Пикантные Романы

Я много раз слышала, что не стоит праздновать сорокалетие, потому что это плохая примета. И хотя я не собиралась отмечать этот день, беда, которую не так уж просто остановить, уже спешила ко мне на встречу. Еще и произошло всё как в том дурацком анекдоте, где жена не вовремя возвращается из командировки. Сегодня мой день рождения. Мне исполнилось сорок лет, и я успела завершить все дела в другом городе, чтобы попасть на корпоратив в честь выхода на пенсию одного из директоров филиала нашей компании. Забежала домой, натянула подходящее платье, накрасилась и вызвала такси к ресторану. Когда таксист притормозил у нужного здания, я заметила своего мужа в сопровождении незнакомки с ярко-рыжими волосами в белом платье. Они держались на расстоянии метра друг от друга, но оба крадучись направлялись к дальней неосвещённой беседке. – Да не могу я сейчас ей обо всём рассказать, – донёсся до меня шёпот супруга, когда я незаметно приблизилась. – И долго ты собираешься тянуть? – прозвучал в ответ ка

— Ты украла мои трусы! — кричала в трубку Лариса Анатольевна. — Хорошие, шерстяные. Новые! Почти… Я скосила взгляд на прикроватную тумбочку, сонно отмечая, что время уже давно перевалило за полночь. А ведь выходной так хорошо начинался… Устало прикрыв рот рукой, зевнула. На обвинения своей подопечной никак не отреагировала и пытаться объяснить, что я в ее трусах попросту утону, не стала. Лариса Анатольевна всегда и во всем была права. По крайней мере, она сама так наивно считала. — И сахар! Ты каждый раз, приходя, отсыпаешь по чайной ложке! — разорялась пенсионерка. — Так и знай, я пожалуюсь! И потребую тебя заменить! На самом деле для жалоб у нее причин не было. Но старческая деменция и одиночество — убойный коктейль. Учитывая, что такие обвинения я выслушиваю регулярно, реагировать так, как это бывало поначалу, не стала. Два года назад я могла расстроиться, пожаловаться начальнице на несправедливые наезды и… все равно пойти к своей подопечной. Мою профессию нельзя назвать мечтой рос

Приезжаю в загородный дом на такси. Держа переноску с малышкой в руках, захожу в гостиную. Всюду разбросаны вещи: одежда, обувь, мусор. Вокруг тишина. Младший брат моего мужа решил жениться на моей лучшей подруге, и после клуба мальчишник перенесли в наш загородный дом. Муж мне вчера звонил, предупредил о том, что домой ночевать не придет. Тимур просил меня приехать ближе к обеду, обещал, что к этому времени друзей уже разгонит, порядок наведет. И пока они отмечали мальчишник, я с дочкой была дома в компании своей лучшей подруги Наташи. Она скоро станет женой Марка, мы породнимся. Чему я очень рада. Наташа обещала приехать ближе к вечеру в наш загородный дом. У нас по плану семейные посиделки у костра, шашлыки. Моя маленькая дочурка на свежем воздухе спит лучше, поэтому выходные мы проводим в этом доме, а в будни живем в трехкомнатной квартире в городе. Замечаю на диване спящего Марка. На полу спит его лучший друг Егор. Чуть дальше на ковре спит Миша. Кажется, они тут гуляли до утра.

Девушка привлекла моё внимание, стоило нам с Димой въехать во двор нашей сталинки на берегу Невы. Белокурая миниатюрная блондинка везла красный чемодан на колёсиках к нашему подъезду. Из-под коротенькой белой кожаной курточки выглядывала тонкая талия незнакомки, округлые бёдра обтягивала короткая красная юбка. Не по сезону что-то девушка вырядилась. Лишь красный берет на голове по погоде. Ноябрь в Питере — это почти уже зима. Я вздрогнула от Диминого голоса. — Похоже, у нас появились новые соседи на этаже. — Муж развернул машину мордой в сторону подъезда и сдал назад на свободное место. — Смотри-ка, девчонка совсем. — Прощай спокойная жизнь. — Глянув на мужа, я осеклась. Он пялился на новую соседку, явно разглядывая её в деталях. Та же, оставив чемодан у подъезда, откинула золотистые волосы на одно плечо и повернулась к нам передом, а к дому задом. Личико кукольное, скулы высокие, брови вразлёт, на губах — красная помада. Наш автомобиль привлёк внимание девушки, и она вдруг улыбнулась

– Кира, девочка моя, – мурлычит муж, прижимая плечом свой телефон, попутно застёгивая рубашку. – Я же сказал, что у меня сегодня позднее совещание. Я немного опоздаю. Не жди меня к ужину. – Да, я помню, – упавшим голосом произношу я, глядя на Сашу, через смотровое стекло комнаты для переговоров. Он выпрямляется и замирает. Словно чувствует мой взгляд. В то время как какая-то девица, сидящая рядом на диване, ведёт себя довольно расслабленно. Она восседает в расстёгнутой блузке, её губы с размазанной помадой, растянуты в довольной улыбке, на пальцах ноги покачивается туфелька на высоком каблуке. – А зачем тогда звонишь? – спрашивает муж, запуская руку в довольно густую шевелюру. – Да так, – роняю я. – Просто соскучилась. Извини. Нажимаю отбой и ещё пару минут смотрю на мужа и его спутницу, через пластины приоткрытых жалюзи. А затем разворачиваюсь и медленно ухожу. Благо, что мои практичные ботинки не издают шума. Я без препятствий дохожу до проходной. В офисе никого нет, кроме охранника

