Летопись России

Ученые пытаются разгадать генетическую тайну династии Рюриковичей, но история оказывается сложнее, чем ожидалось. В «Повести временных лет» написано, что в 862 году для наведения порядка славянские и финно-угорские племена призвали на княжение варяга по имени Рюрик. Эта короткая запись породила один из самых жарких и долгих споров в российской исторической науке — так называемую норманнскую проблему. Был ли Рюрик скандинавом-завоевателем, как утверждали сторонники «норманнской теории», или же славянином, чье происхождение стремились доказать их оппоненты? Три столетия этот спор велся на поле лингвистики и анализа текстов. Ситуация начала меняться в XXI веке с развитием палеогенетики. В 2020 году в разрушенном саркофаге Спасо-Преображенского собора в Переславле‑Залесском археологи обнаружили погребение, которое с высокой степенью вероятности идентифицировали как захоронение князя Дмитрия Александровича — сына Александра Невского и внука Ярослава Всеволодовича. Это открытие предоставил

Если открыть древнерусскую летопись, можно подумать, что радимичи — это какие-то лесные "дикари". Летописец пишет, что они жили "в лесе, якоже всякий зверь", ели всё подряд и бегали от войск киевского князя. Из-за такого описания историки XIX века нередко считали их малочисленным и слабым племенем, которое ничего из себя не представляло. Однако если копнуть глубже, картина меняется. Современные исследования — археологические и исторические — показывают, что перед нами не просто "племя", а сложный и интересный союз, который по-своему обустраивал жизнь и долгое время не давал себя завоевать. Радимичи обосновались на территории современной восточной Беларуси. Их главной рекой был Сож (приток Днепра). Сейчас это Могилёвская и Гомельская области. Откуда они пришли — загадка. Летопись говорит, что они "от рода ляхов" (поляков), мол, пришел вождь Радим со своими людьми и поселился на Соже. Долгое время историки спорили: то ли это реальное переселение из Польши, то ли легенда. Археологи

Мы часто представляем историю Древней Руси как единый процесс, идущий из Киева. Но в тени великих князей и крещения пряталась другая, лесная Русь. Одним из её создателей было племя вятичей — народ, чья судьба не укладывается в простые схемы, а наследие до сих пор определяет облик центра России. Согласно «Повести временных лет», вятичи пришли «от ляхов» — с западнославянских земель, ведомые своим прародителем Вятко. Легенда отражает память о реальной миграции: археологи прослеживают их путь с Днепровского левобережья в бассейн реки Оки, где они окончательно осели к VIII-IX векам. Здесь, в глухих лесах современных Московской, Калужской, Орловской и Тульской областей, они встретились не с пустыней, а с древним балтским населением, носителями мощинской культуры. История вятичей с самого начала — это история взаимодействия и смешения, а не изоляции. Они переняли у балтов формы украшений и даже некоторые обряды, заложив основу уникальной культуры. Долгое время вятичи жили своей жизнью

Иногда в науке важнее задать правильный вопрос, чем получить быстрый ответ. Когда мы спрашиваем: «Какой язык самый древний?», мы подразумеваем сразу несколько разных вещей. Можно иметь в виду самый ранний письменный документ, можно — язык, лучше других сохранивший черты прошлого, а можно — народ, дольше всех говорившем на своём наречии. Удивительная история индоевропейской семьи — это история не одного, а нескольких древнейших языков, каждый из которых по‑своему уникален. Давайте же отправимся в путешествие сквозь время и пространство — от глиняных табличек Анатолии до современных городов Литвы, — чтобы услышать, как эти языки доносят до нас голос далёкого прошлого. Если мы хотим найти самый ранний из дошедших до нас языков, нам придётся перенестись в середину второго тысячелетия до нашей эры. Именно тогда, около 1650 года до н. э., в могущественной империи хеттов на территории современной Турции начинают появляться тексты на глиняных табличках. Этот язык, хеттский, — бесспорный рек

На обширных просторах Восточно-Европейской равнины, среди лесов и рек, формировался мир восточных славян. Одним из наиболее ярких и своеобразных его представителей были ильменские словене — племя, чья история неразрывно связана с озером Ильмень, рекой Волхов и зарождением Великого Новгорода. Их наследие — это фундамент, на котором выросла уникальная культура Северной Руси. Происхождение ильменских словен остается предметом научных дискуссий. Согласно «Повести временных лет», они пришли и сели «около озера Илмеря», назвавшись своим именем . Археологические данные позволяют уточнить эту картину. Основная волна славянского заселения Приильменья происходила в VI-VII веках нашей эры . Вопрос об их «прародине» является открытым. Одна из ведущих гипотез, поддержанная антропологическими (краниологическими) исследованиями, указывает на тесные генетические связи с балтийскими славянами, жившими в районе нижнего течения Вислы и Одры . Об этом же говорят сходства в обрядах, типах жилищ и укрепл

