AVOLAR

Инесса звонко смеялась, запрокидывая красивую голову. Её смех эхом отражался от стен просторной спальни — она наслаждалась моментом. Тем, как ловко они обвели вокруг пальца Арину: бывшую невесту Владислава и её же бывшую лучшую подругу. Инессу больше не волновало, что когда-то Владислав спал с Ариной и собирался на ней жениться. Сейчас она чувствовала лишь сладкое превосходство. Именно она стала причиной их разрыва. Именно она теперь выходила замуж, пока Арина оставалась одна. Владислав сидел в кресле и смотрел на невесту. Когда она смеялась, казалась ему ещё красивее — в её глазах плясал какой-то бесовский огонёк, который его притягивал. — А давай позовём её на свадьбу, — вдруг сказала Инесса, хитро улыбаясь. — Напишем: Арина +1. Представляешь, как она будет рыдать? Придёт одна… да ещё и на свадьбу бывшей подруги и бывшего жениха. Она снова расхохоталась. Владислав невольно улыбнулся, хотя внутри что-то неприятно кольнуло. — Ну давай, — сдался он. — Это… будет весело. Инессу перепол

Марьяна сидела на неудобном жёстком стуле и смотрела на очередь, скопившуюся у двери. В комнате стоял шум — споры, шёпот, догадки. Все обсуждали, кого возьмут на должность. Она в разговорах не участвовала. Не верила, что выберут именно её. Слишком мало опыта, слишком тонкая папка с портфолио, да и профильного образования почти нет — самоучка. Просто в какой-то момент она решилась попробовать себя на настоящей работе. Девушка тяжело вздохнула и подняла взгляд к потолку. Чёрное зеркальное покрытие тянулось над всей комнатой, отражая свет и людей. Она сидела здесь всего два часа, а уже ненавидела этот потолок. Кому вообще пришло в голову сделать его чёрным? Ей хотелось уйти. Зачем она вообще здесь, если её всё равно не возьмут? — Есенина Марьяна, пройдите в кабинет, — раздался голос. Она вздрогнула, поднялась и на дрожащих ногах пошла вперёд. Чувствовала, как уверенные в себе соискатели провожают её взглядами и усмехаются. В кабинете она молча протянула папку. — Не нужно, — сказал мужчин

Мужчина сидел в своём кабинете, уронив голову на сложенные руки. В голове крутилась одна и та же мысль: где он упустил младшего сына? Старшего и младшего растили одинаково — одна строгость, одни правила, одно воспитание. Старший выбрал дело, стал опорой семьи. Младший же будто нарочно прожигал жизнь. Штрафы, драки, неоплаченные счета в дорогих ресторанах — и всё это с улыбкой, словно так и надо. Даже младшая дочь, от которой отец ждал проблем, оказалась ответственнее: работала, училась, занималась искусством. А тот, в кого вложили больше всего надежд, оказался самым далёким от семьи. Сегодня была последняя капля. Очередная «шутка» сына обернулась ущербом ресторану на миллион рублей. И при этом — ни рубля в семейный бюджет за все годы. Дверь кабинета распахнулась. — Ну что, пап, давай быстрее, — усмехнулся сын, усаживаясь на край массивного стола. Настроение у него было отличное. Отец поднял взгляд. Смотрел долго, будто видел перед собой чужого. — Собирайся, — спокойно сказал он. — Еде

Наталья Борисовна с ужасом слушала новость, которую сообщил ей младший сын. Олег заявил, что решил жениться. И ладно бы на девушку из достойной семьи — нет, он выбрал простую, обычную провинциалку, выросшую в крестьянской среде. Эта мысль была для женщины невыносима. Она даже не была знакома с будущей невесткой, но уже заранее испытывала к ней неприязнь. — Мам, ты меня слушаешь? — осторожно спросил Олег. — Мы решили пригласить её родителей и вас с папой, чтобы познакомиться и обсудить детали свадьбы. Вы не против? Наталья Борисовна с трудом сдержалась, чтобы не высказать всё, что думала. — Мне нужно сначала поговорить с отцом, — рассеянно ответила она. — Мы тебе сообщим. Она хорошо знала характер сына и понимала, что открытый протест ни к чему хорошему не приведёт. Поэтому решила сначала всё обсудить с мужем и продумать, как действовать дальше. По дороге в офис супруга Наталья Борисовна едва сдерживала волнение. То, чего она так боялась, всё-таки произошло. Сама она родилась и выросл

