Лабиринт Судьбы | Анна Белль

— Своё состояние я передаю соседке Елене Викторовне Смирновой, а не собственному сыну Игорю Валентиновичу Иванову, — чётко произнёс нотариус, поправляя очки на переносице. Я замер. Слова повисли в воздухе, как гром среди ясного неба. Рядом со мной дёрнулась мама, а через стол брат Игорь побагровел так, словно его окатили кипятком. — Что?! — взревел он, вскакивая со стула. — Это какая-то ошибка! Нотариус невозмутимо пролистал документы. — Завещание составлено два месяца назад, заверено должным образом, подписано при свидетелях. Никакой ошибки нет. Я посмотрел на Елену Викторовну — нашу соседку с пятого этажа. Она сидела бледная, сжимая руки в замок, и выглядела не менее потрясённой, чем мы все. — Я... я ничего не понимаю, — пролепетала она. — Валентин Петрович никогда не говорил... — Отец был в здравом уме? — резко спросил Игорь, наклоняясь к нотариусу. — Может, его заставили? Или он старческим маразмом страдал? — Ваш отец прошёл медицинское освидетельствование перед составлением завеща

Я так резко обернулся, что чуть не выронил из рук электролобзик. Сердце рухнуло куда-то вниз. Оксана стояла в дверях с видом разъярённой пантеры, готовой к прыжку. В руках она сжимала мой телефон. — Какая интрижка? — выдавил я, чувствуя, как предательски холодеет спина. — Не прикидывайся! — её голос звенел, как натянутая струна. — Я всё знаю про твои тайные встречи по выходным! Про то, куда ты исчезаешь, когда говоришь, что едешь к Серёге на дачу! Последние три месяца я действительно врал жене. Каждую субботу говорил, что помогаю другу с ремонтом веранды, а сам... Господи, как же глупо это всё выглядит сейчас. — Оксанка, послушай... — Не смей называть меня так! — она ткнула пальцем в экран телефона. — Объясни мне вот это: "Жду тебя в субботу, как обычно. Приезжай пораньше, у нас много работы"! А подпись — целых три сердечка! Я сглотнул. Вот незадача. Эсэмэски от Валентины Петровны выглядели действительно двусмысленно. — Это не то, о чём ты думаешь... — А что же это?! — голос Оксаны сор

Игорь даже не поднял головы. Просто взял свою любимую кружку с надписью «Лучший зять», подарок от моей мамы, кстати, и сделал глоток. — Ты меня слышишь вообще? — я топнула ногой, как капризная девчонка, хотя мне уже тридцать пять. — Слышу, Лен. Просто думаю, как тебе объяснить. — Объяснить? Да тут объяснять нечего! Твоя мать зашла в нашу квартиру, взяла мою накидку из норки, которую я копила два года, и просто вынесла её! А ты стоял рядом и кивал! Игорь вздохнул и наконец посмотрел на меня. В его глазах читалась та самая мужская усталость от женских драм, которая меня всегда бесила. — Мама не просто так это сделала. — Ах, не просто так! Ну конечно! Значит, есть какая-то высшая причина отдать чужую вещь, которая стоит половину моей зарплаты! Две недели назад всё было иначе. Мы с Игорем только въехали в новую квартиру, небольшую двушку. Наконец-то свою! После пяти лет жизни в съёмной, это было счастье. Правда, ипотека висела на нас как дамоклов меч, но мы справлялись. Свекровь Тамара Ив

— Слушай, Кирилл, давай сразу договоримся: мой заработок пойдет на мои расходы, а твоего дохода вполне хватит, чтобы порадовать близких, — сообщила Лена, не отрываясь от экрана телефона. Мы сидели на кухне в нашей съемной однушке, за окном моросил дождь, а жена только что выдала фразу, которая перевернула мой мир. — Подожди, ты сейчас серьезно? — я осторожно поставил чашку на стол, боясь расплескать. — Абсолютно, — Лена наконец оторвалась от телефона и посмотрела на меня. — Я устала вкладывать всё в общий котел, а потом объяснять каждую покупку. Хочу финансовой свободы. Мы женаты три года. Лена работает менеджером в косметической компании, я — программистом в небольшой студии. Зарплаты у нас примерно одинаковые, может, у меня чуть больше. До этого момента мы складывали деньги в общую копилку, откуда оплачивали аренду, продукты, коммунальные услуги. — Но мы же семья, — растерянно произнес я. — Так все делают. Общий бюджет, общие траты. — Не все, — отрезала Лена. — Моя подруга Оксана жи

