Деревня, продлевающая жизнь

Призовой кубок. Органайзер для мобилок, зарядок и прочих принадлежностей. Карандашница.

Вышли, ближе к полуночи, на маленькую железнодорожную станцию. Последний товарный давно ушёл, теперь будет только утром. Куда-то надо себя девать на ночь. Мокрые насквозь. Целый день дождь, да ещё каждый из нас по разу или два в холодной воде катался, когда горные ручьи по скользким камням переходили. Не мёрзнем, потому что уже несколько часов не останавливаемся. Выбрались мы с приполярного Урала. Ходили с парнями несколько дней по предгорьям. Красоты насмотрелись не несколько лет вперёд. Нашли на отшибе посёлка баню. Тёплая, топилась сегодня. Приличная по размерам, общественная, должно быть. Для нас – идеальный вариант. Замки в то время на Севере не вешали. Когда снятую одежду на пол бросали, брызги летели. Одному даже голенище резать пришлось, чтобы сапоги снять. Из еды у нас только спирт оставался да малосольные хариусы. По всему Северу тогда спирт продавался. На синей этикетке так и написано было: «Питьевой спирт, 5 рублей 40 копеек». Хариусов на последнем большом привале поймали.

Москва – Питер, «Красная стрела», спальный вагон, двухместное купе. Пришёл первым, расположился, развернул газету, читаю. Минут через десять молча вошёл и плюхнулся на полку сосед, прижимая к боку потрёпанную сумку. Мужик за пятьдесят, но здоровье в одежду с трудом умещается. Мне-то чего, может у него проблемы какие. Сижу также молча, читаю, не поднимая глаз от газеты. Он привстал, приподнял под собой полку, запихал в нижний ящик сумку, сел. Продолжает исподлобья меня рассматривать поверх газеты. Снял куртку, приподнял полку, запихал в ящик. Посидел ещё немного, бросая взгляды в мою сторону, снял пиджак, привстал, приподнял полку, запихал пиджак в ящик, сел. Интересно, какое же я впечатление произвожу? По габаритам, вроде бы, помельче буду. Поезд тронулся, стараясь не мешать друг другу, но не выходя из купе, легли спать, погасили свет. Начал было погружаться в сон, как из темноты соседней полки грубоватый голос: - Ты кто? Попытался что-то ответить, не обозначаясь предметно. - А я мясни

Жаркий летний день. Накатила гроза. Мощные разряды грома, треск и вспышки молний прошли уже дальше. Очередь ливня, сплошной поток воды, летний тёплый душ. Дети прилипли носами к окну. - Чего вы тут торчите? Быстро на улицу! Через пару секунд они на поляне, подставляя лица струям мощного дождя. Легли спать. Шепчутся. Прислушался, меня не видят. - Давай притворимся, что спим, а сами, как стемнеет, выйдем на улицу и на звёзды посмотрим. Открытие для меня. Ребята, школьники уже, не видели звёздного неба! А, собственно, где им его увидеть? В городе? Там настоящих звёзд в принципе не увидишь. В деревне – спать всегда до темноты ложатся. Через пару дней состоялась настоящая звёздная ночь. Тишина, ни облачка, мириады звёзд на небе! Осторожно разбудил ребят. Тихо! Не шумим! За мной! Завороженные стояли на крыльце, глядя на небо. Легли спать с просветлёнными лицами. Опять вести ребят купаться. Туда ещё ничего, а обратно пока дойдёшь, летний зной так поджарит, что хоть снова на озеро иди. - Идите

И по делу, и по месту буквально просилось новое строение. Сделали. Летняя кухня. Удачно, полезно получилось. Востребована в разных обстоятельствах. Покажу подробнее. Вид с дальней стороны интересен аркой. Это хмель. Много лет большую часть лета участок украшает. Ничего не требует. Ни подкормки, ни полива (брызнем воды изредка). Подпорки ему обновить весной, чтобы было, за что ветвям цепляться. Да осенью обрезать всю эту массу, в компост отвезти. Внутри с одной стороны плита дровяная. Если что-то долго варить надо, свёклу, например, то на ней. Электричества не будет, газ в баллоне закончится, не пропадём, есть, где горячее приготовить. Дрова ест любые, главное, разжечь. Потом гнилушки мокрые кидаешь, лопает, только давай. Потому и для утилизации подобного используем. С другой стороны открытый очаг. Над ним большой квадратный конус из оцинковки в широкую трубу выходит. Нашёл вентилятор нужной мощности и температуру горячего дыма держит. Не каминный, который до сотен градусов, а попроще,

