Сергей Беляев | Тот самый актёр

Есть горячее солнце, наивные дети, Драгоценная радость мелодий и книг. Если нет — то ведь были, ведь были на свете И Бетховен, и Пушкин, и Гейне, и Григ… Есть незримое творчество в каждом мгновеньи — В умном слове, в улыбке, в сиянии глаз. Будь творцом! Созидай золотые мгновенья — В каждом дне есть раздумье и пряный экстаз… Бесконечно позорно в припадке печали Добровольно исчезнуть, как тень на стекле. Разве Новые Встречи уже отсияли? Разве только собаки живут на земле? Если сам я угрюм, как голландская сажа (Улыбнись, улыбнись на сравненье моё!), Этот черный румянец — налет от дренажа, Это Муза меня подняла на копьё. Подожди! Я сживусь со своим новосельем — Как весенний скворец запою на копье! Оглушу твои уши цыганским весельем! Дай лишь срок разобраться в проклятом тряпье. Оставайся! Так мало здесь чутких и честных… Оставайся! Лишь в них оправданье земли. Адресов я не знаю — ищи неизвестных, Как и ты неподвижно лежащих в пыли. Если лучшие будут бросаться в пролеты, Скиснет мир от бес

С 1970-х годов Василий Ливанов активно занялся литературой, создавая рассказы, повести, сказки и мемуары. В его библиографии: «Агния, дочь Агнии», «Мой любимый клоун», «Ночная „Стрела"», «Богатство военного атташе», «Помни о белой вороне» и другие книги. В 1986 году режиссёр Юрий Кушнарев экранизировал повесть «Мой любимый клоун» с Олегом Меньшиковым в главной роли. Позже, в 2006 году, по его сказке был снят короткометражный мультфильм «Кролик с капустного огорода». Сам Ливанов объяснял начало своего пути так: Все началось, наверное, со сказок. Я точно не могу сказать, почему я начал их писать. Может быть, просто хотел сделать что-то хорошее для моей маленькой дочки. Во всяком случае сказки стали появляться. Я показал их Самуилу Яковлевичу Маршаку, и они ему понравились. После этого они были опубликованы в газете «Литературная Россия», а в 1975 году вышла моя первая книжка. Ну, а следующий шаг — мое появление на студии «Мультфильм» — был вполне закономерен. Дело в том, что я — выпускн

Я не могу без тебя жить! Мне и в дожди без тебя — сушь, Мне и в жару без тебя — стыть. Мне без тебя и Москва — глушь. Мне без тебя каждый час — с год, Если бы время мельчить, дробя; Мне даже синий небесный свод Кажется каменным без тебя. Я ничего не хочу знать — Слабость друзей, силу врагов; Я ничего не хочу ждать, Кроме твоих драгоценных шагов. Стихотворение существует в нескольких редакциях. 1960 г. Владимир Маяковский писал про Николая Асеева: «Этот может. Хватка у него моя». Алексей Кручёных называл его «импульсом» и «чистым золотом». Варлам Шаламов считал, что он умрет, если запретить ему писать.

Так как ни при Театре сатиры, ни при Оперетте не было театральных школ, я начал сдавать вступительные экзамены сначала в студию Станиславского, потом в школу Театра Вахтангова, пробовался даже во вспомогательный состав МХАТ… Ни одно из этих театральных учреждений меня не приняло. Позже я понял, что, очевидно, в самодеятельных коллективах, где я играл, меня учили не по той «системе». Но в то время я был уверен, что мое дарование не оценили. Очевидно, я долгое время оставался бы в «неоцененных», если бы не помогла дружеская поддержка одного из студентов студии Станиславского. Этот мой знакомый пригласил меня к себе домой и, прослушав еще раз мой «вступительный репертуар», не оставил от него камня на камне, назвав мою игру глупым наигрышем, наглым подражательством (цитирую дословно). И вот под его наблюдением я стал готовиться к новым испытаниям. «Быть самим собой» давалось мне со страшным трудом. Но мой молодой учитель требовал от меня правды, и только правды… И вот, когда школа киноакте

Я у Бога моего прошу Простить меня за то, Что радость я свою ношу Отдельно, как пальто. Ее приходится снимать На время иногда, Чтоб не испачкать и не смять, Когда придет беда. Но чтоб не стать мне дураком, Пусть даже счастье, пусть, Ношу под радостью тайком, Как душегрейку — грусть. В предисловии к сборнику своих стихотворений Ролан Быков писал: Стихи пишу с раннего детства — лет в десять я был уверен, что стану поэтом, и это вовсе не мешало мечте скакать на лошади с развевающейся сзади буркой и, совершив подвиг, умереть героем. Втайне горько плакал, когда представлял себя распростертым на земле со смертельной раной на груди, просто рыдал — и тогда чудом все-таки оставался в живых. Мечтал стать артистом, педагогом, ученым и музыкантом (меня однажды поразил звук флейты — я его до сих пор слышу). Как это ни странно, но все мои мечты так или иначе сбылись — не все в виде профессии, но это не важно. Очевидно, немного задержался в детстве — люблю все, особенно все вместе. Стихи с годами вош

