Всякое обо всяком

В 1832 году Татсу Такаяма, переодевшись мужчиной, совершила запретное восхождение на вершину Фудзи. Ниже — история этого пути. Могила Татсу Такаямы до простоты скромна. Она похоронена в храме Сайсё-дзи, в тихом уголке западного Токио; её каменный столб почти не отличим от соседних. И всё же кости, покоящиеся там, хранят дух женщины, чьё благоговение перед горами — и смелость идти им навстречу — пережили саму историю. На дворе 1832 год. Такаяма, рискуя изгнанием, нарушая существующие законы и традиции, переодевшись в мужчину, становится первой женщиной, покорившей гору Фудзи — восхождение, строго запрещённое для женщин. Историк Фумико Миядзаки писала в своей книге «Женщины-паломницы и гора Фудзи: меняя взгляды на отчуждение женщин» (Female Pilgrims and Mt. Fuji: Changing Perspectives on the Exclusion of Women): «Я достигну вершины, даже если это будет стоить мне жизни. Но если смогу вернуться домой, я буду вдохновлять других женщин подняться, — сказала она своим спутникам за считанные

В полное кризисов и эпидемий время Средних веков короли западного мира делали всё ради удержания власти — от войн до брачных союзов. Но в анналах истории встречаются и королевы, не менее хитрые, не менее упорные и жестокие, способные удерживать добытую реками крови и пота власть. Среди них были регентши, правившие от лица своих несовершеннолетних детей (и внуков, и правнуков); некоторые дважды выходили замуж за королей (пока всё не доходило до развода) и активно участвовали в управлении государством; а кто-то правил вместо безумного мужа. Родилась около 543 года н. э. принцессой вестготов. В 567-м Брунгильда вышла замуж за короля франков Сигиберта I, став королевой Австразии (современные западная Германия, северная Франция, Бельгия и Нидерланды). Но семейные отношения не заладились. Её старшая сестра Галесвинта, жена сводного брата Сигиберта, Хильперика, была жестоко убита по приказу любовницы Хильперика — Фредегунды. В отместку Брунгильда развязала кровопролитную 40-летнюю войну. Посл

Эла Фитцпейн была влиятельной дворянкой, однажды оскорбившей архиепископа Кентербери, за что её приговорили к «покаянному шествию». И если судить по сохранившимся письмам, она причастна к убийству собственного любовника. Убийство Джона Форда в самом сердце средневекового Лондона в 1337 году было особенно жестоким: пока один перерезал ему горло, двое других вонзили длинные кинжалы в живот. Свершив своё тёмное деяние, убийцы оставили его истекать кровью. Подобные жестокие убийства обычно старались скрывать, но, по словам криминалистов, изучавших документы, раскрывающие мотивацию преступников, смерть Форда была тщательно срежиссирована, чтобы быть на виду. Мануэль Эйснер, профессор криминологии Кембриджского университета и ведущий автор новой работы, посвящённой этому убийству, объясняет: «То место, где его убили, было чем-то вроде Пятой авеню средневекового Лондона. Это было людное место.» По словам Эйснера, собравшего историю воедино на основе многочисленных писем и юридических документ

А всё началось с поражения. Генрих Крамер, назначенный папой инквизитором и охотником на ведьм в Инсбруке, стал свидетелем того, как семь обвинённых им в колдовстве женщин были освобождены. Что ещё хуже — обвинения выдвинули уже против него самого. Но Крамер не сдался. Веками инквизиторы преследовали прежде всего отступников от веры. Суды же над ведьмами, якобы связанными с Дьяволом, проводились крайне редко. Однако уже в 1430-е годы страх перед ведьмами начали активно подпитывать церковники и богословы. Когда этот страх стал распространяться всё шире, Генрих Крамер, родившийся около 1430 года в Шлеттштадте (ныне Селеста, Эльзас), получал богословское образование. Предполагается, что он учился в местном доминиканском монастыре, а позже стал инквизитором. С 1474 года он начал деятельность в качестве странствующего следователя по делам о колдовстве — и нередко конфликтовал с мэрами и князьями из-за вопросов юрисдикции. Не видя успеха в своих делах, Крамер отправился в Рим, ища поддержки

