Мысли о России

Миф о «гениальном вожде» до сих пор жив. Сталинисты рисуют его чуть ли не полубогом: якобы он вытащил страну из отсталости, модернизировал её и выиграл войну. Реальность же куда страшнее и прозаичнее: для русского народа Сталин прежде всего палач, чьи решения стоили миллионов жизней, разрушили традиционный уклад и в долгосрочной перспективе подорвали саму основу исторической России, ускорив её распад. Разговоры о «гениальном масштабе» Сталина не выдерживают проверки. Великие лидеры — Цезарь, Александр Македонский, Наполеон — обладали харизмой, авантюрным духом, умением вести за собой толпы. У Сталина этого не было и в помине. Семинарское образование, никакой серьёзной подготовки к управлению огромной страной. Он не был оратором — выступал редко, сухо, без огонька. В значительной мере «ехал» на ленинском наследии и авторитете партии. Личной смелости, стратегических озарений, оригинальных идей — почти ноль. Он оставался серым партийным функционером второго ряда, чей образ раздула позд

Долгое время я воспринимал военные расходы как бессмысленное закапывание ресурсов. Казалось, что армии и вооружения — это издержки, которые лучше было бы направить на образование, медицину и науку. Однако история показывает более сложную картину. Парадоксально, но в ряде случаев именно внешняя угроза и военная конкуренция становились толчком к модернизации. Экономический историк Уолтер Шайдель в книге "Бегство из Рима" утверждает, что распад Римской империи создал уникальную среду конкуренции. Поздняя империя была замкнута на себе и во многом опиралась на рабский труд, что снижало стимулы к механизации. После её распада европейские королевства начали активно внедрять водяные мельницы, совершенствовать плуг и парус. Согласно Книге Страшного суда, составленной при Вильгельме Завоевателе, только в Англии XI века насчитывались почти шесть тысяч водяных мельниц — кратно больше, чем в позднеримский период. Политическая фрагментация породила конкуренцию, а конкуренция — инновации. Россия такж

В 1991 году Владимир Путин, работая в команде Анатолия Собчака, дал одно из своих самых ранних интервью (снято Игорем Шадханом для документального фильма о мэрии Санкт-Петербурга). В этом интервью он очень резко и негативно высказывался о коммунистической идеологии и её последствиях. Вот основные тезисы и прямые цитаты, которые чаще всего приводят из того разговора: «Был период времени, когда я с интересом относился к учению марксизма-ленинизма. Много читал и с интересом читал, находил это чтиво интересным, логичным часто. Но действительно, как все мы. Но по мере взросления, возмужания для меня всё более и более очевидной истиной становится, что это всё красивая и вредная сказка. Вредная потому, что осуществление, попытка её проведения в жизнь в нашей стране, нанесла последней огромный ущерб…» Он обвинял большевиков и Ленина в том, что они заложили «мину замедленного действия» под здание унитарного государства Россия, создав национальные республики с правительствами и парламентами: «

Коммунизм в России быстро прошёл путь от революционного маразма — отрицания государственных границ, законов и всякой иерархии — до одной из жесточайших диктатур в истории человечества. Начало распаду Российской империи положила Февральская революция, в ходе которой депутаты Государственной думы, используя протесты толпы и бунт Петроградского гарнизона, вынудили Государя отречься от престола. После этого страна погрузилась в хаос под крики либеральной интеллигенции о «свободе» и «демократии». Большевики также поначалу «играли в демократию»: они захватили власть, арестовав Временное правительство и обвиняя его в затягивании выборов в Учредительное собрание. Однако проиграв эти выборы, они просто разогнали Учредительное собрание. Изначально большевики опирались на советы, в которых у них не было большинства: эсеры и меньшевики после Октябрьского переворота покинули съезд советов, и большевикам пришлось заключить союз с левыми эсерами, который продержался до лета 1918 года. К тому времени

Много лет историки спорят о причинах распада Советского Союза. Основные версии сводятся к двум концептам: движение снизу — народные протесты, или движение сверху — реформы, инициированные руководством. После внимательного анализа становится ясно: инициатива была сверху. Да, люди вроде Валерии Новодворской выходили на площади, протестовали, требовали изменений. Но именно Горбачев дал возможность активистам выходить на улицу. Народные протесты не были решающим фактором: да, миллион человек в 1990 году выступали против Компартии, но одновременно около миллиона москвичей участвовали в митингах за сохранение СССР. Почему же СССР не смог удержаться и пойти по пути Китая? Китай в 1989 году жестко подавил протест на площади Тяньаньмэнь, сохранил централизованную власть и добился колоссальных экономических успехов. СССР же выбрал путь демократии — Горбачев позволил республикам проводить выборы, не препятствовал избранию Бориса Ельцина и доверился демократическим институтам. И эта игра в демо

За последние два года потребление алкоголя в России снизилось на 10%. По данным ВОЗ, Россия сегодня занимает 29-е место в мире по потреблению алкоголя. Для сравнения: в 2010 году она находилась на 4-м месте. При этом около 35% всего потребления приходится на водку. В прошлом году её розничные продажи сократились на 3,6%. Если в 2008 году потребление алкоголя составляло 15,7 литра на душу населения в год, то в 2021 году - 9 литров. И на этом фоне особенно показательно вспомнить, что в так называемые «высокоморальные» брежневские времена СССР отличался самым высоким в мире потреблением спиртного на душу населения, причём статистика фиксировала крайне быстрый рост. Для наглядности: При этом в РСФСР уровень потребления был ещё выше, чем в среднем по Союзу. По данным Госкомстата СССР, потребление только легального алкоголя в РСФСР в 1984 году составляло 10,5 литра на человека в год. По рассекреченным в 1988 году оценкам того же Госкомстата, потребление самогона из сахара добавляло ещё 3,3

В лагерях Солженицын много общался с украинскими националистами. В книге «Архипелаг ГУЛАГ» он предлагал признать ошибки прошлого и даже отпустить Украину в «свободное плавание». В этом контексте показателен его известный пассаж: «"Почему нас так раздражает украинский национализм, желание наших братьев говорить, и детей воспитывать, и вывески писать на своей мове? Даже Михаил Булгаков (в «Белой гвардии») поддался здесь неверному чувству. Раз уж мы не слились до конца, раз уж мы разные в чём-то (довольно того, что это ощущают они, меньшие), – очень горько! Но раз уж это так, раз упущено время, и больше всего упущено в 30-е и 40-е годы, обострено-то больше всего не при царе, а при коммунистах! – почему нас так раздражает их желание отделиться? Нам жалко одесских пляжей? черкасских фруктов? Мне больно писать об этом: украинское и русское соединяются у меня и в крови, и в сердце, и в мыслях. Но большой опыт дружественного общения с украинцами в лагерях открыл мне, как у них наболело. Нашем