ПИН

Собственница двухкомнатной квартиры в спальном районе Марина полгода пыталась выселить семейную пару с ребёнком. Квартиранты платили первые три месяца исправно, потом начались задержки на неделю, две, потом вообще перестали выходить на связь. Когда Марина приехала с предупреждением, дверь открыла соседка — оказалось, арендаторы уехали на море, оставив включенными все счётчики и кота в пустой квартире. На четвёртый месяц просрочки женщина поняла: договора у неё как будто и нет. «На депозитах сейчас больше заработок, чем на аренде», — пишут в комментариях под новостями о рынке недвижимости. И это не преувеличение. При ставках в 20–21% годовых миллион рублей на депозите принесёт около 17 тысяч ежемесячно — чистыми. Квартиру за те же деньги сдашь максимум за 25 тысяч, из которых треть уйдёт на коммуналку, ремонты и нервы. Юристы по недвижимости говорят одно: всё должно быть в договоре. Сроки оплаты, санкции за просрочку, условия расторжения, акт приёма-передачи с фотографиями каждого угла.

Официант приносит счёт за ужин, а цифра на экране терминала заставляет переспросить. Вроде заказывали как обычно: салат, горячее, десерт. Но сумма выросла процентов на двадцать. И дело не в щедрости — просто наступил 2026-й, год, когда рестораны перестали скрывать: держаться на прежнем уровне больше невозможно. По данным аналитики Сбера, в январе темпы закрытия кафе и ресторанов достигли максимума с 2021 года. Люди стали меньше тратить — особенно заметно это в ноябре и декабре прошлого года, когда обычно все открывают кошельки перед праздниками. Но расходы россиян в преддверии Нового года упали до самого низкого уровня за три года. В феврале реальный рост потребительских расходов и вовсе замедлился до нуля — впервые за два года, отмечают аналитики. На этом фоне прогноз о том, что цены в ресторанах вырастут на 20%, из тревожной гипотезы превратился в рабочий сценарий, который просчитывают и владельцы заведений, и экономисты. Для посетителей это означает одно: привычный ужин станет либо

Камеры наблюдения зафиксировали, как курьер челябинской пиццерии накрывает пледом собаку у входа. Через несколько часов мужчину вызвали к управляющей. Еще через день он оказался в черном списке компании с формулировкой "порча имущества". А дворняжка по кличке Додобоня продолжала сидеть у двери, но теперь к ней боялись подходить все остальные сотрудники чтобы помочь. Собака появилась у пиццерии на Воровского осенью 2024-го. Не заходила внутрь, не лезла к посетителям — просто устраивалась в закутке у входа, где ветер не так сильно продувал. Сотрудники быстро к ней привыкли: кто-то приносил остатки еды, кто-то наливал воду в мисочку. Зимой завели традицию — выходили укрывать фирменным пледом, когда температура падала ниже минус десяти. "Она никому не мешала, — рассказывает бывший коллега Михаила. — Посетители даже фотографировались с ней. Называли Додобоней, шутили, что это наш талисман. Все было нормально, пока не сменилось руководство". Новая управляющая Юлия собрала коллектив в первый

Оля стояла за металлическим стеллажом с запчастями, в руках держала бумажный пакет с бутербродами и термос с чаем. Утром она потратила полчаса на эти бутерброды - нарезала хлеб ровными ломтиками, намазала масло, положила сыр и ветчину так, чтобы края не торчали. Ваня любил, когда всё аккуратно. Она приехала в автосервис на Первомайской без предупреждения. Хотела сделать сюрприз. Последние месяцы они почти не виделись днём: Ваня уходил в восемь утра и возвращался после девяти вечера. Оля работала в библиотеке на Измайловском бульваре, её смена заканчивалась в шесть. Они ужинали вместе, смотрели телевизор, ложились спать. Разговаривали мало. Оля скучала по тем временам, когда они могли часами болтать ни о чём, сидя на кухне с чашками остывшего чая. Поэтому она и решила приехать. Подумала, что Ваня обрадуется, что они пообедают вместе в подсобке, как раньше, когда он только устроился в этот сервис и она приезжала к нему каждую пятницу. Ваня стоял в дальнем углу помещения, у верстака, зава

Предыдущий стандарт действовал с января 1994-го — целых тридцать два года никто не трогал правила игры. Тогда растворимый кофе был только порошкообразным, а список добавок четко прописывался: цикорий, рожь, ячмень. Теперь формулировка звучит обтекаемо: «продукты растительного происхождения и различные пищевые компоненты». Без конкретики, без границ, почти без объяснений. Новый ГОСТ охватывает не только порошок, но и гранулированный, и сублимированный кофе. Причем стандарт теперь допускает наличие комочков — главное, чтобы они легко рассыпались при слабом воздействии. Раньше любые комки считались браком, теперь это норма. Гранулированный вид и вовсе может растворяться не за 30 секунд, а за 2,5 минуты, если попадутся «единичные спекшиеся части». Звучит как мелочь? Только вот за этими техническими подробностями скрывается главное: требования к качеству размылись. А вместе с ними — и представление о том, что вообще считать кофе. «То есть, по новому ГОСТу кофейная смесь может вообще не соде

