Психолог-психоаналитик Валерий Пиянзов

Фильм «Психоаналитик», где главную роль сыграл Кевин Спейси, можно рассматривать не только как драму о профессиональном выгорании психоаналитика, но и как наглядный клинический материал для осмысления с позиций теории объектных отношений — прежде всего в русле идей Мелани Кляйн и Уилфреда Биона. Ниже я попытаюсь отразить свои размышления в свободном стиле в попытке «прочитать» фильм как клинический текст. Когда я впервые посмотрел фильм «Психоаналитик», меня поразило не столько разрушение профессиональной идентичности героя, сколько ощущение тотальной утраты внутреннего пространства, в котором могли бы перерабатываться переживания. В терминах Биона можно сказать, что у героя — Генри Картера — нарушена альфа-функция: сырой эмоциональный материал не превращается в мысли, а остается невыносимыми β-элементами, от которых он пытается избавиться через наркотики и эмоциональное отстранение. Смерть жены становится для Генри не просто травматическим событием, а катастрофой в кляйнианском смысле

Самооценка — это не врождённая характеристика. Она формируется годами: через опыт отношений, родительские сообщения, успехи и ошибки, сравнение себя с другими. И если человек регулярно ощущает себя «хуже», «неуместным» или «недостаточным», это не означает, что он таким является — чаще это следствие внутренних механизмов, которые можно понять и изменить. В этой статье я расскажу, почему возникает заниженная самооценка, как она поддерживается и что можно сделать, чтобы начать строить более дружелюбное отношение к себе. Почему мы чувствуем себя хуже других Если в детстве ребёнку часто передавали идею, что он «должен быть лучше», что «мог бы и постараться», или сравнивали с другими детьми, внутри формируется ощущение: «я недостаточно хорош». Даже если взрослый уже успешен, это внутреннее чувство может жить своей жизнью. Социальные сети усиливают эффект: мы видим не реальность, а лучшие моменты жизни других. Но мозг реагирует так, будто сравнивает «их достижения» с нашей реальностью. Итог

Давайте честно: подготовка психоаналитика — это не несколько курсов по выходным. Это основательная и многоуровневая работа над собой. Все слышали про необходимость личной терапии, супервизий и теории. И это абсолютная правда — без этого стать аналитиком невозможно. Но сегодня я хочу сделать акцент на другом, часто недооцененном пункте: на фундаменте. Этим фундаментом является высшее образование. Да-да, то самое, с дипломом. Без него вас просто не допустят к серьезным программам обучения. Какому именно? Минимум — бакалавриат. А вот специальность может быть удивительной! Конечно, классикой считаются психология и медицина. Но многие успешные аналитики пришли из педагогики, философии, социологии. Посмотрите на историю! Сам Фрейд был врачом-неврологом, а Винникотт — детским доктором. Их медицинский бэкграунд не был помехой — он стал уникальным преимуществом, позволившим взглянуть на психику с особого ракурса. Так что если вы думаете о карьере психоаналитика, но ваш диплом «не совсем подход

С точки зрения психоанализа самооценка — это не просто набор убеждений о себе. Это внутренняя структура, которая складывается из взаимодействия ребёнка с первичными объектами — значимыми взрослыми, к которым он был привязан. Теория объектных отношений рассматривает самооценку как отражение того, какие «внутренние объекты» сформировались внутри психики в процессе развития. Ребёнок не просто получает опыт — он интроецирует (встраивает внутрь) образы родителей: их стиль общения, эмоции, способы реакции. Если родители были непоследовательными, критичными, непредсказуемыми или эмоционально недоступными, внутри формируется объект, который воспринимается как холодный, оценивающий или отвергающий. Со временем эти внутренние объекты становятся основой того, как человек относится к себе. Взрослый может жить с ощущением, что рядом постоянно присутствует фигура, которая «смотрит» на него с недовольством, требовательностью или разочарованием. Самооценка формируется в том числе через зеркалирование

Коллеги, клиенты, читатели – здравствуйте. Ко мне иногда приходят с одним очень человечным и важным вопросом, который многие стесняются задать вслух: «А правда, что я должен рассказывать вам абсолютно всё?» Представьте ситуацию: вы впервые встречаетесь с человеком и открываете ему все свои самые сокровенные тайны, страхи и стыдные мысли. Звучит пугающе и неестественно, не так ли? Так вот, психоаналитический кабинет — не исповедальня, где действует суровое правило «все или ничего». Да, в психоанализе есть метод свободных ассоциаций — говорить всё, что приходит в голову. Но это идеал, к которому мы движемся, а не стартовая точка. Доверие — это не предпосылка терапии, а ее результат. С точки зрения теории объектных отношений, ваше нежелание «раскрывать все карты» — это не сопротивление, а проявление здоровой осторожности. Ваша психика защищает свои границы. Внутри каждого из нас живет «внутренний ребенок», который знает: доверять можно только проверенным людям. И если в прошлом ваше дове

