Мама в Дзен

Всё упирается в желание, а не в кошелек. Слышали эту мантру? «Сначала квартира, потом машина, потом сбережения, потом — может быть — ребенок». И пока одни десятилетиями готовят «финансовую подушку» для несуществующего младенца, другие спокойно рожают в студенческие годы, в съемной однушке и с зарплатой в 40 тысяч. И растят. И любят. И дети почему-то вырастают счастливыми. Давайте вместе развеем главный миф века: ребенок — это не проект с бюджетом в миллион. Это выбор. И те, кто ноет про дороговизну, просто НЕ ХОТЯТ детей. Им просто нужна красивая отговорка. Давайте начистоту. Базовая потребность ребенка проста: есть, спать, быть в тепле и чистоте, быть любимым. Современная индустрия для мам продает одну идею: «Если ты не купишь эту развивающую игрушку/курс раннего развития/органическое пюре — ты плохая мать». И женщины ведутся. Истории, которые разбивают в пух и прах все отговорки: Вывод прост: Когда человек говорит «мы не можем себе позволить ребенка», он почти всегда имеет в ви

Если уличные акции — это фронт гендерной войны, то её идеологический штаб находится в текстах. За лозунгами «Смерть насильникам» и атаками на памятники стоит стройная, хотя и жестокая в своей последовательности, система мысли. Это не спонтанный гнев, а политическая теория, доведённая до логического предела. Русский радикальный феминизм — причудливый гибрид западных теорий и местной социальной реальности. Его фундамент — радикально-феминистский анализ 1970-х, который переосмыслил марксистскую концепцию классов. Если для марксистов история — борьба экономических классов, то для радикальных феминисток — борьба полов. Мужчины (патриархат) — угнетающий класс, женщины — угнетённый. Отсюда рождается ключевой тезис: «Все мужчины получают выгоду от патриархата, даже „хорошие“». Как буржуа, по Марксу, эксплуатируют пролетариат в силу своего положения, а не личных качеств, так и мужчины угнетают женщин системно. Личные исключения не отменяют системы. Поэтому лозунг «Все мужчины — потенциальные

Брачный контракт, алименты, раздел имущества. Для мужского движения — это не страшилки, а калькуляция рисков. Их главный тезис звучит шокирующе: «Современная женщина — самая рискованная инвестиция в жизни мужчины». Давайте разберемся, откуда эта холодная бухгалтерия в самом личном и почему она набирает такие обороты. Для адептов мужского движения (МД) отношения — это не судьба, а договор. С высокими рисками и сомнительной доходностью. Романтику они заменяют языком трейдеров: Их вывод: на современном «рынке» риски многократно перевешивают потенциальную прибыль. Здесь движение раскалывается на два лагеря: Это главный контраргумент. Критики движения считают, что такой подход превращает живого человека в товар, а семью — в биржу. Любовь, поддержка, партнерство, совместные победы — это то, что нельзя посчитать на калькуляторе. И для многих это перевешивает любые риски. Финал: Феномен мужского движения — это не столько ненависть к женщинам, сколько паническая реакция на изменение прав

Забудьте о мирных пикетах с цветочками. Публичное лицо радикального феминизма в России — это часто прямая конфронтация. Их акции — не просьбы, а заявления силы, спланированные провокации, цель которых — не диалог, а демонстрация разрыва с существующим порядком. Их плакаты не оставляют места для компромисса: «Патриархат убьёт тебя», «Смерть насильникам», «Все мужчины — потенциальные убийцы». Это не призыв к дискуссии. Это — объявление системы и её бенефициаров (мужчин как класса) врагами. Такой язык сознательно отвергает умеренность, он призван шокировать, раскалывать общество и мобилизовать сторонниц. Естественно, такой подход не остаётся без ответа. Против радикальных феминисток формируется мощное контр-движение: Уличное противостояние создаёт порочный круг ненависти: радикальный феминизм → агрессивный ответ мужских движений → ужесточение позиций феминисток → рост насилия. Диалог в таких условиях невозможен в принципе. Но для самих радикальных феминисток, возможно, это и не цел

