Аты-баты, шли солдаты...

11 января 1965 года в Тбилиси состоялась премьера военной драмы Резо Чхеидзе «Отец солдата». Зал буквально не мог сдержать слёз — в финале рыдали и участники войны, и совсем молодые зрители. Фильм произвёл впечатление невероятной глубины и искренности. Автор сценария, писатель Сулико Жгенти, опирался на реальные события. Во время войны он сам служил в десантном батальоне, где встретил «отца для многих солдат» — Георгия Махарашвили, грузина, вступившего добровольцем в 1943 году. Все эпизоды картины, вплоть до сцены, где Махарашвили бьёт офицера за растоптанный виноградник, взяты из жизни этого человека, и Жгенти настаивал на сохранении его настоящего имени в титрах. При передаче ленты в прокат министр кинематографии Алексей Романов заявил: «Советская Армия эту картину не примет» Причина — момент, где солдат наказывает танкиста-офицера за нарушение устава. Романов посчитал это оскорблением воинской дисциплины и потребовал вырезать сцену. Несколько дней спустя фильм был показан в Министе

По вечерам обер-ефрейтор Иоганнес Гердер подробно фиксировал в дневнике «эпизоды работы» своих подразделений: Высшее командование охотно занималось «психологической разгрузкой» палачей: «Командирам батальонов и рот следить за моральным состоянием личного состава, устраивать товарищеские вечера и объяснять политическую необходимость таких мер». По их мнению, именно политические «разъяснения» помогали карателям сохранять «мораль и выдержку» даже во время массовых казней. Оставляя за командным составом заботу о «духовном равновесии», солдаты вермахта находили время на изуверства: Солдаты не упускали случая задокументировать насилие: «памятные» фотографии экзекуций позже попадали к фронтовым корреспондентам Красной Армии. На снимках — пылающие избы, повешенные мужчины и женщины, голые пленницы, сценки из лагерей смерти. Несмотря на запрет Гиммлера (ноябрь 1941) «снимать казни частным порядком», вермахтовцы продолжали фотографировать свои «подвиги», чтобы потом хвастаться перед родными: «Ви

Реальный бой мало похож на сцены из фильма: даже самая обречённая на поражение сторона способна на локальном участке создать серьёзную угрозу и отсрочить гибель. Яркий пример — стычка мотострелков 181-го полка 108-й дивизии под Джелалабадом, где сражался рядовой Шухрат Абдуллаев. Шухрат Хакимович Абдуллаев родился 26 мая 1966 года в Ташкенте и получил здесь среднее образование. 26 июня 1984-го, после серьёзной начальной подготовки, он был призван в ряды ВС СССР. Уже к середине 1980-х Москва понимала: отправлять в Афганистан неподготовленных новобранцев бессмысленно — их всё равно пришлось бы обучать в условиях реального боя. Спустя пять месяцев службы Абдуллаев вместе с остальными бойцами 108-й мотострелковой дивизии прибыл в ДРА. Его направили в 181-й полк, базировавшийся в Кабуле. Здесь не было ни минуты покоя: вокруг постоянно действовали банды мятежников, атаковавшие советские и афганские подразделения. 25 марта 1985 года мотострелки 181-го полка окружили группу душманов в окрестно

Германские солдаты именовали тувинцев «Der Schwarze Tod» — «Чёрная Смерть». Они яростно сражались до последнего патрона и практически не сдавались в плен, даже сталкиваясь с превосходящими силами противника. В ходе войны Тувинская Народная Республика перестала быть независимым государством и 17 августа 1944 г. официально вошла в состав СССР. До этого, с лета 1941 г., Тува формально сохраняла суверенитет: белогвардейцы были изгнаны ещё в августе 1921 г., а центр республики — Белоцарск — переименовали в Кызыл. Хотя советские войска покинули республику к 1923 г., Москва продолжала оказывать ей поддержку без прямого вмешательства. 22 июня 1941 г. Тува объявила войну Германии и её союзникам — за одинадцать часов до известного обращения Уинстона Черчилля. Быстрая мобилизация началась немедленно: республика заявила о готовности отправить свои войска на фронт, а 38 000 тувинцев написали стилизованное послание Иосифу Сталину: «Мы вместе. Это и наша война». По легенде, Гитлер был настолько удивл

Контратака под Демешково 17 декабря 1943 года, в лютый мороз, в районе Невеля (Псковская область) разгорелись ожесточённые бои за деревню Демешково. В прорыве обороны противника участвовал 328-й танковый батальон 118-й отдельной танковой бригады. Шесть наших «тридцатьчетвёрок» были подбиты, а седьмой во время наступления завяз в снегу и болоте в ста метрах от деревни. Первое отражение атак Фашисты не раз пытались захватить поскрипывающий в трясине танк. Экипаж и оставшиеся возле бронемашины автоматчики стойко отражали атаки, но обороняться было всё труднее. Ночью наши танковые стрелки отошли, забрав с собой тяжело раненого лейтенанта Ткаченко. Механик-водитель Безукладников погиб, и в танке остался лишь 18-летний комсомолец Виктор Чернышенко. Прибытие помощи: старший сержант Соколов Добровольно прийти на выручку вызвался старший сержант Алексей Соколов из деревни Петровка. Опытный боец — ветеран боёв на Карельском перешейке и Сталинградской битвы, дважды горевший в танке и считавший