Вы когда-нибудь ловили себя на мысли: «Мне просто повезло», «Скоро все поймут, что я тут делаю?», «Это не я — это случайность/усилие/обаяние»? Знакомьтесь: это голос Синдрома Самозванца — не диагноз из учебника, а живой, навязчивый спутник многих талантливых людей. Хотя термин пришел из психологии 1980-х (спасибо Паулине Роуз Кланс), психоанализ дает уникальный ключ к его внутреннему миру. Сомнения — здоровая часть жизни. Но Синдром Самозванца — это интенсивный спектакль самообмана: Клиническая виньетка №1: Анна, блестящий топ-менеджер, получила крупное повышение. Вместо радости — паника: «Это ошибка! Они не видели мой провальный отчет (который на самом деле был не идеаленым, но вполне хорошим). Я всех обманула своим «деловым видом». Когда они поймут правду, мне будет стыдно увольняться». 1. «Ложное Я»: Тень вместо Сущности (Виннкотт): Представьте младенца, чьи истинные потребности (в покое, игре, спонтанности) систематически подменялись ожиданиями родителей («Будь тихим!», «Достигай!

Коллеги, клиенты, просто читатели — всем привет. Сегодня хочу поговорить об одном парадоксе. Ко мне в кабинет (да и к любому психологу) люди приходят с болью. Но чтобы до этой боли добраться и исцелить ее, нужно… встретиться с психологом. А вот это «встретиться» — для психики многих сродни подвигу. И за этим избеганием стоит не просто лень или занятость. С точки зрения теории объектных отношений, там разворачивается целая драма. Представьте, что внутри каждого из нас живет «внутренний ребенок», который сформировал свои представления о близости и отношениях, основанных на раннем опыте. Если этот опыт был травматичным — родители были холодны, непоследовательны, отвергали — ребенок делает простой и, по сути, спасительный для того момента вывод: «Доверять — опасно. Быть нужным — стыдно. Проявлять слабость — значит быть отвергнутым». И что же происходит, когда взрослый, успешный человек решает записаться к психологу? Его «внутренний ребенок» поднимает тревогу! Он не видит перед собой эксп

«Человек всегда одинок» — звучит как начало грустного романа, правда? Но в этой фразе есть доля правды, и не только философской, но и психологической. Давайте честно: даже если вокруг вас любящие друзья, семья, партнёр — в каких-то моментах вы всё равно остаётесь наедине с собой. Потому что никто, буквально никто, не может почувствовать точно то же, что чувствуете вы. Ваши эмоции, страхи, сомнения, радости — они только ваши. И сколько бы вы ни пытались объяснить их другому человеку, он всё равно поймёт их через призму своего опыта. — «Мне так грустно…» — «Да ладно, всё будет хорошо!» (хотя вам нужны были не слова поддержки, а просто — чтобы вас услышали). — «Я боюсь, что у меня ничего не получится…» — «Да брось, просто возьми себя в руки!» (а вам хотелось разобраться почему этот страх вообще появился). Знакомо? Почему нас не понимают даже близкие? Не потому, что они плохие или равнодушные. Просто их внутренний мир устроен иначе. Они слышат ваши слова, но пропускают их через свои филь

Коллеги, клиенты, читатели — всем здравствуйте. Сегодня хочу поговорить об одном удивительном парадоксе, который регулярно возникает в кабинете психолога. Ко мне приходят люди, которые переживают кризис, испытывают боль... но при этом их психика всеми силами сопротивляется простому действию — попросить о помощи. Со стороны это выглядит странно: человек платит за консультацию, приходит на встречу, но внутри него разворачивается настоящая драма. «Я должен справляться сам», «Неудобно отнимать время», «Буду чувствовать себя должником» — знакомо? С точки зрения теории объектных отношений, корень этой проблемы уходит глубоко в детство. Если в ранних отношениях с родителями ребенок не находил надежной опоры (его не слышали, помогали через силу, или помощь была непоследовательной), то во взрослом возрасте просьба о помощи начинает восприниматься как опасность. Какая опасность? Очень конкретная: Опасность повторного переживания отвержения. «Если я попрошу, мне откажут, как отказывали когда-то