Предыдущая публикация
Фильтр
Теперь печь бездействовала, вода из системы отопления слита. Был запас дров, аккуратно сложенный в небольшую поленницу, но топить печь кот не умел.
Небольшую отдушину в подвал хозяин не закрыл. Не успел. Через нее кот и пробирался сюда. Здесь было теплей, чем на улице и в доме, не так сильно задувал ветер.
До глубокой осени кот кормился мышами, но снежный покров скрыл их места обитания. Редко удавалось выследить и поймать мышь, неразумно пробравшуюся в дом или в подвал. Силы кота убывали с каждым днем, наконец, сегодня он решил оставить бесполезную борьбу за жизнь.
Метель не спеша заметала единственный выход из подвала, еще час-другой, и кот будет отрезан от мира навсегда. Но его это не в
Небольшую отдушину в подвал хозяин не закрыл. Не успел. Через нее кот и пробирался сюда. Здесь было теплей, чем на улице и в доме, не так сильно задувал ветер.
До глубокой осени кот кормился мышами, но снежный покров скрыл их места обитания. Редко удавалось выследить и поймать мышь, неразумно пробравшуюся в дом или в подвал. Силы кота убывали с каждым днем, наконец, сегодня он решил оставить бесполезную борьбу за жизнь.
Метель не спеша заметала единственный выход из подвала, еще час-другой, и кот будет отрезан от мира навсегда. Но его это не в
Рабoты было мнoго – и дoм стpoили, и в колхозе работали, и две коровы держали. Но бaбa Катя, думая о молодости, вспоминала только мoдные тyфли на невысоком каблyчкe, с пряжкой, платье нapяgнoe в крупный пышный цветок, Ивана с губной гармошкой, сидящего на крыльце суббoтним вечером пoсле бани, цветущую яблоню под окном и маленькую Вaську, неуклюже шлёпающую в калошах через двор к лeтней кухнe.
Василиса вымахала в длинношеею и длинноногую девицу, грациозную и неторопливую, как пopoдистая кобыла. Но нaивнyю и лишённую xoть какой-то житейской хитрости или извopoтливости.
- Простодыpaя ты, Васька, как ecть простодырая, - гoворил Иван, - быстрo на такyю дуру yмник найдётcя.
И он нашёлся. В 19 лет
Василиса вымахала в длинношеею и длинноногую девицу, грациозную и неторопливую, как пopoдистая кобыла. Но нaивнyю и лишённую xoть какой-то житейской хитрости или извopoтливости.
- Простодыpaя ты, Васька, как ecть простодырая, - гoворил Иван, - быстрo на такyю дуру yмник найдётcя.
И он нашёлся. В 19 лет
— Добрый день, — говорю. — Я мама Славы, меня зовут Ирина Павловна. А вы — Герда? Не знаю, как вас по отчеству...
— О-о-о, — говорят мне, — какие люди! Очень приятно, Ирина Павловна. А я — Герда Ефремовна Торчкова. Фамилия дворянская, между прочим.
— Вот и познакомились, — отвечаю. — А то Слава скромничает, вас мне не показывает
— Ваш Славик — экзистенциальный стеснюнчик и перманентный бубусик, — говорит Герда. — Я называю его «мой Кайф», поэтому чувствуйте себя нормально.
Не скажу, что после этого заявления я стала чувствовать себя нормально. Моя будущая сноха показалась мне чуток странной. Хотя кто их разберет, эту молодежь?..
— Все-таки рассчитываю на скорое личное знакомство, — пред
— О-о-о, — говорят мне, — какие люди! Очень приятно, Ирина Павловна. А я — Герда Ефремовна Торчкова. Фамилия дворянская, между прочим.
— Вот и познакомились, — отвечаю. — А то Слава скромничает, вас мне не показывает
— Ваш Славик — экзистенциальный стеснюнчик и перманентный бубусик, — говорит Герда. — Я называю его «мой Кайф», поэтому чувствуйте себя нормально.
Не скажу, что после этого заявления я стала чувствовать себя нормально. Моя будущая сноха показалась мне чуток странной. Хотя кто их разберет, эту молодежь?..
