Мой маминг

Последний этап приучения — это когда малыш умеет вытирать попу и убирает за собой. В этот момент родители чаще уже хотят, чтобы ребёнок ходил на унитаз. Хотя знаю примеры, когда детям сразу оборудуют толчок специальным сидением и приучают с раннего возраста. Так или иначе у каждого складывается свой путь. Я выбрала дорогу естественного материнства. После трёх лет дочь уверенно ходила на горшок. Однако ещё нуждалась в простой помощи: убрать за ней, вытереть попу. К 4 годам устала убирать за дочерью. Однако желания пересесть на толчок у неё не возникало. До трёх мы часто ездили в совместные командировки или туристические поездки. Я брала дочку с собой без горшка. И заметила, что при выездах у неё нет проблем с унитазом. Более того, она заходила в номер и бежала в уборную. А потом выбегала и кричала: «Мама, смотри я сама пописала» Это давало понимание, что отношения развиваются в рамках привязанности. Этап «ты, как я» проходит уверенно. Но в квартире поведение в уборной, как у взрослого,

Тема смерти для ребёнка до 7 лет неподъемная ни психологически, ни ментально. Он ещё учится познавать этот мир, поэтому остро почувствовать может только потерю ведущего взрослого. В такой ситуации важнее всего, чтобы рядом оказался надёжный опекун. А в проживании произошедшего им обоим помогут книги. Первая книга, которую можно порекомендовать на тему смерти – это произведение Джулии Дональдсон «Бумажные куклы». В книге нет прямых упоминаний и столкновений с утратой. Это одно из самых аккуратных произведений, которое намекает, но не обличает тему ребёнку. Малыш не просто осознает параллель с тем, что ушедшие люди остаются в нашей памяти, но и выделит из своей все самые ценные воспоминания, которые у него остались о близком после потери. Отличная книжка-инструкция по достижению состояния светлой грусти. Отсутствие прямых упоминаний – это главный принцип коммуникации с дошкольниками. А фокус внимания на жизни, даже при разговоре о смерти – важнейшая задача родителя. По сути, передавая о

Это первая настольная игра в нашем доме. Её я купила, когда дочке было всего 2,5 года. Дочь быстро освоила простые правила. Мы продолжаем играть до сих пор. К вопросу возраста замечу, что в игру вовлекаются даже дети 10-12 лет. Она достаточно азартна и её можно разделить на уровни: от простого к сложному. Игра представляет собой необычное игровое поле, в которое засовываются бананы, а сверху сидит обезьяна. Каждый игрок по очереди кидает специальный кубик и вытаскивает выпавшее количество бананов. Обезьяна же в любой момент может выпрыгнуть, и тогда игра заканчивается. Возраст 2+ Это русская адаптация знаменитой игры Uno. Вместо цифр тут формы шляп. А ещё есть эмоции персонажей и, конечно, цвета. Игру можно усложнять в зависимости от умений игроков. Можно выбрать все три признака для скидывания карт в общую колоду, а можно всего один. Возраст 3+ Классная кооперативная игра. В ней победителем становится либо команда игроков, либо сама игра. Люблю кооперативные игры за командный дух и на

Сегодня будет мало популярная тема — польза гаджетов. Нет, не буду рассказывать о техногенной адаптации, когнитивных играх или преждевременной социализации. Вместо этого расскажу, как использовать экраны для укрепления и развития отношений. Давайте откровенно: экраны часть нашей жизни. Этот катастрофический вред можно прировнять к алкоголю. Умеренно — можно. Без границ и рамок употребляется во вред. И если не демонизировать смартфоны и телевидение, то они станут лишь инструментами личности, а не овладеют ей. Один из способов укрепления связи с ребёнком — совместный просмотр фильма или мультфильма. Или совместная игра на смартфоне. Не обязательно играть, достаточно смотреть и слушать, что малыш рассказывает. А можно вместе овладеть чем-то новеньким. Или послушать музыку и потанцевать. При таких контактах создается общий интерес и единое информационное пространство. За счет проведенного времени укрепляется дружба и выстраиваются отношения. По сути, это может быть любое занятие. Гаджеты

