Оксана Аверина - Баланс тела и души

История знает немало примеров того, как общество делится на «своих» и «чужих». Но самый шокирующий эксперимент, доказывающий, как легко люди принимают правила дискриминации, произошел в 1968 году в обычной американской школе в штате Айова. Учительница Джейн Эллиот решила наглядно показать своим третьеклассникам, что такое предрассудки. Она и представить не могла, как быстро игра в «верхних» и «нижних» выйдет из-под контроля. В понедельник учительница разделила класс по цвету глаз. Дети с голубыми глазами были объявлены «высшей группой» — им дали дополнительные привилегии, разрешили дольше играть на перемене и даже назвали их более умными и чистоплотными. Кареглазым, напротив, запретили пить из одной посуды с «элитой» и указали на их мнимые недостатки. Результат превзошел все ожидания: уже к обеду отличники с карими глазами стали получать двойки, их успеваемость рухнула, а в поведении появилась неуверенность. Голубоглазые дети, еще вчера дружившие с «кареглазками», превратились в высок

Наше общение соткано из слов. Но некоторые фразы — это не просто обмен информацией, а сигнал опасности. Услышав их, нужно включать критическое мышление, иначе вы рискуете попасть в ловушку чужой игры. Манипуляторы используют особые речевые обороты, чтобы притупить нашу бдительность, вызвать чувство вины или долга. Вот десять таких фраз, после которых вас начнут использовать. 1. «Ты просто обязан (должен)…» Это классическое навязывание обязательств. Собеседник не объясняет, почему вы должны, а просто давит авторитетом несуществующих правил. «Ты должен помочь», «Ты обязан понять». Ваш естественный вопрос: «Почему я должен?» — чаще всего останется без внятного ответа. Это попытка переложить на вас ответственность за чужие ожидания. 2. «Никто, кроме тебя, с этим не справится» Сладкая лесть, бьющая прямо в цель. Нам приятно чувствовать себя уникальными и незаменимыми. Но за этой фразой часто скрывается желание взвалить на вас непосильную или неинтересную работу. Манипулятор играет на вашем

В тот день я купил «Мазерати». Черный, хищный, с рычащим двигателем. А вечером сидел на полу ванной и смотрел на пистолет, который три года назад положил в аптечку «на всякий случай». Между этими двумя событиями была лишь одна мысль: «Теперь-то они точно поймут, что я никто». Это не похоже на депрессию. Это похоже на игру в покер, где у тебя на руках тузы, но ты уверен, что крупье подменил колоду. Ты смотришь на банковский счет, где семь цифр, на диплом с отличием в рамочке, на жену, которая тебя любит, и думаешь: «Какой же я ловкий мошенник. Как долго мне еще удастся всех обманывать?» Синдром самозванца — обычно пишут, что это болезнь отличниц и аспирантов. Но они врут. Пик наступает, когда ты достигаешь дна, только это дно находится на вершине. Тебе не страшно, что тебя уволят. Тебе страшно, что тебя разоблачат как человека, который случайно залез в чужую жизнь. Вчера на совете директоров я предлагал стратегию слияния. Говорил уверенно, оперировал цифрами, смотрел в глаза акционер

Инструкция: Представьте, что вы идете по лесу. Тропинка ровная, светит солнце, вам хорошо. И вдруг... случается что-то, что меняет ваше настроение в худшую сторону. Прочитайте четыре ситуации и выберите одну, которая покажется вам самой неприятной, обидной или вызывающей наибольший внутренний дискомфорт. Не думайте долго, доверьтесь первому ощущению. Ситуация А. Внезапная тишина. Вы идете по лесу и слышите вдалеке голоса других людей (смех, разговор). Они еще далеко, но звук есть. И вдруг голоса резко обрываются, наступает полная, звенящая тишина. Вам становится не по себе. Ситуация Б. Красивый, но одинокий цветок. Вы выходите на поляну, усыпанную яркими полевыми цветами. Но прямо в центре этой поляны, отдельно от всех, растет один-единственный, невероятно красивый и нежный цветок. Вы понимаете, что никто, кроме вас, его не видит. Ситуация В. Чужая тропа. Вы идете по своей тропе, как вдруг замечаете, что кто-то прошел здесь совсем недавно: сломал ветки, оставил глубокие следы в грязи,

Все началось с того, что моя тень отказалась мне подчиняться. Я стоял под одиноким фонарем на безлюдной улице, провожая взглядом уехавшее такси, и вдруг заметил: пока я смотрю вслед красным огонькам, моя тень смотрит на меня. Она не повторяла мои движения. Она стояла ровно, в то время как я слегка повернул корпус. А потом она улыбнулась. Широкая, спокойная улыбка на плоском черном лице. Я моргнул, решив, что это игра света. Но когда я вернулся домой и включил свет в прихожей, она была уже здесь. Она не пряталась за моей спиной, а лежала на стене передо мной, отдельно, будто я был просто препятствием для лампы. — Чего тебе? — спросил я вслух, и сам испугался своего голоса. Тень наклонила голову набок. Жест, полный снисходительной жалости. И снова эта улыбка. Она не была злой. Она была понимающей. А это гораздо страшнее. С каждым днем она становилась смелее. Днем, при солнечном свете, она вела себя прилично, послушно копируя мои жесты. Но стоило наступить вечеру, стоило зажечься хот