— Все-таки рассчитываю на скорое личное знакомство, — пред
Понятно, что несчастные родители были и без того раздавлены горем: смерть лишила их единственного ребенка, – а здесь еще и такое.
Забор роговицы с обоих глаз их сына они восприняли как оскорбление и надругательство над его телом.
Отец и рыдающая мать с кулаками набросились на патологоанатомов: – Мы не давали разрешения! Верните глаза обратно! Хотим, чтобы сын покоился со своими глазами!
Ну кому хочется объясняться с разгневанными несчастными людьми, да еще и в подобной ситуации! Побить могут.
Что ж, ты жаловаться на них пойдешь?
Вот и ретировались: – Простите, но мы в данной ситуации ни при чем. Это «глазники» виноваты, они глаза вашего сына забирали. Вот к ним идите и требуйте.
Заведующий
Забор роговицы с обоих глаз их сына они восприняли как оскорбление и надругательство над его телом.
Отец и рыдающая мать с кулаками набросились на патологоанатомов: – Мы не давали разрешения! Верните глаза обратно! Хотим, чтобы сын покоился со своими глазами!
Ну кому хочется объясняться с разгневанными несчастными людьми, да еще и в подобной ситуации! Побить могут.
Что ж, ты жаловаться на них пойдешь?
Вот и ретировались: – Простите, но мы в данной ситуации ни при чем. Это «глазники» виноваты, они глаза вашего сына забирали. Вот к ним идите и требуйте.
Заведующий
Наталья, которая в это время держала в руках блюдо с любимым мужниным рыбным пирогом, застыла на месте, а потом блюдо грохнулось из ослабевших рук на пол. Разлетелось на осколки фарфоровые.
- На счастье, - примирительно изрек дед Митя, которому одному взгляда хватило, чтобы понять — надвигается буря и уйти не вовлеченными не удастся никому.
- Ура! У меня сестренка! - пропищала единственная, до сегодняшнего дня, дочка Натальи Леночка и захлопала в ладоши.
- Степан, что все это значит? Откуда ты взял этого ребенка? - требовательно спросила теща, Надежда Михайловна.
Оказалось, всему происходящему есть простое и одновременно сложное объяснение, как, собственно, частенько и бывает в жизни.
В
- На счастье, - примирительно изрек дед Митя, которому одному взгляда хватило, чтобы понять — надвигается буря и уйти не вовлеченными не удастся никому.
- Ура! У меня сестренка! - пропищала единственная, до сегодняшнего дня, дочка Натальи Леночка и захлопала в ладоши.
- Степан, что все это значит? Откуда ты взял этого ребенка? - требовательно спросила теща, Надежда Михайловна.
Оказалось, всему происходящему есть простое и одновременно сложное объяснение, как, собственно, частенько и бывает в жизни.
В
Усталая, она и не сразу заметила, что у нее гости. Сын и невестка заносили во двор пакеты с провиантом.
– А ... Сынок никак? Лариса! – остановилась, разулыбалась. Редкие гости.
Евгений раскрыл объятья ей навстречу. Алевтина – маленькая, щупленькая, но крепко стоящая ещё на ногах, пришлась головой сыну в грудь.
Такая деревенская уже жительница в косынке.
Но выросла она в городе, городская, в общем-то, женщина была.
Детство её прошло в большом семействе, где все и всё переплеталось. Жизнь в узелок была завязана, в крепкий семейный узелок.
Жили они в квартире, которую сейчас бы назвали коммуналкой, но тогда...
В этой коммуналке жили и бабушка с дедом, и мамина сестра с мужем и детьми,
– А ... Сынок никак? Лариса! – остановилась, разулыбалась. Редкие гости.
Евгений раскрыл объятья ей навстречу. Алевтина – маленькая, щупленькая, но крепко стоящая ещё на ногах, пришлась головой сыну в грудь.
Такая деревенская уже жительница в косынке.
Но выросла она в городе, городская, в общем-то, женщина была.
Детство её прошло в большом семействе, где все и всё переплеталось. Жизнь в узелок была завязана, в крепкий семейный узелок.
Жили они в квартире, которую сейчас бы назвали коммуналкой, но тогда...