Своего деда я помню с трехлетнего возраста. Потом мы какое-то время не виделись, а затем, когда дедушка жил в Павловском Посаде, мы с мамой к нему приезжали и очень тепло общались. Конечно, он повлиял на мой выбор профессии. Я решил продолжать актерскую династию и закончил РАТИ, факультет музыкального театра. Хотелось быть не просто актером, а актером, умеющим хорошо петь. Мне, кстати, очень нравилось, как пел дед в фильмах, – он не давил на голос, был удивительно музыкален и, самое главное, всегда пел с душой – словом, так, как надо. Из его фильмов мой самый любимый – «Белый Бим Черное ухо», у него там пронзительная роль. Ну и, естественно, «Семнадцать мгновений весны». Дедушка всегда радовался, что время идет, а фильм по-прежнему любим миллионами зрителей... Последний раз мы с дедом виделись на юбилейном вечере в честь его восьмидесятилетия. Я пел для него романс «В минуту жизни трудную» Петра Булахова. Он растрогался. Потом мы разговаривали по телефону: он радовался, что я заканчив

Знаю, что ты ко мне не придешь, Но поверь, не о тебе горюю: от другого горя невтерпеж, и о нем с тобою говорю я. Милый, ты передо мной в долгу. Вспомни, что осталось за тобою. Ты мне должен — должен! — я не лгу — Воздух, солнце, небо голубое, Шум лесной, речную тишину, — Все, что до тебя со мною было. Возврати друзей, веселье, силу, И тогда уже — оставь одну. Это стихотворение, написанное в 1943 году, о боли разлуки и утрате себя ради любви. Героиня обращается к ушедшему человеку, но говорит ему не о своей тоске по нему, а о другом горе — о потере всего, что составляло её жизнь до встречи с ним. Главная мысль в том, что любовь иногда забирает у человека больше, чем даёт. Героиня словно ведёт счёт: "ты забрал у меня воздух, солнце, небо, лес, реку, друзей, радость, силы. Верни мне всё это, и тогда уходи, я справлюсь одна". Это требование справедливости. Героиня не унижается, она с достоинством напоминает: "я была цельной до тебя, и имею право остаться собой". Петровых умеет говорить о с

В 1966 году Василий Ливанов окончил Высшие режиссёрские курсы при Госкино СССР и неожиданно для себя окунулся в мир мультипликации. На его счету около полутора десятков мультфильмов. В 1969 году вышел «Бременские музыканты», созданный по сценарию Ливанова и Юрия Энтина, а спустя четыре года — продолжение, «По следам бременских музыкантов», где он выступил и сценаристом, и режиссёром. Артист прославился и как мастер озвучивания. Его неповторимым голосом говорят крокодил Гена, Удав из «38 попугаев», мужчина в самом расцвете сил из цикла о Малыше и Карлсоне, Чёрный Кот из «Котёнка по имени Гав», Громозека в «Тайне третьей планеты». Я попал на студию «Союзмультфильм» в такой удивительный период времени, когда там одновременно работали три поколения выдающихся мультипликаторов. Во-первых, создатели нашей мультипликации, потом люди, которые прошли войну, и мы — молодежь послевоенного времени. Эта совместная работа трех поколений давала невероятный результат. Мы очень много общались между со

В наш трудный, но все-таки праведный век, Отмеченный потом и кровью, Не хлебом единым ты жив, человек, — Ты жив, человек, и любовью. Не злись, что пришла — оттеснила дела, Не злись, что пришла — не спросила, — Скажи ей спасибо за то, что пришла, — Скажи ей за это спасибо!.. Когда удается одерживать верх Тебе над бедою любою, — Не волей единой ты жив, человек, — Ты жив, человек, и любовью. Не хнычь, что была, мол, строптива и зла, Не хнычь, что была, мол, спесива, — Скажи ей спасибо за то, что была, — Скажи ей за это спасибо!.. 1979 г. Это сильное и жизнеутверждающее произведение, посвященное Нине Шацкой — главной женщине в судьбе Филатова, хотя оно и лишено романтики. Их пути пересеклись в 1969 году в театре на Таганке. К тому времени Шацкая была ведущей актрисой и супругой Валерия Золотухина, а Филатов — недавним выпускником Щукинского училища. В начале 1970 года Леонид пригласил её в кафе и стихами признался в любви, однако получил твердый отказ. Вслед за этим актеры долго не общалис

В детстве, если мне не изменяет память, я не играл в театр. Мои скромные попытки прочесть «стихи» на елке или на каком-либо другом торжестве вызывали у меня скованность конечностей, сухость во рту и неожиданные провалы в памяти уже на третьей строке. Кинематографом же я увлекался самозабвенно и умудрялся мальчишкой смотреть одну и ту же картину по три-четыре сеанса подряд… А вот юношеской моей любовью неожиданно стал Театр сатиры и находившийся через дорогу от него Театр оперетты. Я не пропускал ни одной новой постановки в этих театрах, знал фамилии, имена и отчества всех актеров, копировал их манеру говорить, жестикулировать и двигаться. Я распевал арии из оперетт за Сильву и Эдвина, за Марицу и Тассилу одновременно. Я слегка картавил, как Хенкин, говорил нараспев под Ярона, пользовался четким речевым ритмом Кара-Дмитриева, лихо пророкатывал букву «р», как Аникеев… И вот, когда в клубе при нашем жакте был создан драмкружок, кто-то из соседей, утомленных моими «спектаклями», посоветов