В книге приведены примеры родителей, которые сильно переживают из-за того, что справляются не так, как их нейротипичные сверстники. Каждый год в декабре и июне в школе много мероприятий. Дети и их учителя хотели бы, чтобы я на них присутствовала и встречалась со множеством других родителей и детей. А сил после работы не остается. Но как отказывать сыновьям? Ведь получается, у меня есть энергия на работу, а на родных уже не хватает. Ещё одна мама так описывает собственное беспокойство: Я всегда переживала, что из-за меня дети мало общаются с другими людьми. Другая мама делится тревогами: Нет, я не была тихой и безопасной гаванью для своих детей и мужа. А стыд, который меня не покидал с тех пор, как я это осознала, только всё усугублял. Почему я не справляюсь? Почему не могу взять себя в руки? Часто меня посещают мысли, что мне вообще не стоило становиться матерью, потому что я не могу дать своим детям всё необходимое. Например, они любят вечеринки, а мы даже друзей на ужин домой редко п

Изначально основательница педагогического направления работала с детьми бедных районов, которые не посещали детские сады, так как не было финансовой возможности. Среда таких детей была скудной не только на социальную культуру, но и на контакт с родными. Рабочий класс жил в условиях выживания. Мало денег, много времени на работе, как результат попустительство детей. Школа Марии стала островом надежды и социального благополучия таких детей. Здесь у них было главное — забота, любовь, ритуалы, понятный режим. Конечно, современная школа представляет собой отшлифованную до совершенства систему воспитания гениев. В списке учеников встречаются Ларри Пейдж и Сергей Брин (Google), Джеффри Безос (Amazon.com), Кэтрин Грэм (the Washington post), Габриэль Гарсиа Маркес (лауреат Нобелевской премии по литературе). Но в итоге подход так и остался островом, оторванным от реальности. Главной трудностью для родителей становится адаптация к моделям стандартного образования. В школах Монтессори нет оценок

Наклейки. Дочь лепила их всюду. Это невозможно было контролировать, так как наклейки — это подарок, который вкладывают везде. В итоге трансформировала эту страсть через развивающие книжки. Таких много сегодня в продаже. Ближе к трем годам вспомнила про альбомы с наклейками. Они параллельно помогают запоминать цифры. Придумала игру, что дочка берет наклейку, я открываю страницу, на которой находятся цифры, и она самостоятельно ищет цифры на странице. К пяти годам она отлично разбирается в цифрах. Нажимает на нужный этаж при устной подсказке. Это толковые книжки для дошкольного развития. В них — база для понимания ориентирования малыша в окружающей среде. В два — три года можно сформировать понятийную базу, если заниматься с ребёнком будет мама или главный опекун. То есть тот, кто всегда рядом. И делать это важно в форме игры, без кислых мин и употребления слова: «занятие». Обычно говорила что-то вроде: — А сейчас мы будем смотреть книжку и узнавать мир вокруг. В этом возрасте для ребён

Детей 80–90-х гг. XX в. часто воспитывали в духе последствий. Считалось, что если дошкольника поставить в условия искусственно созданных причинно-следственных связей, то он быстрее начнет понимать ответственность за поступки. Поэтому родители могли отправить в угол или отправить на перерыв в комнату, чтобы ребёнок подумал над поведением. Если взять во внимание, что метод существует в течение 400 лет, то закономерно, что его автоматическое воздействие на взрослого оказывает сильное влияние. Сначала били розгами, потом ставили на горох. В XX веке пришёл угол. Сейчас в тренде — тайм-аут. Как правило, родитель или опекун преследует ярое желание научить малыша нужному поведению. И установка, что оставаясь наедине, лишаясь поддержки родителя и боясь потерять доверительные отношения с ним, малыш как будто обдумывает поведение и приходит к верным выводам. Когда взрослый отталкивает дошкольника, он демонстрирует установку: — Не будешь себя вести так, как я хочу, я не буду тебя любить и хорошо

Под экранами имею в виду просмотр мультиков или игру на смартфоне. Некоторые родители ограничивают это время, и я тоже поддерживаю такой принцип. Однако бывает, что отвлеклась и упустила время ограничения. И чем дольше такое происходило, тем больше стала замечать закономерность. Лишние 10–15 минут действуют на поведение дочери магическим образом. Оно становится неуправляемым. Только что мы с ней обсудили, что будем делать, когда через 15 минут она закончит играть. Я отвлеклась, дала на 15 минут больше, и дочь стал канючить: Ну, ещё 5 минуточек. Ну, пожалуйста… Если дать ещё 5 минут, то потом уже начнется истерика. Дело в незрелой нервной системе. Она перевозбуждается, и дошкольник не контролирует своё поведение. Ему кажется, что с ним всё в порядке. Лекарство в таком случае только одно. Родителю самому важно следить за временем. Или использовать родительский контроль. Высокочувствительным детям соблюдение цифровой гигиены особенно важно. Взрослый вкладывает много сил в объяснение дошк