Стремясь поближе подъехать к нужному месту, съехал на своих «Жигулях» с твёрдого покрытия на мало наезженную грунтовую дорогу вдоль опушки леса. Дорога скоро превратилась размокшую от бесконечных дождей колею. Машина, забираясь всё глубже, пробуксовывала, но останавливаться нельзя, не выберешься. Только вперёд, хотя уже и не рад. Наконец выскочил на ровную зелёную лужайку. Закрыв машину, ушли с женой в лес за грибами. Насобирали всяких, сборную корзинку, и под вновь начавшимся моросящим дождём пошли обратно. Пока ходили, глодала мысль, что не смогу тронуться с места. Сколько раз зарекался не останавливаться на мокрой траве! Вышли, сбросили в багажник корзину и мокрые дождевики. Чувствую, на нас кто-то смотрит. Метрах в 25-30 сзади на толстом суку дерева филин с вытаращенными круглыми глазами. Заметив, что обнаружен, расправил большие крылья и, опрокидываясь на спину, убрался в лес. Сели в машину. Я с предельной осторожностью, мягко, играя сцеплением и газом, попытался начать движение.

Мелколесье. Хвойное если, то первые грибы, конечно, маслята. Сосенки и ёлочки чуть выше тебя ростом, но первые грибочки уже найти можно. На редких прогалинах, потому что всё остальное пространство между деревцами густой травой заросло. Подрос лесочек, уже лес, хоть и молодой, много маслят насобирать можно. Масляточный лес в домашнем обиходе стал. Зрелая молодость у леса наступила – рыжики, привычные соседи у маслят. На несколько лет лес рыжиковым становится. После пикового урожая рыжиков, когда корзинами их насобирать можно, спад. Лес перерос рыжиковые требования, они и уходят. В такой же лес, но помоложе. Часто их волнушки меняют. Волнушечным лес становится. С маслятами и рыжиками одновременно ещё подберёзовики, подосиновики вырастают, они и с волнушками остаются. Сопутствующие виды грибов. Для каждого из них свой лес есть. Даже белые встречаются, но мало и редко. Другое мелколесье. Берёзки массово вырастают. Особенно на заброшенных колхозных полях. Так плотно растут, что грибам мест

Плаваешь по озеру, блесну бросаешь, ни поклёвки. Не первый час на воде. Сколько блёсен поменял, мест разных, и ничего. Наконец взяла, потом вторая, третья. По всему озеру, вдруг, клёв. Засекал не раз. Примерно 40 минут, плюс - минус, и опять глухо. Кто ей команду даёт на охоту выходить? Каким способом команда доходит? Причём, практически на любую блесну берёт в это время. Эти минуты её кормёжки могут быть и утром, и после обеда, и к вечеру. Это наблюдения. Неоднократно попадал на это время и я, и другие рыбаки. Вот и перемещаешься, неспешно закидывая блесну в ожидании нужного времени. Далеко не всегда удаётся дождаться. Начинал восстанавливать рыбацкую квалификацию молодости с блёснами советского времени, в наследство от старшего поколения рыбаков достались, производства шестидесятых годов прошлого века. Была парочка больших по размеру, но лёгких колебалок. Уверенно щука на них брала при проводке вдоль водной растительности. Оборвал когда последнюю, пришлось современные пробовать. Врем

Жирафчик. Строительство гнезда. Первый полёт. Травоядные.

На резиновой лодке с 12-летней девчушкой, дочкой друзей, рыбачим. Она первый раз, но с утренней зорьки у неё в активе пара плотвиц и «матросики». Надо теперь чего-нибудь «по делу» в лагерь привезти. Удочки смотал. Спиннингом зацепил в омуте речки судака побольше килограмма весом. Дал девчонке подсачек, приобщаю: - Держи, помогай. Завёл судака в сетку. Всё, наш! Она подсачек из воды подняла, в лодку тащит, да как-то неловко у неё получилось, руки не удержали, подсачек повернулся, судак наружу и вывалился. Привет, мол, до следующего раза! Сдержался, молчу, вижу, сама переживает. Секунд через десять-пятнадцать: - Поняла я теперь, крупную рыбу каждый дурак поймать может. А вот отпустить не всякому дано! Рассмеялся, приятно вместе с ней во второй категории людей оказаться.