Психолог Пожариский Ираклий

Большую часть своей профессиональной жизни я помогаю людям разбираться в отношениях, которые пошли не так. Измены, недоверие, контроль, эмоциональное истощение — с этим ко мне приходят чаще всего. И знаете, что я заметил? Многие люди настолько привыкли к боли, что перестали понимать: а как вообще должно быть? Если вы выросли в семье, где скандалы были нормой, а холодность — способом общения, то именно это и стало вашим эталоном. Не потому что вы наивны. А потому что мы все учимся любви там, где впервые её видим. Эта статья — не про идеальные отношения. Идеальных не существует. Она про то, что вы заслуживаете иметь в отношениях как минимум. И про то, отсутствие чего — уже повод говорить. Это не про то, читаете ли вы переписку друг друга. Доверие — это внутреннее ощущение: я могу на него положиться. То, что он говорит — правда. То, что обещает — сделает. Без этого фундамента любая близость становится хрупкой. Вы будете постоянно считывать сигналы, искать подвох, ждать удара. Это изматы

Когда близкий человек переживает расставание, мы искренне хотим помочь. Мы подбираем слова, стараемся сказать что-то правильное — и всё равно иногда ошибаемся. Это нормально. Но есть вещи, о которых стоит знать заранее. Я провел десятки психотерапевтических сессий с людьми, пережившими разрыв отношений — от расставаний до отменённых свадеб (да, и это реальность, а не сюжет фильма). Люди рассказывали, какие слова помогали им двигаться вперёд, а какие ранили, даже если были сказаны с самыми добрыми намерениями. Этот опыт продолжает формировать мою практику. Хорошая новость: если человек чувствует, что вы искренне на его стороне, он готов простить неловкие фразы. Плохая новость: даже благие намерения могут замедлить чужое исцеление. Вот что важно понимать. Иногда самое ценное — просто присутствие. Не нужно знать волшебную фразу. Достаточно сказать: «Я здесь, если захочешь поговорить» или «Ты справляешься с чем-то сложным, если что, я рядом». Конкретная помощь тоже очень ценится: предлож

Ты снова объясняешь, что всё будет хорошо. Снова успокаиваешь. Снова отвечаешь на один и тот же вопрос — в третий раз за вечер. И в какой-то момент ловишь себя на мысли: я люблю этого человека, но я больше не могу. Если твой партнёр живёт с тревогой — ты знаешь это чувство. Смесь заботы, усталости, вины и растерянности. Хочется помочь, но непонятно как. Хочется поддержать, но сам уже на нуле. Хорошая новость: из этого можно выйти. И не ценой отношений. Тревога редко живёт только внутри одного человека. Она просачивается в отношения — меняет общение, создаёт напряжение, влияет на то, как оба партнёра думают, чувствуют и реагируют друг на друга. Партнёры тревожных людей часто описывают одно и то же: ощущение, что ходишь по тонкому льду. Что ты как будто несёшь ответственность за его спокойствие. Что разговоры по кругу — это теперь твоя норма. И что в какой-то момент ты и сам начинаешь тревожиться — или наоборот, просто отключаешься эмоционально. Это не слабость и не равнодушие. Это то, к

Ты уже сотый раз прокручиваешь в голове тот разговор. Или мысленно проигрываешь, как всё могло пройти иначе. Или снова тревожишься о том, что ещё даже не случилось. Мозг как будто завис — и сам по себе не перезагружается. Это называется руминация. И нет, ты не «слишком много думаешь» и не «накручиваешь себя на ровном месте» — это реальный психологический процесс, с которым сталкивается огромное количество людей. Хорошая новость: с ним можно работать! Когда мы думаем о проблеме, чтобы найти решение — это нормально и полезно. Руминация работает иначе: мысли ходят по кругу, но никуда не ведут. Вместо того чтобы помочь разобраться с ситуацией, они просто усиливают тревогу, вину или грусть — и затягивают это состояние на часы, а то и дни. По сути, это реакция психики на стресс или негативный опыт. Мозг пытается «переварить» то, что произошло — но застревает. Исследования показывают, что руминация не просто неприятна сама по себе: она реально усугубляет плохое настроение и мешает из него вы

