Андрей Ярмолкевич

Когда полный профан в столярном деле рисует столярную мастерскую. Обратите внимание на метод сборки стола внизу композиции, наличие одного ласточкиного хвоста у шкафа слева и попытка продолбить сквозное гнездо в прислонённой к стене заготовке справа. Если удалось рассмотреть что-то ещё - пишите в комментариях. Единственное, что неплохо удалось показать художнику - это то, что в мастерской кипит работа )))

Заметки о лондонской столярке перед I Мировой войной - это извлечения из интервью Чарльза Хейворда (Charles H. Hayward 26 Апреля 1898 – 5 Июля 1998), которое он дал журналу Working Wood весной 1980 года. С полным текстом можно ознакомиться в книге Honest Labour: The Charles H. Hayward Years https://lostartpress.com/collections/all-books-1/products/honest-labour-the-charles-h-hayward-years

Лондонская столярка перед I Мировой войной. Хотя почти все работники столярной мастерской периодически должны были выполнять работы по ремонту и реставрации столярных изделий, в мастерской было несколько столяров, занимавшихся исключительно этими работами. Несомненно, что это отдельная ветвь столярного дела и работники, которые ей занимались, владели специфическими техниками и инструментами, которые мало пригодны при создании новых изделий. Предметом, который бросал вызов уровню столяра-реставратора был обычный обеденный стул. Иногда их приносили буквально в виде комплекта разобранных деталей. И хорошо если все детали были в наличии. Бывали случаи когда привозили комплект из 6 стульев с отсутствующими деталями и клиент соглашался пустить один из стульев на запчасти в качестве донора. Но такое случалось редко - комплект из 6 стульев стоил дороже и его легче было продать. После завершения работы её принимал мастер, он ставил колено на сиденье стула и двумя руками начинал раскачивать спин

На этаж выше от столярной мастерской располагалась мастерская по отделке и полировке. Она обогревалась несколькими печками, которые топились древесными обрезками и отходами. Это было необходимо не для удобства работников, а потому что Французская полироль становилась молочно-белой и непригодной для работы при низких температурах. Это было единственное тёплое место в здании и если мастер куда-то отлучался, устойчивый ручеёк столяров тянулся в мастерскую отделочников, якобы проконсультироваться по тому или иному вопросу, а на самом деле, чтобы постоять пару минут в тепле около печки. Для склеивания почти всегда использовался мездровый клей марки Scotch, который разваривали на водяной бане с помощью газовой плитки. Казеиновый клей использовали очень редко. Очевидно, что горячий клей, нанесённый на холодную поверхность почти мгновенно застывал, особенно зимой в неотапливаемой мастерской. Поэтому соединения перед склейкой подогревали. Пока столяр готовил струбцины и т.д., мальчишка-помощни

В мастерской вдоль стен стояло 18-20 верстаков. Плюс у каждого верстака стоял инструментальный ящик работника, который за этим верстаком трудился. С одной из сторон верстака находилась стойка для инструментов, сколоченная из нестроганных досок, на которой хранились стамески, отвёртки, клещи и другой инструмент. Пилы обычно подвешивали на гвоздях, вбитых в стену. Струбцины, в основном, деревянные и с деревянными винтами вешали на планки, прикрученные к стене. Так же хранились и коловороты. Любопытно, что козлы никогда не использовались. Вместо них у каждый работник имел ящик, сколоченный из обрезков, на котором иногда распиливали доски, но чаще он использовался для сидения во время обеда или перерывов на чай или пиво (см.предыдущий пост).

В полдень пацана отправляли за пивом. У него была специальная палка с набитыми гвоздями, на которую вешались пустые консервные банки с проволочными ручками. У каждого мастера была своя банка и своё место для неё на этой палке. Пацан оббегал несколько местных пабов, т.к. каждый заказывал свой сорт пива. Никаких записей не делалось - пацан должен был всё запомнить. А если ошибался - получал трындюлей. Так и жили ...