Представьте, что вы всю жизнь считали свободу величайшим благом, но вдруг с ужасом обнаружили, что она тяготит вас больше, чем цепи. Эрих Фромм, блестящий мыслитель и психоаналитик, вскрывает пугающий парадокс: человек не всегда стремится к независимости, зачастую он готов добровольно отказаться от нее, лишь бы избавиться от бремени одиночества и ответственности. Эта книга — не просто сухой трактат, а пронзительное исследование глубин человеческой души. Фромм объясняет, почему толпы людей в истории добровольно шли за диктаторами, и, что еще важнее, показывает, как те же механизмы работают в каждом из нас сегодня. Вы увидите, как стремление «быть как все» и желание подчиниться авторитету незаметно превращают современного человека в автомат, лишенный своего подлинного «Я». Прочитав эту книгу, вы уже никогда не будете прежним. Вы получите ключ к пониманию не только политических катаклизмов прошлого, но и собственных страхов, тревог и внутренних конфликтов. Это путешествие к себе настоящем

Он диагностировал её на второй встрече. Всё было очевидно для его наметанного, печального взгляда. — У вас классический дефицит витамина «Н», — сказал он, откладывая вилку. — Нежность. В запущенной форме. Она рассмеялась, но смех был сухим, как осенний лист. — Такого витамина нет. — Есть. Он синтезируется при безопасном тактильном контакте, доверительных разговорах, обмене теплыми взглядами. Без него душа покрывается панцирем. Смотрите. Он осторожно протянул руку и дотронулся кончиком пальца до её запястья. Она вздрогнула, как от удара током, но не отдернула руку. Кожа под его пальцем покрылась мурашками. — Видите? Гиперреакция. Организм забыл, как это — простое человеческое касание без подтекста. Он был не врач, а архитектор. Но после развода и года ледяного одиночества начал видеть симптомы у всех. Мир болел. Люди боялись прикоснуться друг к другу, разучились говорить ласковые слова, заменяя их смайликами. Они умирали от жажды, стоя по колено в воде деловых рукопожатий и форма

Тишина бывает разная. Есть тишина утреннего леса, полная птичьих голосов и шороха листвы. Есть тишина библиотеки, где шелест страниц звучит громче слов. Но есть другая тишина — абсолютная, черная, плотная. Та, что опускается на человека в камере сенсорной изоляции. Здесь не просто нет звуков — здесь исчезает мир. В 1954 году нейрофизиолог Джон Лилли задался вопросом, что останется от человека, если оборвать все нити, связывающие его с реальностью . Он построил бак, куда не проникали свет и шум, наполнил его соленой водой температуры тела, чтобы исчезло даже ощущение собственной кожи, и шагнул внутрь. Он искал пустоту. А нашел нечто иное. В первые минуты мозг лихорадочно ищет раздражители. Он перебирает воспоминания, пытается удержать поток мыслей, считает вдохи и выдохи. Но внешних сигналов нет, и сознание, оставшись без пищи, начинает пожирать само себя . То, что происходит дальше, исследователи называют «психомиметическим эффектом» . Через несколько часов изоляции у самых устойчив

Они познакомились на форуме для тех, кто хочет исчезнуть. Не самоубийц — именно исчезнуть. Стереть себя из памяти мира, как ошибку. Его ник был «Нуль», её — «Пустота». Они начали игру: кто сможет стать более незаметным, более призрачным. Не физически — социально, психологически. Первый ход. Он: отказался от соцсетей, сменил номер. Она: оставила работу, где её не ценили, перестала отвечать на звонки родни, высасывающей энергию. Второй ход. Он: продал всё, что было связано со статусом. Часы, машину. Она: изменила привычный маршрут, научилась смотреть людям не в глаза, а в подбородок, чтобы её взгляд ничего не отражал. С каждым шагом они отчитывались друг другу. Им было легче дышаться. Вес ненужных ожиданий, чужих оценок, постоянного сравнения — спадал. Они высвобождали пространство, в котором раньше жили другие. Теперь там была тишина. Но игра имеет свою логику. Чтобы достичь абсолюта, нужен финальный шаг. Нуль должен был стать полным. «Исчезни для меня», — написал он ей однажды. —

Инструкция: Представьте: вы опаздываете на важную встречу. Вы бежите по городу, сворачиваете в переулок и… попадаете в лабиринт. Вокруг высокие серые стены. Внизу — холодная плитка. Вам нужно срочно найти выход. В этом лабиринте вы встречаете ПРЕДМЕТ. Выберите один вариант, который первым пришёл в голову — тот, к которому вас потянуло интуитивно. 1. Сломанные механические часы без стрелок, висящие прямо на стене. 2. Маленькое мутное зеркало, прислонённое к углу. 3. Рассыпанные письма (или листы бумаги) на полу. 4. Стеклянная банка, в которой бьётся муха. 5. Раскрытый зонт с вырванными спицами. Что скрывает паника: Остановленное время и чувство вины. Вы не позволяете себе двигаться дальше. Ваша паника — это крик внутреннего критика. Часы без стрелок означают, что подсознательно вы застряли в моменте, где когда-то не успели, не доделали, подвели кого-то. Настоящая причина паники — не столько страх будущего, сколько невозможность исправить прошлое. Вы боитесь повторения сценария. Совет: