Всё для дома: хитрости женщинам, хозяйкам, мамам

Вторую неделю стояла ужасная жара. На огороде все «так и перло». Воздух был неподвижен и густ: казалось, что его можно резать ножом – ветра не было совсем. Пересохшая земля требовала регулярного полива: это и собирался сейчас сделать Коля, прилаживающий к крану водопроводный шланг. Дело происходило на даче, принадлежащей родителям мужа. Но они были людьми адекватными и выделили семье сына комнату в старом доме. Надя тоже оказалась нормальной невесткой и просто так на даче жить не хотела: они с Колей много помогали на огороде и по дому. А все знают, что хорошим хозяевам на даче всегда найдется работа. И так получилось, что львиную долю всех огородных прибамбасов женщина взяла на себя. Это – и ежегодная высадка рассады, и прополка, и полив, и обработка полученного урожая. А человек быстро привыкает к хорошему и думает, что так будет всегда. Поэтому, свекровь, видя, что у невестки все получается просто здорово, отошла в сторону, предоставив той одной «колотиться» на огороде. Но, правда, пообещала написать на сына завещание: дескать, сынок, дачу оставлю тебе! Поэтому, не думайте, что ваши усилия пойдут даром. Надя и Коля были людьми добрыми и помогали бы на даче и без всякого завещания. Но это известие радовало сердце и успокаивало душу: семья жила небогато, и собственная дача стала бы неплохим подспорьем. Вот и сейчас они проводили отпуск на родительской даче: Колины папа с мамой уехали на море! Да, и это стало событием: все знают, что сегодня пенсионерам очень сложно выбраться куда-либо, кроме загородного участка. А в Сочи начинался бархатный сезон – самое то для пожилого человека: нежаркое, ласковое солнышко и уйма фруктов. Оба пенсионера очень долго не соглашались, отнекиваясь и выдумывая несуществующие причины. Но подаренная сыном и невесткой значительная сумма оказала решающее действие: пусть родители отдохнут – заслужили! И, хотя Коля и Надя могли бы поехать к морю сами, они, без колебаний, расстались с деньгами: они-то еще успеют – а родителям нужнее! К тому же, это делало их, как бы, значительнее и наполняло гордостью: да, смогли помочь родителям и оказать им засуженный почет и уважение. А это сейчас дорогого стоило. Ведь для русского человека это самое чувство глубокого морального удовлетворения гораздо ценнее собственного комфорта. И теперь женщина собирала созревшие овощи: а ей еще предстояло их обрабатывать, стоя в такую жару у раскаленной плиты. Уже закатанные банки были выстроены в кладовке в стройные ряды и радовали глаз: будет, чем полакомиться зимой! Но тут была, как говорится, одна закавыка: бо̀льшая часть закруток уходила младшей сестре мужа, Леночке, нахалке, совершенно не заморачивающейся насчет помощи маме с папой. Она уже успела один раз выйти замуж, и теперь была во втором браке, постоянно занятая своей любовью и тем, что называлось выстраиванием отношений. Какой огород, люди добрые, когда нужно работать над личной жизнью! К тому же, у нее был маникюр. Или лапки, как принято сейчас говорить. Нет-нет, на дачу они, конечно же, приезжали. Но, исключительно на шашлыки, а еще, чтобы забрать банки. Надя, видя как многочисленные плоды ее труда исчезают в бездонном багажнике чужого авто, молча стискивала зубы, предоставляя родне разбираться самой. Коля тоже молчал: он привык, что сестренка всегда была на первом месте. А уж ему — что останется… И вот теперь свекры поехали отдыхать практически на их деньги: у Леночки запросы всегда превышали предложение. Поэтому, на помощь маме с папой финансов не оставалось: самой бы удовлетворить свои потребности! Родители возвращались с отдыха через два дня. Сообщили, что разберут вещи и сразу приедут на дачу. И что привезли сувениры. Надя решила испечь шарлотку и приготовить фаршированные перцы, которые любила Нина Васильевна. И это – помимо новых банок, которые они хотели забрать с собой. Поэтому, крутилась на летней кухоньке до поздней ночи. Родители выглядели посвежевшими и отдохнувшими. Привезли магнитик на холодильник и большую ракушку, которую можно было прикладывать к уху: там слышался шум моря. Ну, хоть какое-то утешение. И, естественно, стали показывать фотографии: куда же без этого! И тут на одной из фоток Надя заметила худенького мальчика. Сомнений не было: рядом с бабушкой стоял Ваня – сын любимой доченьки и любимый внук. — А разве вы брали Ваньку с собой? – неожиданно спросила Надя. — Ну, да, — заюлила свекровь. — Я же тебе говорила! Сынок, я же вам говорила, помнишь? Но Коля, всегда безоговорочно до этого соглашавшийся с мамой, на этот раз промолчал, потому что это было откровенной ложью. И если бы они узнали об этом раньше, то вряд ли дали деньги родителям на отдых. Получалось, что на их деньги мама мужа отвезла на море