Фиолетовые очки

Лёшке было семь лет когда он упал с дерева.. Больно было по-настоящему — колено в кровь, рука ободрана, слёзы сами потекли.. Он даже не успел решить плакать или нет — просто потекли.. Отец стоял рядом. Посмотрел. Сказал одно слово: — Не реви. Лёшка сглотнул. Зажмурился. Выдохнул.. Слёзы остановил — усилием, зубами, всем телом.. — Вот так, — сказал отец. — Мужик. Лёшке было приятно. Он был мужик.. Ему было сорок три когда умерла мама. Он стоял у гроба — прямо, с каменным лицом. Не плакал. Люди говорили вполголоса — держится как.. Молодец.. Ночью один выл в подушку. Чтобы никто не слышал.. * * * *  Нас учили этому с детства. Мальчиков — не реви, ты же мужик. Девочек — не реви, некрасиво, глаза опухнут.. Всех вместе — не выноси сор из избы, не жалуйся, держи лицо, что люди скажут.. Держали. Лицо держали — изо всех сил.. А внутри копилось..  Слёзы придумала не слабость..  Их придумала природа — умная, точная, ничего лишнего не делающая.. Со слезами выходит кортизол — гормон стресса. Б

Дядю Федю в доме номер семь не любили..  Официально он числился сторожем — сидел в будке у въезда, поднимал шлагбаум, следил за порядком.. Неофициально — портил людям жизнь. Планомерно, методично, с удовольствием.. Машину не там поставил — дядя Федя тут как тут. Голос громкий, слова простые, выражения народные.. Дети во дворе расшумелись после десяти — дядя Федя уже идёт, уже кричит в окна на весь двор.. Кто мусор мимо бака бросил — дядя Федя запомнил, при случае припомнит.. Участковый Серёгин говорил — Фёдор Иванович, ну нельзя же так, люди жалуются.. Дядя Федя отвечал — пусть жалуются.. Порядок важнее.. Жильцы писали управляющей компании. Управляющая компания разводила руками — сторож исполнительный, территория чистая, нарушений нет.. Терпите.. Терпели. Не любили — но терпели.. * * * *  Антоновна с третьего этажа дядю Федю боялась.. Восемьдесят один год, ноги не ходят, из квартиры почти не выходит.. Сын звонит раз в неделю, внуки — по праздникам. Соседка Люся иногда заходила — но у

У Веры в шкафу висело платье..  Голубое. Шёлковое. Она купила его в девяносто седьмом — случайно зашла в магазин, увидела и остановилась. На улице был ноябрь, слякоть, настроение никакое.. А тут — вот оно, на вешалке, переливается.. Дорого было. Очень дорого — по тем временам почти треть зарплаты. Она взяла всё равно. Сама не поняла почему — просто взяла и пошла к кассе пока не передумала.. Дома примерила. Встала перед зеркалом. Долго смотрела.. Хорошо. Очень хорошо.. Подумала — надену на что-нибудь особенное. На Новый год, или на день рождения, или.. ну когда случай будет. Случай обязательно будет.. Повесила в шкаф. Прикрыла дверцу.. Случай всё не приходил. На Новый год пошли к свёкрови — там дети, шумно, какое платье.. На день рождения — беременная была, не влезет всё равно.. Потом дети маленькие — куда в шёлковом, перепачкают моментально.. Потом работа навалилась, потом дача, потом одно, потом другое.. Жизнь шла — плотная, настоящая, полная всего сразу. Просто в этой жизни как-то не

Она шла по магазину — обычный вторник, список в телефоне, мысли про ужин.. И вдруг остановилась...  Запах.. Откуда-то сбоку — табак, что-то древесное, едва уловимое.. Она даже не сразу поняла почему остановилась. Тело поняло раньше головы.. Сердце сделало что-то странное. Не больно — просто.. ёкнуло.. Как будто кто-то тронул струну которая давно не звучала.. Андрей.. Семнадцать лет прошло.. Они были вместе два года..  Не скандалили, не изменяли — просто не сложилось. Он уехал учиться, она осталась. Писали сначала, звонили.. Потом реже. Потом совсем.. Никто не виноват. Просто жизнь пошла в разные стороны — как реки которые текут из одного источника а потом расходятся и каждая к своему морю.. Она потом вышла замуж. Хорошо вышла — по любви, по-настоящему. Дети, дом, своя жизнь.. Не жалеет. Правда не жалеет.. Но запах — запах помнит. Всем телом помнит.. Есть люди которых мы помним не мыслями..  Мыслями помним события — когда познакомились, что говорили, как расстались.. Это можно пересказа

В деревне Крутово было всего две улицы, магазин, клуб который давно не работал и школа.. Школа работала. Пока работала.. Она приехала сюда в семьдесят восьмом. Молодая, городская, с косой до пояса и чемоданом в котором половину места занимали книги.. Местные смотрели с прищуром — надолго ли? Городские долго не держатся, не привыкнут к местным "удобствам" и уедут.. Не уехала..  Сначала год. Потом три. Потом незаметно — десять, двадцать, сорок.. Коса поседела, чемодан истёрся, школа стала своей — каждая трещина в полу, каждый скрип ступеньки, каждое окно которое зимой надо замазыввть иначе сквозит.. Своей стала и деревня. И люди в ней.. Детей она учила по-особенному..  Не только за партой — за партой каждый может. Она учила везде.. Весной — в лес. Как только земля подсыхала, как только лопались первые почки на берёзах — всё, собирайтесь, идём.. Шли гурьбой, галдели, толкались — она шла впереди и рассказывала.. Вот медуница, вот первые листья мать-и-мачехи, вот под этой корой жук-короед з

