Константин Борисов | Космонавт

Почему космонавтов специально «укачивают»: правда о подготовке к полёту? Продолжим разговор о космической болезни движения. Как говорится, когда ты готовишься к космическому полёту, врачи сообщают две новости — плохую и хорошую. Плохая: в первые дни экспедиции ты будешь чувствовать себя неважно. Хорошая: мы тебя натренируем, и ты будешь к этому готов. Теперь о тренировках. За 5–10 лет подготовки к первому полёту каждый космонавт несколько раз в год сталкивается с симптомами болезни движения. Можно выделить пять основных видов подготовки — тренировок и экспертных тестирований, в ходе которых и происходит эта «вестибулярная закалка». Опишу их по степени эффективности. Сразу оговорюсь: это мой субъективный рейтинг, основанный на личном опыте. У каждого космонавта есть свои «любимые» испытания. Эффективность здесь оценивается просто — по тому, насколько быстро тебе станет нехорошо. На первом месте — самое серьёзное испытание для вестибулярного аппарата, дальше — по нисходящей: 1. Ежегодные

Продолжаю делиться впечатлениями от тренировок в Европейском космическом агентстве (ESA). В прошлый раз я был здесь в 2022 году, поэтому спустя три года особенно интересно увидеть, как всё меняется. Самое заметное новшество — комплекс LUNA Analog Facility. Это совместный проект ESA и Немецкого центра авиации и космонавтики (DLR), созданный для подготовки к будущим лунным экспедициям. Нам устроили небольшую экскурсию — и, честно говоря, масштаб впечатляет. В центре — огромный полигон площадью 700 квадратных метров, засыпанный 900 тоннами имитации лунного грунта. Ты заходишь внутрь — и ощущение, будто попал не в ангар, а на поверхность Луны. Здесь можно бурить, передвигаться в скафандре, отрабатывать рабочие операции — всё максимально приближено к реальным условиям. Особенно интересно устроена система тросов: она компенсирует часть веса и имитирует лунную гравитацию, которая в шесть раз слабее земной. Добавьте к этому настраиваемое освещение под лунный день и ночь, пылевые лаборатории, п

Наша зимняя тренировка уже прошла, а пока поделюсь с вами любопытными фактами на эту тему. Часто в СМИ можно увидеть, как космонавты тренируются в центрифугах или гидролабораториях. Но один из самых экстремальных этапов подготовки проходит не в высокотехнологичных центрах, а в глухом зимнем лесу. Это курс по зимнему выживанию после аварийной посадки в незапланированной местности. Вот несколько интересных фактов об этих тренировках. Экипаж «приземляется» в лесисто-болотистой местности в условиях российской зимы (температура часто ниже –20 °C). С собой — только аварийный запас из спускаемого аппарата: продукты, рация, сигнальные средства и немного снаряжения. Задача — продержаться двое суток, пока не прибудет спасательная команда. Спускаемый аппарат можно использовать как часть укрытия, но жить внутри него неудобно. Поэтому космонавты сооружают шалаши и другие укрытия для защиты от холода. Главный помощник — огромный парашют спускаемого аппарата. Им накрывают каркас, создавая ветрозащитн

Тренировка по выживанию в зимнем лесу позади, и я этому очень рад. Устал и замёрз настолько, что два дня не хотелось выходить на улицу. Опыт изматывающий, поэтому начну с позитивной мысли: скорее всего, в ближайшие три года выживать зимой в лесу не придётся. Вторая мысль — когда придёт время следующей тренировки, условия будут более щадящими (потому что снега сейчас ну очень много). Тренировка по выживанию длится около 7–8 часов. Инструкторы насыщают программу по максимуму: и проверить нас на прочность, и смоделировать стрессовые ситуации для отработки взаимодействия внутри экипажа, и максимально повторить все необходимые навыки. Навыков, по которым нужно «получить зачёт», довольно много для семи часов: Вот этот перечень на троих — это работа не покладая рук. Но нам «повезло»: высота снежного покрова в подмосковном лесу побила двухсотлетний рекорд. То есть расчистка места для лагеря и поиск дров были усложнены в разы. Даже простые перемещения по лесу отнимали много сил — снега буквальн