В современном медиапространстве, где эпатаж часто становится валютой внимания, фигура блогера-«философа» Поднебесного стоит особняком. Его высказывания регулярно пересекали грань между провокацией и откровенной пропагандой ненависти. Особую опасность представляет не столько абсурдность его тезисов, сколько их внутренняя, чудовищная логика, направленная на пересмотр базовых принципов гуманизма, прав человека и, в особенности, места женщины в обществе. Анализ его риторики — это не спор с маргиналом, а вскрытие опасного мировоззрения, которое пытается легитимизировать насилие и дискриминацию под видом «неудобной правды». Наиболее скандальные высказывания Поднебесного касаются положения женщин в обществе. Его предложение перенести статью об изнасиловании из Уголовного кодекса в Административный, аргументируя это необходимостью "приучать девочек с детства к покорности перед мужчинами", звучит как отголосок самых мрачных патриархальных времен. Это не просто призыв к снижению ответственности

Рассмотрим как контент для феминисток и "настоящих мужиков" убеждает миллионы, что дети — это провальный инвестиционный проект. Вы не раз слышали, что Россия в «демографической яме». Виноваты экономика, политика, медицина. Но есть и тихие, неофициальные «советники», которые лично для миллионов молодых людей и девушек ставят жирный крест на родительстве. Они не выходят на митинги, они живут в ленте соцсетей, в чатах и в головах. Давайте проследим цепочку: как мем, пост или нативная реклама определённого мировоззрения превращается в решение «детей не будет». Как идея доходит до девушки: Не через манифесты, а через личные истории. Блогерша срывает покровы: «Как я едва не умерла в роддоме из-за хамства врачей». Другая честно пишет про «день сурка» с младенцем, про потерю себя и карьеры. Третья показывает графики: «Потеря доходов женщины после рождения ребёнка — 30% за всю жизнь». Как это перерастает в решение: В голове складывается не теория, а личный risk-анализ. Итог: Девушка не стано

За последние годы слово «инцел» перекочевало из узких интернет-сообществ в достаточно массовую культуру. Часто за ним стоит не просто одиночество, а целая система взглядов. Один из её краеугольных камней — идеализация девственности партнёрши. Почему для них это не просто предпочтение, а навязчивая идея? Давайте разбираться без эмоций, но с пониманием корней явления. Важно сразу отделить личные предпочтения от идеологии. Желание разделить первый сексуальный опыт с неопытным партнёром может быть естественным для некоторых людей. Но в мировоззрении инцелов это превращается в догму и единственно возможный сценарий. Причины кроются не в физиологии, а в психологии и специфической картине мира, которую формируют закрытые онлайн-сообщества. В нарративе инцелов прошлое партнёрши — это угроза. Каждый предыдущий мужчина воспринимается не как часть жизненного опыта женщины, а как соперник, чьё «превосходство» будет вечно довлеть над отношениями. Девственница в этой системе — «чистый лист», на к

Феминизм — движение за равноправие полов, которое стремится устранить традиционные гендерные роли и предрассудки. Однако, даже среди сторонников равенства существует много шуточных традиций и обычаев, которые отражают культурные особенности и юмор нашего общества. Дарение носков мужчине часто воспринимается как символ заботы и внимания. Это практичный подарок, который демонстрирует внимание к повседневным нуждам партнера. Например, многие мужчины действительно нуждаются в качественных носках, особенно зимой или в период активного отдыха. Феминистки, будучи приверженцами идеи равенства, видят в таком подарке не акт подчиненности, а проявление любви и заботы. Примеры: Анна: "Я купила своему парню классные шерстяные носки на зиму. Мы оба любим активный отдых, и я знаю, что ему важно чувствовать комфорт." Ольга: "Мужчины часто забывают о мелочах, таких как качественные носки. Поэтому я решила сделать сюрприз и подарить ему пару отличных носков ручной вязки." Получив шампунь в качестве п

14 февраля — не праздник, а ежегодная социальная инспекция. Суд, где каждая сторона выступает и истцом, и ответчиком, сверяя действия партнёра с жёсткими пунктами устаревшего гендерного контракта. Женщины ждут «доказательств инвестиций» в виде цветов и гаджетов, мужчины — «выплаты по долгу» в виде сексуальной доступности. Феминизм давно деконструировал «принцессу, ждущую подарков». Маскулизм кричит о мужчине-«добытчике-функции». Но почему в день любви мы так яростно отыгрываем эти угнетающие роли? Вскрываем механизмы системы, где проигрывают все. С классической феминистской точки зрения, женское ожидание грандиозных подарков — не признак алчности, а симптом патриархальной травмы. Для современных мужских движений, критикующих токсичную маскулинность, ситуация выглядит как ловушка с одним циничным выходом. Пока 14 февраля остаётся полем для отчёта по гендерным нормативам, о любви говорить не приходится. Любовь начинается там, где заканчивается контракт. Там, где два субъекта дого