Ей двадцать восемь..  Трое детей — семь, пять и два года. Работает, дети в садике, родители рядом.. Всё в порядке. Жизнь идёт.. Муж изменяет.. с разными.. Она знает. Давно знает.. Остаётся. И тут же — первый вопрос который летит со всех сторон. От подруг, от мамы, от коллег, от случайных людей в интернете которые всё про всех знают: — Зачем троих нарожала или не видела какой он? Хороший вопрос. Правильный даже. Только вот те кто его задают — они уверены что знают ответ. А ответ — он сложнее чем кажется.. Когда рожала первого — любила. По-настоящему, до дрожи, до "не могу без тебя".. Он был другим — или казался другим, это важное уточнение.. Когда рожала второго — ещё верила. Первый раз простила — бывает, оступился, раскаялся, клялся.. Она поверила. Потому что хотела верить. Потому что семья, потому что ребёнок, потому что.. Когда рожала третьего — уже знала. Но к тому времени в голове жила одна мысль — такая тихая, такая упрямая: Я его изменю.. Вот тебе и ответ на вопрос зачем троих..

Вы их видели.. Обязательно видели..  Маленькая, в старом пальто, с хозяйственной сумкой. Стоит у подъезда, что-то раскладывает на газете или пакете. Вокруг — кошки. Рыжие, серые, полосатые, драные. Едят молча и сосредоточенно. Бабушка смотрит на них и улыбается..  Кто-то проходит мимо и думает — вот ненормальная.. Пенсия копейки, а она корм покупает. Лучше бы себе на лекарства откладывала. Я раньше тоже так думала. Потом перестала..  * * * Давайте честно.. Что происходит в жизни этой женщины? Дети взрослые — у них своя жизнь, свои заботы, приезжают по праздникам. Муж умер — год назад, или пять, или десять, но квартира всё равно до сих пор кажется слишком пустой.. Подруги — кто уехал к детям, кто болеет, кто на даче.. Телевизор, аптека, магазин.. Магазин, аптека, телевизор..  И вдруг — живые существа которые её ждут..  Каждый день. В одно и то же время. Вот она вышла — и они уже бегут. Узнают. Помнят. Ждут именно её. Вы понимаете что это такое — когда тебя ждут? * * * Человеку нужно

Она смотрела в телефон.. Не в первый раз за этот вечер. И не в десятый. Экран тёмный, уведомлений нет, время 23:23..  Он не позвонил..  Маша убрала телефон под подушку — чтобы не смотреть. Через три минуты достала снова..  В соседнем районе Дима лежал на диване и смотрел в потолок. Телефон на груди. Ждал вибрации..  Маша не позвонила..  Так прошёл день. Потом неделя. Потом месяц..  * * * Они поссорились из-за ерунды..  Сами потом не могли вспомнить — с чего началось. Что-то сказал не так, что-то поняла не так, слово за слово — и вот уже хлопнула дверь. Он не остановил. Она не обернулась..  Оба думали — остынет, позвонит..  Он думал — она позвонит. Она же первая обиделась. Она думала — он позвонит. Он же первый сказал резкое. Оба ждали. Оба молчали..  Это называется — позиционная война.. Психологи говорят что в ссоре люди часто застревают не в обиде а в ожидании. Кто первый — тот слабее, тот проиграл, тот признал что был неправ. И оба стоят по разные стороны и ждут..  А время идёт.. о

Моей соседке Людмиле Васильевне шестьдесят три года.. Она красивая женщина. Седая, с морщинами у глаз, с руками которые всю жизнь тяжело работали.. Красивая по-настоящему — той красотой которую не купишь и не уколешь в кабинете косметолога..  На прошлой неделе её дочка выложила её фото в интернет.. Просто фото — мама на даче, начало сезона, первый одуванчик.. В комментариях написали: «Как хорошо выглядит! Совсем не дашь шестидесяти трёх!» Людмила Васильевна прочитала. Помолчала. Потом сказала дочке — а это что? Комплимент? Я что, должна стыдиться своих шестидесяти трёх? Дочка не нашлась что ответить.. Мы живём в странное время..  Женщине можно всё — строить карьеру, растить детей одной, запускать ракеты, управлять компанией.. Но вот стареть — нельзя. Это табу.. Самое крепкое.. Посмотрите как мы говорим. «Выглядит моложе своих лет» — это похвала. «Выглядит на свой возраст» — это почти приговор. «Дала бы все пятьдесят» — это оскорбление. Хотя человеку пятьдесят и есть — что тут оскорбите

Бабушкин голос я помню лучше всего.. тихий, мягкий.. Не лицо — лицо в памяти размывается со временем, это нормально. И руки — помню.. Широкие ладони, короткие пальцы, кожа в мелких трещинках как старая кора. Эти руки лепили пельмени быстро и ловко — раз, раз, раз — пока я едва успевал один слепить, кривой, она смеялась и переделывала.. Этими руками она проводила по моим волосам когда я болел и лежал с температурой — просто так проводила ладонью по голове, снова и снова, и становилось легче.. Потом эти руки перестали двигаться.. Правая совсем. Левая — чуть-чуть, самую малость.. Инсульт случился в октябре..  Я был на втором курсе, жил в общаге, мама позвонила рано утром. Голос сухой, без слёз — она всегда так, когда по-настоящему страшно..  — Бабушка в больнице. Приезжай. Помню как ехал в электричке. За окном был октябрь — серый, мокрый, деревья стояли голые и растерянные, будто сами не ожидали что так быстро.. В больнице она лежала маленькая. Вот что меня поразило — маленькая.. Всегда