Волнение перед новой работой — это одно из самых распространённых переживаний. Почти каждый через это проходил: бессонная ночь накануне, мысли «а вдруг не справлюсь», желание понравиться всем сразу. И это совершенно нормально. Другое дело, если тревога не отпускает неделями, мешает спать или работать — тогда стоит поговорить со специалистом. Но для большинства людей достаточно нескольких простых приёмов, чтобы первые дни прошли легче. Вот 35 советов от психологов и психотерапевтов — без сложных терминов, только то, что реально работает. Перед первым рабочим днём возьмите паузу и честно ответьте себе: чем вы понравились работодателю? Вас выбрали среди многих — значит, вы чем-то выделились. Выпишите одно своё главное качество, которое помогло вам получить эту работу. Когда накатит тревога, просто вспомните об этом. Не нужно помнить всё сразу — достаточно одной точки опоры. Тревога становится меньше, когда понимаешь её причину. Вас пугает незнакомая обстановка? Новые люди? Или страх не с

Чувствуете необъяснимое беспокойство? Переживаете внезапные приступы страха? Это подробное руководство поможет понять природу тревожных состояний, научиться распознавать симптомы и выбрать эффективную стратегию лечения. Чувство тревоги — эволюционный механизм, мобилизующий тело и разум перед лицом реальной угрозы. Оно обостряет внимание и готовит нас к действию. Проблема начинается тогда, когда эта система дает сбой и активируется без видимой опасности. Хроническая тревога, которая не утихает и мешает жить полноценной жизнью, является основным признаком тревожного расстройства. Проявления расстройства крайне разнообразны: от внезапных панических атак до постоянного фонового беспокойства и иррациональных страхов. Объединяет их одно: реакция неадекватна ситуации, а чувство страха становится деструктивным. Важно осознать: вы не одиноки в этой борьбе. Тревожные расстройства хорошо изучены и успешно корректируются при грамотном подходе. Паническая атака — это интенсивная волна страха, хара

Пограничное расстройство личности (ПРЛ) — это сложное психическое состояние, основными чертами которого являются выраженная нестабильность в эмоциональной сфере, межличностных отношениях и восприятии себя. Люди с этим расстройством часто описывают свою жизнь как пребывание на эмоциональных американских горках. Их может бросать от сильной привязанности к отвержению, а представление о собственных ценностях, целях и даже идентичности может часто меняться, вызывая чувство растерянности и внутренней пустоты. Личности с ПРЛ отличает особая эмоциональная чувствительность — иногда это сравнивают с состоянием, когда все нервные окончания обнажены. Даже незначительные события способны спровоцировать интенсивную реакцию, а успокоиться после всплеска эмоций бывает крайне трудно. Именно эта эмоциональная уязвимость и сложности с саморегуляцией лежат в основе бурных, напряженных отношений и импульсивных, зачастую разрушительных для самого человека поступков. В моменты пиковых переживаний способност

Есть страх, который объединяет генерального директора и студента-первокурсника. Это не примитивная боязнь боли или смерти. Это то, что сидит глубже и управляет нами тоньше — панический ужас показаться некомпетентным, глупым или смешным в глазах других людей. Корни этого страха уходят в глубокое прошлое. Для нашего древнего предка быть изгнанным из племени, стать объектом насмешек или показаться слабым было равноценно смертному приговору. Социальное одобрение было вопросом выживания — одиночество означало верную гибель. Сегодня нам не грозит опасность быть съеденным саблезубым тигром из-за проваленного проекта или «глупого» вопроса. Но древние механизмы психики никуда не делись. Наша лимбическая система по-прежнему бьет тревогу там, где нет реальной угрозы, путая социальный дискомфорт с опасностью для жизни. 1. Сместите фокус с результата на процесс Мы боимся, потому что хотим сразу блестящего результата, который вызовет всеобщий восторг. Дайте себе право на путь, а не на мгновенный у

Личность формируется через связи с окружающим миром. Нарциссическое функционирование — это системный сбой этих связей, при котором Другой превращается в зеркало для отражения собственного «Я». В нарциссической системе Другой существует только как функциональный объект: Отношения лишены взаимности — это монолог, где Другой служит эхом собственных потребностей. Переход возможен только через принятие уязвимости: Нарциссизм — защитная структура против ранней травмы. Терапия помогает перейти от отношений-отражений к отношениям-встречам, где Другой признаётся в своей инаковости.