Екатерина Львовна выглядела так, словно объявляла о предстоящем дожде, а не о том, что перевернёт нашу жизнь с ног на голову. — Здравствуйте, Екатерина Львовна, — я попытался сохранить спокойствие. — А можно поподробнее? — Что тут подробного? — она решительно протиснулась в прихожую. — Света вышла замуж за этого своего Романа. Квартира у нас трёхкомнатная, вполне им подойдёт для семейной жизни. А я пока поживу у вас. — Пока это как долго? — голос мой предательски дрожал. — Антон, не будь занудой, — вмешалась моя жена Ирина, выходя из кухни. — Мама, конечно, ты можешь остаться. Правда, Антоша? Я посмотрел на супругу. Семь лет брака научили меня распознавать её интонации. Сейчас она задавала вопрос, на который существовал только один правильный ответ. — Разумеется, — выдавил я, мысленно прощаясь с вечерними футбольными матчами и воскресными завтраками в пижаме. Первые дни я старался относиться к ситуации философски. Екатерина Львовна поселилась в нашей крошечной второй комнате, которую м

Я стоял посреди нашей небольшой двушки и не верил своим ушам. Моя жена, с которой мы прожили восемь лет, вдруг превратилась в человека, которого я словно не знал. В её глазах читалась непреклонность, какую я видел разве что когда она торговалась на рынке за килограмм помидоров. — Юль, ты серьёзно? — я попытался взять её за руку, но она отдёрнула её, словно я был прокажённым. — Абсолютно. Квартира, которую оставила мне бабушка, принадлежит только мне. И я не собираюсь делить её с тобой. Началось всё месяц назад, когда умерла бабушка Юлии, Мария Петровна. Добрейшая старушка, которая всегда угощала меня пирожками с капустой и называла "внучком". Мы с Юлей регулярно навещали её, я помогал с ремонтом в квартире, менял лампочки, прочищал засоры — обычные внучковские обязанности. На поминках Юлия была в слезах, прижималась ко мне, говорила, как будет скучать по бабуле. Я утешал её, гладил по спине, шептал, что всё будет хорошо. Через две недели мы поехали к нотариусу, и там выяснилось: бабушк

Лена стояла напротив, скрестив руки на груди, и её взгляд был тверже гранита. Такой решимости в её глазах я не видел даже тогда, когда она заставляла меня выбросить мою любимую потёртую куртку, которую я носил со студенческих времён. — Что... что ты сказала? — я осторожно поставил чашку на блюдце, боясь, что руки начнут дрожать. — Ты отлично расслышал, Женя. Я больше не собираюсь кормить твою мать, оплачивать счета за её квартиру и выслушивать, как она жалуется на жизнь по телефону каждый вечер. Я уже пятнадцать лет в браке, и за это время успел понять: когда Лена использует моё полное имя вместо привычного "Женька", дело серьёзное. Но такого ультиматума она мне ещё никогда не выдвигала. — Лен, давай спокойно поговорим... — Мы уже десять лет "спокойно говорим"! — голос её сорвался на более высокую ноту. — Знаешь, сколько мы отправили твоей матери за последние три года? Сто восемьдесят тысяч рублей! Я посчитала. Все. Платежи. А ведь у неё приличная пенсия и двухкомнатная квартира без до

Мы сидели в кафе напротив моей работы, куда Инга Владимировна пригласила меня "для серьёзного разговора". Вот только я ожидал чего угодно, кроме этого. — Простите, что? — я отставил чашку, решив, что ослышался. — Ты прекрасно расслышал, Максим, — она поправила на носу очки. — Миллион рублей. Наличными. Прямо сейчас. Взамен ты исчезаешь из жизни Сони навсегда. Я откинулся на спинку стула, пытаясь переварить услышанное. Инга Владимировна сидела напротив — безупречная укладка, дорогой костюм, маникюр, который, наверное, стоил как моя недельная зарплата. Она всегда напоминала мне директора строгой школы, которая точно знает, что все вокруг непременно нашкодят. — Вы серьёзно? — только и смог выдавить я. — Более чем, — она пододвинула конверт через стол. — Проверь, если не веришь. Честно говоря, я не хотел брать этот конверт в руки. Будто прикосновение к нему автоматически превратит меня в предателя. Но любопытство победило, и я украдкой заглянул внутрь. Купюры по пять тысяч, аккуратными пач

Антон, мне нужно тебе кое-что сказать. Я оторвался от ноутбука, где в очередной раз пытался просчитать наши расходы на следующий месяц. Лена стояла в дверях спальни с каким-то странным выражением лица — где-то между решимостью и облегчением. — Слушаю тебя, солнце, — я закрыл Excel и повернулся к ней. — Я встретила другого мужчину. Более состоятельного. Мы разводимся. Первые секунды я просто молчал, пытаясь осмыслить услышанное. Наверное, выглядел комично — с открытым ртом и замершими руками над клавиатурой. — Что? — наконец выдавил я. — Всё правильно ты услышал, — Лена вздохнула, словно сняла тяжёлый груз. — Я устала считать копейки. Устала от этой вечной экономии, от твоих бизнес-идей, которые так и остаются идеями. Игорь предложил мне нормальную жизнь. — Игорь? — я чувствовал, как внутри всё холодеет. — Это кто ещё такой? — Познакомились три месяца назад на корпоративе моей подруги. Он владелец сети магазинов бытовой техники. Живёт в собственном доме. Ездит на новой иномарке. Я встал