Офис продаж на окраине опустел к двум часам дня. Менеджер Светлана листает телефон — за утро ни одного звонка, хотя год назад к обеду успевала показать три квартиры и оформить задаток. На мониторе компьютера цветная планировка студии за 8 миллионов, которая в прошлом январе стоила 6,2. Рядом на столе график встреч — пустой на неделю вперёд. В Петербурге за двенадцать месяцев количество сделок с квартирами в новостройках сократилось на 24 процента. Город попал в тройку антилидеров среди крупных регионов, пропустив вперёд только Ивановскую область и Ханты-Мансийский округ. Парадокс ситуации в том, что одновременно с падением спроса цены за год подскочили на 25 процентов — до 533 тысяч рублей за квадратный метр в сегменте бизнес-класса. Покупателей стало меньше почти на четверть, а платить за квадратные метры приходится больше на четверть. Как так вышло? Ещё зимой 2024-го очереди в офисах продаж растягивались до вечера. Семьи приезжали смотреть квартиры целыми поколениями — молодожёны с р

Вахтер на проходной завода смотрит в окошко и морщится. Снова пустая смена. Из двадцати станков работают восемь, остальные стоят — некому. Объявления на заборе висят третий месяц: «Требуются токари, фрезеровщики, слесари. Достойная оплата». Звонят редко, приходят еще реже. «Раньше на одно место десять человек стояло, — вздыхает завхоз Марина Степановна. — Сейчас хоть танцуй перед соискателем — все равно уйдет к конкуренту, где на триста рублей больше платят». Цифры говорят о парадоксе: безработица в стране опустилась до 2,2% — исторический минимум за полвека. Работают 75 миллионов человек, больше никогда не работало. Казалось бы, триумф. Но экономисты называют эту цифру ошибочной. Потому что до 2032 года, по расчетам экспертов, нужно найти еще 12 миллионов рук. Откуда? Алексей Захаров, создатель кадрового дома Superjob, объясняет математику простым языком. Каждый год с рынка труда уходят миллионы людей: кто на пенсию, кто — по болезни, кто решает больше не работать или уезжает за грани

Валя вышла из троллейбуса на остановке "Ленинский проспект" и поморщилась. Снег с дождём падал косо, забивался под капюшон, стекал по щекам. Конец февраля в Петербурге - самое тоскливое время: ни настоящей зимы, ни настоящей весны, только бесконечная серость и слякоть под ногами. Она возвращалась домой раньше обычного. Главный бухгалтер отпустил её в три часа, потому что сервер с базой данных сломался и чинить его собирались до вечера. Валя решила приготовить Паше его любимые котлеты с картофельным пюре - они давно не ужинали вместе по-нормальному, всё перехватывали на бегу. До дома на Краснопутиловской было десять минут пешком. Валя шла быстро, пряча лицо от ветра. Думала о том, что нужно купить фарш в магазине у дома, что утром забыла выложить мясо из морозилки, что Паша любит, когда в котлеты добавляют чеснок, а она всегда забывает. Она поднялась на третий этаж, достала ключи, когда услышала голос свекрови, которая разговаривала с кем-то по громкой связи на этаж выше. - Если ты не н

Михаил из Петербурга три года включал машинку в полночь. Двухтарифный счётчик экономил семейному бюджету по 400 рублей ежемесячно — копейки, конечно, но приятные. Пока однажды в дверь не позвонил участковый с соседкой снизу, измерителем шума и протоколом. Квитанция на 5000 рублей перечеркнула всю трёхлетнюю экономию за один вечер. «Я думал, что если дверь в ванную закрыта, никто ничего не услышит, — рассказывает мужчина. — Оказалось, вибрация идёт по трубам и стенам. Соседка говорит, у неё посуда в шкафу дребезжала». Как бытовая экономия превращается в административное дело? И правда ли, что теперь стиральную машину можно запускать только по расписанию? История началась не вчера. Тарифы на электричество давно делятся на дневные и ночные — разница ощутимая, особенно для семей с детьми, где стирка идёт почти каждый день. Логика простая: включил машинку после одиннадцати вечера, заплатил в полтора раза меньше. Миллионы россиян годами живут по этой схеме. Но соседи тоже живут по своей схем

Аромат пополз по подъезду московского ЖК где-то после обеда 1 февраля. Жильцы сначала подумали, что это проводка или кто-то забыл выключить плиту. Открыли двери, высунулись в коридор, переглянулись. Потом кто-то догадался посмотреть в окно — и обнаружил источник аромата. На одном из балконов средних этажей, прямо на внешней стороне оконной рамы, виднелся самодельный мангал. Александр Кошель жарил мясо, не обращая внимания ни на мороз, ни на любопытные взгляды снизу. Картина выглядела почти художественно: зимний день, серое небо, панельные стены — и мужчина с шампуром в руках, словно на даче в разгар лета. Только вот соседи восторга не разделили. Первые замечания Александр проигнорировал. Потом кто-то постучал в дверь — попросил прекратить, потому что все идет в соседние квартиры, а у кого-то из жильцов астма. В ответ услышали разной лексики выражения. Ещё несколько человек попытались урезонить любителя пикников — результат тот же. В какой-то момент жильцы поняли: договориться не получи