Доброе утро всем! Если вы смотрели мультфильм Тайна третьей планеты, то, взглянув на эту фотографию, вам, возможно, вспомнится добрый Громозека. Напомню: Громозека — добродушный археолог с планеты Чумароза, выглядящий как дружелюбное чудовище. Он сочетает черты слона и осьминога, имеет десять щупалец, три сердца и восемь глаз. У Громозеки три сердца, а у космонавта — одно. И наш «костюм Громозеки» — как раз про работу сердца. Других совпадений не ищите. А происходит на фото вот что: это снятие фоновых данных для тренировок с отрицательным давлением на нижнюю часть тела (ОДНТ). Их предстоит проводить на МКС в завершающие недели экспедиции. Суть исследования проста: залезаешь в вакуумный костюм «Чибис-М», который ступенчато понижает давление. Время воздействия — около 10 минут. Врачи фиксируют показатели, чтобы получить «базу», с которой затем можно будет сравнить данные уже во время тренировок на станции. Цель этих тренировок — имитировать гравитационную нагрузку на сердечно-сосудистую

Миссия — пройти подготовку по европейскому сегменту МКС. «Экипажная» подготовка длится около 80 недель. 16 из них — это командировки, тренировочные сессии в NASA, ESA, JAXA, CSA. То есть около 20% рабочего времени мы проводим в других странах: США, странах Европы, Японии и Канаде. Поездки — это не только подготовка к работе на МКС, которой пропитана наша профессиональная жизнь, но ещё и возможность поддержать разговорный английский, посмотреть мир, пообщаться с коллегами из других стран — инструкторами и астронавтами. Цикл проекта под названием «длительная космическая экспедиция» длится более трёх лет: почти два года готовишься, 6–8 месяцев летаешь, 2–3 месяца занимает реабилитация. А времени на собственный отпуск остаётся не так много. Путешествовать — это здорово. Тем более что дома снова снежные заносы, а февральские командировки — словно ускоренный приход весны. В Кёльне находится штаб-квартира European Space Agency. Здесь одно основное здание, окружённое, как и в ЦПК, красивым лес

Как космонавты тренируются, чтобы эффективнее адаптироваться к жизни в невесомости. Смысл тренировок на кресле Кориолиса: – В дополётный период (как писал чуть раньше) — лучше узнать себя и свои реакции. – В период предстартовой подготовки на космодроме (за 2 недели до старта) эти тренировки нужны, чтобы натренировать организм к конкретному дню, когда экипаж отправится в космос. Тренировки помогают, но не всем и не полностью. То есть с высокой долей вероятности человеку станет плохо в первые сутки после того, как он окажется в невесомости (тоже писал об этом недавно). Лучше ему станет через несколько дней (у некоторых адаптация длится неделями). Что же делать, если плохо, а работать надо? На этот случай есть лекарственные препараты. В бортовой аптечке космического корабля и станции есть, например, меклозин и фенерган. Врачи точно знают дозировку и дают рекомендации, в какой момент и сколько препарата принять. Тут есть заметные различия между российским подходом и подходом врачей друг

Первый день подготовки в Johnson Space Center (JSC) выдался очень интересным! Было два занятия по американскому скафандру для внекорабельной деятельности — Extravehicular Mobility Unit (EMU). Эта тема совершенно новая и для Димы, и для меня, а всё новое изучать — особенно любопытно! Скафандр для ВКД — это миниатюрный космический корабль, который позволяет работать в открытом космосе от 6 до 9 часов. Во всём мире существует всего три разновидности скафандра для ВКД. Это дорогая, штучная система, с которой нужно уметь обращаться и быть очень внимательным к деталям. Скафандры для ВКД эксплуатируют космические агентства России, США и Китая. Первый из них мы изучали в Звёздном городке и знаем его подробно (особенно Дима, который в первой экспедиции 6 раз выходил в открытый космос — это значительный опыт!), и вот мы приступили к изучению второго. Спроектированы они оба довольно давно, более 40 лет назад, и доказали свою надёжность. Про третий (китайский) не знаем ничего, только видели на ф

МКС несётся по орбите со скоростью 28 000 км/ч, а внутри — люди из разных стран, с разным прошлым, привычками и взглядами на жизнь. Мы работаем, едим, спим и решаем задачи буквально в нескольких метрах друг от друга, 24/7. И от того, насколько слаженно мы действуем, зависит не только успех миссии, но и наши жизни. Возникает закономерный вопрос: как люди с таким разным культурным бэкграундом могут стать единой командой? Именно этим вопросом и занимаются учёные на Земле в рамках космического эксперимента «Взаимодействие-2». Что показало «Взаимодействие-1»: стереотипы и стресс Ранее уже была проведена большая работа: учёные выяснили, что космонавты склонны по-разному воспринимать коллег-соотечественников и иностранных партнёров. Срабатывает так называемая стереотипизация: малознакомый человек, с которым общаешься вежливо и формально, кажется почти идеальным. А тот, с кем делишь все тяготы быта и работы, виден со всеми своими «шероховатостями» — и сильными, и слабыми сторонами. Ещё один в