Остаток всего дня я пытаюсь дозвониться до мужа и выяснить, почему он заблокировал мою карточку и выпотрошил копилку, в которой мы откладывали на отпуск. Но Тарас сначала не берет трубку, а потом я и вовсе оказываюсь в черном списке. Как у него все легко и просто! Взять и стереть из жизни десять лет брака только потому, что у него появилась другая женщина. Разве так быстро можно разлюбить? Хорошо, допустим, разлюбил он меня давно. Но разве так быстро можно потерять уважение к человеку? Жене, женщине, из рук которой ты ел, с которой спал. Которая вся для тебя, которая делала все, чтобы ему было комфортно. Которая была невероятно удобной. Как плед, которым ты любишь укрываться по вечерам. Он старый, с потертостями, и ты давно можешь позволить себе купить новый, но…к этому ты уже прикипел. А Тарас этого не оценил. Просто вычеркнул из жизни, оставив без средств к существованию. Выбросил на обочину, как мусор. Ладно я, но Катюша – то в чем виновата?! Откуда у Тараса в голове вообще, что он

Был вечер, когда за окном стучал дождь, словно пытался вымыть всю усталость и шум дня. Я сидела в машине, просто так, без цели, дождевых капель на стекле, света фонарей, тихой музыки из радио. Наверное, пора было возвращаться домой, но я не торопилась: выключила двигатель, закрыла глаза и просто слушала: шум дождя, шорох дождевой воды по крыше, свой внутренний пульс. В этот момент я вынула из бардачка старую пластинку — ту, что ещё принадлежала моей бабушке. На обороте немного пожелтевшие записи, её почерк, пара слов: «Для тех, кто ищет свет», — и я подумала: «А я всё ещё ищу». Не свет лампы, не уют дивана, а то, что горит внутри — надежду, веру, страх, желание жить. Я вышла из машины, зашла домой и взяла в руки свой телефон, чтобы наполнить вечер не просто покоем, а чем-то живым. Пролистала список книг, увидела три названия. Они по-разному шли к тому, что я искала: магия, время, шанс на начало заново. Я купила их. И вечером, под шум дождя за окном, начала читать. Эти книги — словн

Свекровь, вкусив очередную дозу моей кровушки, уснула, и я с облегчением выдохнула. Сейчас в душ, потом все-таки постараюсь сделать маску, а то уже скоро на панду стану похожа с кругами под глазами. Только я собралась нырнуть в любимый халат, как в комнату поскребся Димка, мое сокровище. - Ма…, тут такое дело…, - он сделал вид, что глубоко раскаивается в своей безответственности, вжал голову в плечи, на манер черепахи, похлопал почти девчачьими ресничками и виновато развел руками. Но получилось по Станиславскому: «Не верю!» - И…? – протянула я, уже догадываясь, что балбес что-то не сделал по домашке. - Ну мне задали реферат по литриче. А ты ж знаешь нашу классуху. Ей плевать, что школа частная, она так обзовет, что будешь чувствовать себя последним дном, - сынуля начал давить на жалость. - И когда он понадобится, - для вида спросила я, подозревая, что правильный ответ будет: «Вчера». Так и оказалось. - Вчера ее не было, она на аттестации была. Но сама понимаешь, завтра меня уже ничто

Когда я вернулась домой, наш терьер Бутч буквально припрыгивал от нетерпения. Неужели Ветров опять не погулял с ним? Но ведь он должен был вернуться ещё пару часов назад… - Витя! Ветров, ты слышишь? - крикнула я в сторону спальни, где обычно оккупировал пространство муж, приходя домой. - Бутч не гулял, что ли? Обуви Виктора не обнаружилось. Сам он тоже отсутствовал дома, что навело меня на нехорошие подозрения. В нашей семье не входило в привычку докладывать в семейном чате о каждом шаге, но хотя бы о том, что задержался на работе, сообщить было можно. Я бы отпросилась пораньше, если бы знала, что Бутч уже чуть ли не в прихожей обделался… Нацепив на радостного терьера поводок с ошейником, я вышла с ним на улицу, где он тут же устремился к ближайшим кустам. Хорошо хоть жилой комплекс у нас укомплектован разными приспособлениями для жизни и прогулок, так что на ближайшем столбе обнаружились пакеты для собак. Но думала я вовсе не о том, как прибраться за Бутчем. Я размышляла о поведении

Я вдруг просыпаюсь посреди ночи с бешено бьющимся сердцем. Тревога душит так сильно, что дышать получается урывками. Жадно глотая воздух, нащупываю под подушкой телефон. На часах три тридцать. В окно спальни бьет яркий лунный свет. Беру с прикроватного столика стакан воды и опустошаю его наполовину. — Руслан… — поворачиваюсь к мужу, чтобы нырнуть к нему под бок, уткнуться носом в его крепкую горячую грудь и уснуть. Не знаю, как это работает, но рядом с ним я ничего не боюсь. Он мой защитник. Моя стена, что не дает невзгодам обрушиться на мою голову. Люблю его безумно и доверяю полностью. А его рядом нет, хотя спать ложились вместе. И в ванной свет не горит. Странно. Как только собственное сердцебиение успокаивается и больше не шумит в ушах, до меня долетают еле ощутимые вибрации. Это муж с кем-то говорит на первом этаже. Моя тревога вспыхивает огромными красными лампами, и без халата или тапочек я прямо босиком и в ночной рубашке на цыпочках бреду к лестнице. Не хочу шуметь, чтобы не