В этой коммуналке жили и бабушка с дедом, и мамина сестра с мужем и детьми,
Да, разумеется все знали, что коту в отделении делать нечего и вообще нельзя. Но попробуйте объяснить это коту, да и всем кто его прикармливал. Так что, несмотря на все запреты и угрозы расправы, серый кот был вроде как штатным сотрудником с функцией психотерапевта для работников.
Медсестра попыталась согнать пушистого с кроватки, но малыш вцепился в него всеми своими ручками, и дико заверещал, когда их попытались разлучить. Всё отделение бегало смотреть на эту картину, и даже строгий заведующий, страшно ругаясь и обещая всех уволить, подошел и погладил серого родителя.
Так они и лежали вместе. Кот уходил ненадолго по своим делам и перекусить, а малыш покорно ждал возвращения приобретённ
Медсестра попыталась согнать пушистого с кроватки, но малыш вцепился в него всеми своими ручками, и дико заверещал, когда их попытались разлучить. Всё отделение бегало смотреть на эту картину, и даже строгий заведующий, страшно ругаясь и обещая всех уволить, подошел и погладил серого родителя.
Так они и лежали вместе. Кот уходил ненадолго по своим делам и перекусить, а малыш покорно ждал возвращения приобретённ
Его глаза были грустными, когда он это рассказывал. - Моя сестра ушла к Богу. Так мне отец сказал, и сказал, что вскоре мама тоже уйдет к Богу, поэтому я подумал, что она может взять куклу с собой и передать ее моей сестренке!? …. Мое сердце внезапно остановилось. Маленький мальчик посмотрел на меня и сказал: - Я сказал отцу, чтобы мама пока не уходила, пока я не приду с прогулки. Затем он мне показал свою фотку, где он счастлив и улыбается. - Я хочу чтобы мама взяла мою фотку с собой, чтобы моя сестренка не забыла меня. И он добавил: - Я люблю свою маму и не хочу чтобы она меня покидала, но отец говорит, что она должна идти к моей маленькой сестре. Затем он посмотрел снова на куклу своим пе
Старуха была строгая, уважаемая односельчанами за рассудительность, трудолюбие и незлобивость. От нее слова плохого никто не слышал, но уж если кто был виноват перед ней, одного взгляда ее пронзительных глаз было достаточно, чтобы виновный почувствовал ее недовольство. Сельчане говаривали, что как глянет Ефимовна, аж, мурашки по телу побегут. Боялись ее и уважали. Умела бабка Ефимовна травами лечить, знала заговоры, но очень редко кому помочь бралась. Больше отказывала, не объясняя причину. Да люди и не настаивали, знали, что просить бесполезно. Захочет- поможет, не захочет – не упросишь ни в жизть. Такая была бабка.
Стали жить втроем: бабушка, Марусенька, да кот Тимоша.Куда Ефимовна, туда
Стали жить втроем: бабушка, Марусенька, да кот Тимоша.Куда Ефимовна, туда
– Ох, не спрашивай! Приеду – расскажу. Но надо её оторвать от компании этой. И психолог советует обстановку сменить. А сама знаешь – Валя работает, ей сейчас совсем никуда не вырваться. Да и мне. Я пару дней у тебя побуду только.
– А Леру надолго ль оставите?
– Посмотрим. Хоть бы недели две продержалась. Ноет – не хочет. Но мы ей условие поставили. Либо-либо...
– Везите, Галюнь. Везите...
Правнучку Галя привезла рано утром на такси. Железнодорожная их станция называлась – 1365 километр. Оттуда надо было дойти до ближайшего поселка, и уже там появлялась связь – можно было вызвать такси.
– Привет, бабуля. Я к тебе в колхоз приехала чилить и исправляться! – зашла в дом Лера и холодно обнял
– А Леру надолго ль оставите?
– Посмотрим. Хоть бы недели две продержалась. Ноет – не хочет. Но мы ей условие поставили. Либо-либо...
– Везите, Галюнь. Везите...
Правнучку Галя привезла рано утром на такси. Железнодорожная их станция называлась – 1365 километр. Оттуда надо было дойти до ближайшего поселка, и уже там появлялась связь – можно было вызвать такси.
– Привет, бабуля. Я к тебе в колхоз приехала чилить и исправляться! – зашла в дом Лера и холодно обнял
загрузка
Показать ещё