы послали в погоню истребитель, но обнаружить беглецов не удалось. Девятаев летел, ориентируясь по солнцу. В районе линии фронта самолёт обстреляли наши зенитки. Пришлось идти на вынужденную посадку. «Хейнкель» сел на брюхо южнее деревни Голлин в расположении артиллерийской части 61-ой армии. В итоге, пролетев чуть более 300 км, Девятаев доставил командованию стратегически важные сведения о засекреченном центре на Узедоме, где производилось и испытывалось ракетное оружие нацистского рейха, точные координаты стартовых установок ФАУ, которые находились вдоль берега моря. Доставленные Девятаевым сведения оказались абсолютно точными и обеспечили успех воздушной атаки на полигон Узедом. Семеро из 10 участников побега – Соколов, Кутергин, Урбанович, Сердюков, Олейник, Адамов, и Немченко – были зачислены в одну из рот 777-го стрелкового полка и отправлены на фронт. Даже Немченко, потерявший в плену один глаз, уговорил отправить его на фронт в качестве санитара стрелковой роты. Трое же офицеров — Девятаев, Кривоногов и Емец — до конца войны оставались вне зоны боевых действий, ожидая подтверждения воинских званий. Рота, в которую были зачислены семеро из десяти беглецов, участвовала в штурме города Альтдама. 14 апреля, во время форсирования Одера, погибли Соколов и Урбанович, ранен Адамов. По сведениям Девятаева, Кутергин, Сердюков и Немченко погибли в битве за Берлин за несколько дней до победы, а Олейник погиб на Дальнем Востоке, в войне с Японией. Из всех семерых остался в живых только один Адамов. Он вернулся в посёлок Белая Калитва Ростовской области и стал шофёром по своей довоенной профессии. Умер он в 1968 году на 46-ом году жизни. Михаил Емец, который до плена был комиссаром одного из партизанских отрядов из соединения Ковпака, после войны вернулся в Сумскую область и стал бригадиром полеводческой бригады в родном колхозе. Умер Михаил Алексеевич Емец 31 октября 1984 года. В сентябре 1945 года Девятаева нашёл С. П. Королёв, назначенный руководить советской программой по освоению немецкой ракетной техники, и вызвал на Пенемюнде. Здесь Девятаев показал советским специалистам места, где производились узлы ракет и откуда они стартовали. Именно за помощь в создании первой советской ракеты Р-1 Королёв в 1957 году смог представить Девятаева к званию Героя Советского Союза. В ноябре 1945 года Девятаев был уволен в запас. В 1946 году, имея диплом капитана судна, устроился дежурным по вокзалу в Казанском речном порту. В 1949 стал капитаном катера. Михаил Девятаев до своих последних дней жил в Казани. Пока позволяли силы, работал капитаном речного флота, в том числе возглавлял экипажи самых первых отечественных судов на подводных крыльях «Ракета». Награждён орденом Ленина, 2 орденами Красного Знамени, орденами Отечественной войны I и II степеней, медалями. Михаил Петрович Девятаев дожил до XXI века и умер 24 ноября 2002 года. Похоронен он на Арском кладбище в Казани. ВЕЧНАЯ СЛАВА ГЕРОЯМ! Пс. Наверное, Михаил Петрович был в шоке, что сделали со страной...

23 февраля в Москве состоится встреча депутатов КПРФ с избирателями и возложение венков к Могиле Неизвестного Солдата. #23_февраля #Память #РККА #Красная_Армия_всех_сильней #Наша_история #КПРФ 23 февраля 2026 г. Центральный Комитет Коммунистической партии Российской Федерации, депутатская фракция КПРФ в ГД ФС РФ, Общероссийский Штаб протестного движения, МГК и МК КПРФ, ЦК Ленинского комсомола, Союз Советских офицеров, ДПА и общественные организации левого народно-патриотического движения проводят в Москве встречу депутатов КПРФ с избирателями и торжественное возложение венков к Могиле Неизвестного Солдата у Кремлевской стены и к памятнику маршалу Жукову, посвященные Дню рождения Рабоче-крестьянской Красной армии и поддержке российского воинства СВО. Сбор участников: в 14-45 Место сбора: сквер Театральной площади, возле памятника Карлу Марксу, (ст. метро Площадь Революции, Театральная, Охотный ряд). Источник: Коммунистическая партия РФ (КПРФ).

НА РЫНКЕ РАССКАЗАЛИ, ПОЧЕМУ ОГУРЦЫ ДОРОЖЕ МЯСА. ОПРОС-2026.

Депутат Госдумы от КПРФ Сергей Обухов предлагает альтернативу замедлению Телеграма.

Социализм как технология, или Почему опыт СССР очень актуален: Колпакиди, Зоммер, Янтурина.