Инквизиция, как орудие Церкви против инакомыслия, погубила тысячи человек, навсегда оставив отпечаток на европейской цивилизации. Но назвать её единым централизованным институтом нельзя. Это было несколько самостоятельных структур, каждая со своими особенностями. Тем не менее, цель у них была одна — систематическое преследование (лат. inquisitio) еретиков¹ (GEOEPOCHE использует термин «еретик» для прояснения целей инквизиторов — не разделяя, однако, их оценок). То есть, по определению ранних богословов, речь шла о тех христианах, которые отреклись от церковного учения и, несмотря на многократные увещевания, не пожелали «встать на путь истинный». Средневековая Инквизиция была учреждена в 1231 году папой Григорием IX. Он посылал в разные регионы своих следователей для расследования случаев ереси. Начиная с 1252 года, Инквизиции официально разрешалось использовать пытки для получения признаний. Однако, поскольку Церковь не желала собственноручно приводить в исполнение смертные приговоры,

Нигде в Европе охота на ведьм не унесла столько жизней, как в Священной Римской империи. Во время Тридцатилетней войны судебные процессы достигли своего апогея, но прямой связи между войной и судами нет. Вера в потустороннее стара как само человечество. Церковь же, особенно в Средние века, видела в колдунах экзистенциальную угрозу. Так, в 1430-х она начала охоту на ведьм. На таких процессах чаще всего обвиняли женщин в заключении договоров с Дьяволом. А изданный в 1486 году трактат «Молот ведьм», написанный Генрихом Крамером, монахом ордена доминиканцев, служил своего рода инструкцией для «вытягивания правды» из подсудимых. Хотя к 1520-м годам волнения, вызванные Реформацией, поутихли, инквизиция не бездействовала. В период с 1580 по 1650 костры горели особенно ярко. Время было неспокойное. Так называемый «малый ледниковый период» принёс в Европу череду неурожаев, что вылилось в рост цен на продукты питания, голод и эпидемии. А с началом войны к ним добавились страх перед гибелью, рез

Лишь одно учение должно существовать в Женеве — его собственное. Всякую ересь нужно уничтожить. Так считал Жан Кальвин. Реформатор видел в себе орудие Господне и, опираясь на это, установил в Женеве тираническое господство протестантской морали. За всякие отклонения от кальвинистских правил он карал — будь то пьянство, драки или даже пение непристойных песен. А люди, подобные Мигелю Сервету, разрушающие основы христианства, по мнению Кальвина, заслуживали смерти. Жан Кальвин и Мигель Сервет знали друг друга более двух десятилетий: возможно, они познакомились в Париже в 1530-е годы. Бывший монах Сервет в тот момент находился в розыске инквизиции из-за своей полемики; под чужим именем он изучал в городе на Сене медицину, астрологию и математику. Жан Кальвин, изучая в то время в Париже филологию и право, хоть и оставался католиком, уже начинал сомневаться в догматах церкви и всё больше увлекался учениями Реформации. В 1534 году им пришлось покинуть Париж на фоне религиозных волнений. Каль

20 мая 1631 года войска Католической лиги начали штурм Магдебурга. Спустя полгода после начала осады командующий Иоганн Церклас, граф фон Тилли, отдал город на разорение своим солдатам. Женщин и девушек насиловали, а всякого, кто оказывал малейшее сопротивление, убивали. Мёртвые устилали улицы, и вскоре город был охвачен огнём. Из 30 000 жителей уцелело около трети. Резня на улицах Магдебурга стала самой кровопролитной за всю войну. Но всего через несколько дней новости об этом начали распространяться: сперва в листовках, а вскоре и в газетах по всей империи. Протестанты и им сочувствующие сравнивали резню в Магдебурге с падением Иерусалима. В то же время издававшаяся в Кёльне газета «Reichs-Zeitungen» пустила слух, что это сами магдебуржцы подожгли свой город. Политические партии на этом фоне боролись друг с другом всеми доступными способами, включая активную газетную пропаганду. А народная тяга к сенсациям лишь играла им на руку — обеспечивая стабильные продажи. С тех пор как Иоганн

Весной 1792 года французский палач Шарль-Анри Сансон столкнулся с непосильной для себя задачей. Ему было велено казнить всех приговорённых, не причиняя им страданий. Этого требовал новый уголовный кодекс, составленный в духе принятой в 1789 году Декларации прав человека и гражданина. Отныне все приговорённые к казни должны были умирать одинаково — никаких больше привилегий для знати, никаких мучительных повешений, четвертований или сожжений. Оставалось обезглавливание. Однако в распоряжении палача было лишь два меча, и их после каждой казни приходилось долго затачивать. О массовых казнях, писал Сансон в Министерство юстиции, не могло быть и речи. Более того, немалой проблемой было и обеспечить неподвижность осуждённого — особенно когда он видел, как отрубали головы другим. Сансон писал, что подобные казни могут превратиться в бойню и вызвать возмущение зрителей. Столкнувшись с угрозой переполнения тюрем осуждёнными, ожидающими казни, Министерство юстиции немедленно отозвалось на тревож