Многие древние народы, чьи имена упоминаются в летописях, со временем становятся для нас чем-то смутным и далеким. Северяне — один из таких примеров. Название звучит знакомо, но кто они на самом деле? Откуда взялись и почему так странно исчезли, растворившись в истории? Попробуем разобраться, отсеяв домыслы и опираясь на факты. Первая загадка, с которой сталкивается любой исследователь, — это имя «северяне» или «север». Оно сразу вызывает мысль о севере. Однако в VIII–X веках северяне жили вовсе не на севере, а в лесостепной зоне на левом берегу Днепра — на территориях современных Черниговской, Сумской, Курской, Белгородской и Брянской областей. С севера от них обитали вятичи и радимичи. Отсюда и рождаются многочисленные гипотезы. Быть может, они были самым «северным» племенем на раннем этапе расселения славян?. Или их имя — перевод какого-то местного, не славянского названия, возможно, иранского происхождения (от корня со значением «чёрный»), которое позже было осмыслено как «сев

История древней Европы нередко рисуется как череда грандиозных переселений, где одни народы сменяли другие. Однако реальная картина была значительно сложнее и интереснее. Это был затяжной, многослойный танец различных групп — охотников, собирателей, а позднее и земледельцев, которые встречались, смешивались, взаимно влияя друг на друга, и совместно формировали генетический ландшафт континента. Когда около 12–10 тысяч лет назад отступили последние великие ледники, Европа представляла собой мозаику ландшафтов: густые леса, тундры и речные долины. Её заселяли группы охотников‑собирателей — потомки людей, переживших суровый ледниковый период. Генетические исследования показывают, что уже тогда население не было однородным. Учёные выделяют, по крайней мере, три основные группы: западноевропейские охотники-собиратели (например, найденные в Люксембурге или Испании), восточноевропейские охотники-собиратели (с территорий современной России) и скандинавские охотники-собиратели, которые были

На протяжении веков образ скифов рисовался в воображении европейцев почти карикатурно: могучий, рыжеволосый варвар с голубыми глазами, закалённый степным холодом и бесконечными походами. Этот стереотип, идущий ещё от древнегреческих авторов, оказался невероятно живуч. Однако современная наука — археология, антропология и, в особенности, генетика — раскрывает куда более сложную и интересную картину. Вместо однородного племени «рыжих великанов» перед нами предстаёт мозаика народов, чья внешность была такой же разнообразной, как и необъятные степи, которые они населяли. Проблема начинается с самого термина «скифы». Для древних греков это было собирательное название для множества племён, живших к северу от Чёрного моря — от Дуная до Дона. Эти племена объединяла схожая кочевая культура: особый «звериный стиль» в искусстве, короткие мечи-акинаки, составные луки и определённый тип конского снаряжения. Но были ли они единым народом в генетическом смысле? Долгое время ответа не было. Попытки

Часто говорят, что история России началась с призвания варягов в 862 году. Картина, которая возникает в воображении, проста: дикие, разобщённые племена, устав от смут, призывают мудрого иноземного правителя, чтобы он принёс им порядок и государственность. Но так ли была пуста и неорганизованна земля до Рюрика? Если отойти от поздних летописных легенд и посмотреть на данные археологии и свидетельства соседей, мы увидим куда более сложную и интересную картину — мир, который был полностью готов к рождению государства. Представьте не пустыню, а густонаселённый мир. К VIII–IX векам восточные славяне не были единым народом. Они делились на полтора десятка крупных племенных союзов, каждый — со своей территорией, обычаями и вождями. Летописи называют поля́н, живших вокруг будущего Киева; древля́н — в лесах; кривиче́й — на землях будущих Смоленска и Полоцка; слове́н ильменских — у озера Ильмень, а также вя́тичей, ради́мичей, севе́рян и других. Это были не примитивные роды, а сложные образов

Позвольте рассказать вам об одном из самых загадочных племён Древней Руси — кривичах. Их история окутана туманом, а происхождение до сих пор вызывает споры среди учёных. Но именно этот союз племён стал одним из главных предков современных белорусов и оставил глубокий след в истории России. Кривичи сформировались в конце VII — первой половине VIII века на обширных пространствах верховьев Западной Двины, Днепра и Волги. Их территория охватывала северо‑западную Смоленщину, северо‑восточную Белоруссию, Псковщину, а также западные части современных Тверской и Московской областей. По сути, это был огромный «кривичский пояс», протянувшийся от Белоруссии до Валдая. Археологи связывают ранних кривичей с культурой псковских длинных курганов. Их появление в этом регионе — результат сложного взаимодействия пришлых славян с местным балтским населением. Славяне, продвигаясь с запада, активно контактировали с балтскими племенами, что и привело к формированию этого своеобразного союза. Кривич