Ольге Петровне недавно исполнилось пятьдесят два года. Она часто ловила себя на мысли, что, несмотря на все трудности, ей повезло: её дочь Лена имела собственное жильё. За это Ольга Петровна до сих пор мысленно благодарила покойного мужа. Именно он настоял когда-то — экономить, ужиматься, во всём себе отказывать, но купить дочери квартиру. — Потом спасибо скажешь, — говорил он тогда. — Неизвестно, как жизнь повернётся. Мужа не стало меньше года назад. Горе было тяжёлым, но Лена не дала матери утонуть в нём. Дочь оказалась девушкой активной, беспокойной. То забудет кошелёк, то потеряет телефон, то окажется на вокзале без паспорта, то попадёт «за компанию» в неприятности. Ольге Петровне всё время приходилось быть настороже, но именно эта суета не позволила ей окончательно замкнуться в себе. Лена давно жила отдельно, но мать навещала часто. Семьёй она ещё не обзавелась, свободного времени было много. Ольга Петровна надеялась: появится зять — можно будет выдохнуть. Если, конечно, в хоро

Олег и Наташа поженились три года назад. Молодые, лёгкие на подъём, с планами, которые не пылились на полке — они умели их воплощать. Жили хорошо: работали, копили, иногда позволяли себе маленькие радости. Как-то раз после очередных посиделок у свёкров они задумались о будущем. Родители Олега — Елена Николаевна и Григорий Викторович — скоро выходили на пенсию. Событие вроде радостное, но в их разговорах оно звучало почти как приговор. За столом свёкры часто вспоминали одну мечту, которую всю жизнь откладывали: дачу. Хотя бы маленькую. Чтобы утром выйти босиком на траву, посадить укроп, пить чай на веранде и не слышать городского шума. Они сами выросли в частном секторе, а потом после свадьбы оказались в квартире и всё думали: «Вот подкопим — возьмём домик». Но не сложилось. Два сына — двое детей, которым они отдавали всё. Учёба, помощь, поддержка… И в итоге дача так и осталась мечтой «когда-нибудь», которая внезапно превратилась в «уже поздно». У свёкров было два сына — старший Никит

У молодых супругов была радостная новость — такая, от которой руки дрожат и хочется смеяться без причины. Но кричать всему миру они не спешили. Придя в себя, решили: пока никому. Пусть хотя бы пару месяцев это счастье побудет их маленькой тайной. Беременность у Ирины получилась не сразу. Они пытались почти год: обследования, анализы, врачи — и всё без результата. Никто толком не находил причин, но и долгожданные две полоски не появлялись. Ирина даже пошла в платную клинику, уже отчаявшись. И там на неё посмотрели удивлённо: — Женщина, вы что… у вас второй месяц беременности. Пара была в шоке. Потом — в восторге. И вот, спустя пару месяцев, они решились поделиться радостью. Сначала — со свекровью, Александрой Павловной. Отношения с ней были прохладные, но она жила рядом, да и вроде как это всё равно важная новость. А на выходных супруги собирались к родителям Ирины — рассказать и им. Александра Павловна пришла в хорошем настроении. Молодые надеялись: сейчас будет слёзы радости, объяти

Тихая небольшая деревушка просыпалась после ночного сна. Петухи надрывали горло, мычали коровы, ожидая, когда их выведут на луг, а несколько красивых кошек сгрудились на перекрёстке — каждая сидела у своего двора, будто сторожила границы. Село тоже просыпалось… вот только жителям это почти не приносило радости. Деревня медленно умирала. И без того немногочисленные домики пустели всё сильнее: в части домов давно погас огонь в окнах и больше не загорался. Жизнь уходила отсюда, не спеша, но уверенно. Старик натягивал спортивный мягкий костюм. Он выглядел усталым и раздавленным, хотя только проснулся. Казалось, сон не прибавил ему сил — наоборот, забрал остатки. — Ты куда? — спросила жена, приподнимаясь на постели. Пожилая женщина потянулась, но вставать, судя по всему, не хотела. — Пойду собаку заберу, — пробормотал дед сердито. — Нашли и рады… бросили пса и уехали. А он там на цепи воет, голодный и перепуганный. Клялись же, что заберут! Сколько можно… Люди… не люди — одно название. Он

Игорь стоял в коридоре больницы и смотрел, как его жену — тяжело больную, почти умирающую — аккуратно перекладывают на каталку и везут к машине скорой помощи. Он провожал её взглядом, не в силах поверить в происходящее. Мысль о том, что эта обуза теперь полностью ляжет на его плечи, вызывала внутри глухое раздражение и страх. Он смотрел ей вслед до тех пор, пока голос врача не вырвал его из тяжёлых, вязких раздумий. Игорь уставился на пожилого, но бодрого мужчину в белом халате. Врач что-то говорил, шевелил губами, но слова будто не доходили до сознания. Звук словно отключили — Игорь видел лицо, мимику, но не смысл. Доктор нахмурился, внимательно посмотрел на мужа пациентки и произнёс уже громче: — Вы меня слышите? Послушайте внимательно. Мы сделали всё, что могли. Ваша жена умирает. Пусть последние дни она проведёт рядом с человеком, который её любит. Просто будьте с ней. Большего она не просит. А там — кто знает… может, Бог смилостивится. Не зря ведь её зовут Анастасией. Врач немно