не их Янку, как можно было бы предполагать, если мыслить логически, а любимого внука. Значит, они субсидировали чужого ребенка в ущерб своему: а ни один здравомыслящий родитель этого не сделает. А их семилетнюю дочку пришлось отправить в проверенный заранее, оздоровительный лагерь – на даче она откровенно скучала. Для этого они даже решили отдать ее в школу на следующий год: время пребывания в лагере пришлось на сентябрь. Получалось, что они понесли существенные моральные и материальные убытки совершенно впустую! И следующее фото доказало полное отсутствие логики и абсурдность ситуации: на фоне магнолии стояла вся веселая семейка – Ленка с мужем и Ванька. У Нади внутри все заледенело: значит, пока они корячатся на огороде, свекры берут с собой отдыхать любимую доченьку с семьей. Причем, на их же денежки! Как же можно так разделять детей? Это же несправедливо! Коля тоже был потрясен происходящим. Даже для него, абсолютно неконфликтного человека, это оказалось чересчур. Это выглядело чистым предательством и породило уйму чувств, представляющих сложную смесь негодования, злобы, досады и чувства мести. А почему бы и нет? Ведь каждый должен получить по заслугам. Разве не так? Надя сняла свой вечный фартук и коротко, как скомандовала, произнесла мужу: — Собирайся – мы срочно едем домой. — Как это? – всполошились родители. — Мы же даже еще не поговорили! — Почему это не поговорили? Очень даже поговорили! – Надя разговаривала непривычно жестко: ей запоздало стало все ясно. И доброму Коле тоже стало ясно: так, что глазам больно. И они, побросав в сумку самое необходимое, уехали. В машине долго молчали, а потом муж тихо сказал: — А хочешь, купим свою дачу? — На что? — упавшим голосом спросила Надя. – Денег-то у нас нет! — Возьмем кредит! – бодро произнес Коля. – Мы же оба работаем – выплатим как-нибудь! И жена уже в машине стала подыскивать подходящие варианты. Это было очень грамотным решением: осенью было хорошо видно, какого урожая ожидать от участка. А они планировали покупать дом с садом и огородом. И такой домик нашелся: на противоположном направлении от дачи родителей – не дай Бог встретиться — и полностью обустроенный. К тому же, до него было удобно и быстро добираться как на авто, так и на электричке. И они его, конечно же, купили! И это существенно добавило обоим настроения: кто приобретал когда-нибудь любую недвижимость, тот поймет. Бывшие владельцы даже не стали полностью собирать урожай, предоставив это сделать новым хозяевам. И это было очень приятно – работать на себя, а не чужого дядю. Точнее, тетю. С момента приезда родителей с юга прошло две недели. Надя, которая до этого часто перезванивалась со свекровью, делать это прекратила. Нина Васильевна тоже налаживать отношения с невесткой не спешила: любовь к дочери оказалась сильнее. Иногда ей звонил сын: мама есть мама. Разговаривали немногословно: — Как дела и что нового? Отвечали тоже коротко, понимая, что друг друга уже не интересуют: у каждого была совершенно другая, сформировавшаяся доминанта. И тут на телефон Нади поступил звонок: на экране высветилось имя Нины Васильевны. — Вы чего на дачу не приезжаете? – как ни в чем не бывало, начала свекровь. — А у нас теперь другая дача: разве Коля не говорил? — ответила Надя. – Мы купили свою – так будет лучше! — Но зачем? – всполошились по ту сторону экрана. – Есть же место – живите, сколько хотите! А потом вообще ее завещаем сыну! — А вы теперь можете завещать ее дочери. А то ей, видимо, было не совсем сподручно вкалывать на чужой даче. Но после завещания-то она, конечно, будет вам помогать, — стараясь говорить спокойно, произнесла Надя, хотя ей хотелось послать маму мужа по известному адресу. Свекровь немного помолчала, переваривая услышанное, а потом, не желая сдаваться, сказала: — А у нас черноплодка поспела — надо бы варенья наварить. Ты же знаешь, как его любит Владимир Михайлович. Особенно, с яблоками. — А это вы Леночку попросите – она наварит! Ведь теперь она на даче будет главная, — бодро посоветовала невестка. — Ну ты же знаешь, как она занята, — возмущенно произнесла Нина Васильевна. — Ничего страшного! Пусть найдет время, чтобы порадовать любящего папочку! Надо же как-то вашей дочери выражать свою любовь. А то все только на словах. Кстати, пусть еще остатки овощей соберет, — сказала Надя и, на этой радужной ноте, отключилась. А черноплодки оказалось много и на новой даче. И всего остального тоже. Но теперь есть все это и пить терпкий, вяжущий рот сок предполагалось не свекру, а совершенно другим людям. А варенье из этой рябины, действительно, очень вкусное. Особенно, с антоновскими яблоками, которые чрезвычайно уродились в этом году. Вот тут Вы оказались совершенно правы, дорогая Нина Васильевна! Автор: НЕЗРИМЫЙ МИР