Народы России: культура и литература

Один из ведущих бурятских детских писателей современного периода Михаил Батоин внёс большой вклад в развитие национальной детской драматургии. В конце 1980-х годов, когда он пришёл в эту область творчества, детская драматургия в Бурятии только начала развиваться благодаря обращению к традиционным этническим мотивам [4, с. 14]. Большая часть пьес драматурга была написана в период 1990–2000-х гг., который отмечен тенденциями возрождения традиционной бурятской культуры и конструирования новой идентичности бурят в контексте монгольского мира и буддийской цивилизации [1, с. 53]. Национальное искусство постсоветского времени занято поисками старых и созданием новых образов, мотивов, приёмов и форм, через которые возможно выражение самобытного бурятского менталитета. Детская литература в этом процессе играет особую роль, так как помимо эстетической она выполняет и дидактическую функцию, функцию трансляции национального образа мира последующим поколениям. В ситуации распада художественного соз

Бурятское национальное движение начала ХХ века – важная часть политической и культурной истории бурятского народа. Именно с деятельностью бурятской интеллигенции того времени связано формирование бурятской нации как политически организованной общности. В качестве одной из сторон их идеологической деятельности может быть рассмотрено литературное творчество представителей бурятской интеллигенции, идейно-тематическая специфика которого определялась политическими взглядами и задачами авторов, что уже было показано в работах ряда исследователей: А. Б. Соктоева [1976: 183–450], П. К. Варнавского [2003: 114–115], М. В. Амгалановой [2017: 155–178]. В данной статье мы хотели бы остановиться на проблеме политически мотивированного использования образов прошлого в творчестве деятелей бурятского национального движения. Теоретико-методологической основой исследования являются современные концепции, связывающие формирование нации с механизмами исторической памяти. Это в первую очередь теория Б. Анде

В современной бурятской культуре историческая память о Чингисхане и Монгольской империи стала одним из ключевых элементов конструирования национальной идентичности в контексте постсоветских трансформаций [1; 2; 3, с. 104–125]. Это ярко проявилось в литературе, где за последние 30 лет создано – и продолжает создаваться – множество произведений о Чингисхане и его эпохе. Одной из примечательных особенностей современных бурятских произведений об эпохе Чингисхана стало стремление к «локализации» исторической памяти, желание связать биографию великого хана и историю его деяний с бурятским народом и территорией его проживания. В данной работе мы рассмотрим, как воплощается «локальный взгляд» на эпоху Чингисхана в творчестве современных бурятских авторов, тех или иным образом затронувших эту тему в своих сочинениях. Наиболее очевидный способ создания локальной перспективы в произведениях о Чингисхане – выделение тех событий его биографии, которые действительно происходили на территории совреме

Фольклор о более поздних событиях уже не играл такой важной роли в формировании самосознания бурятского народа. Эти тексты отражают многообразные факты из истории, которые по тем или иным причинам остались в народной памяти. Тайшами называли глав степных дум – органов бурятского самоуправления. Именно тайши занимали самый высокий статус среди бурят. Поэтому неудивительно, что подробности их жизни привлекали внимание людей. В народе рассказывали предания и пели песни о многих тайшах, сохраняя тем самым память об особенностях их характеров и биографии. Одна из самых популярных таких историй – предание о хоринском тайше Дамбе-Дугаре Иринчееве и его жене Шойжид-хатан, известной своим сильным характером. Однажды российские власти потребовали, чтобы тайша выделил часть бурятских земель для русских переселенцев. Изначально они должны были занять земли Тугнуйской долины. Но это были родные края его жены. Шойжид добилась того, чтобы эти земли остались за бурятами. После смерти мужа Шойжид факти

XVIII век – знаковый рубеж в истории бурятского народа. В это время устанавливается российско-монгольская граница, и по российскую сторону от неё складываются этнические группы, которые образуют бурятский этнос. События, предшествовавшие этому, нашли отражение в бурятском фольклоре. В нём в образно-символической форме сохранилась история предков бурят и других монгольских народов от распада Монгольской империи до сложения нового политического порядка. После распада Монгольской империи начинается политическое переустройство Монгольского мира. Отдельные этнические группы обретают самостоятельность, нередко они конфликтуют друг с другом. К междоусобной борьбе добавляется внешняя угроза: зарождающаяся империя маньчжурских правителей стремится подчинить себе монгольские улусы. Некоторые ханы заключают союз с маньчжурами, в то время как другие упорно противостоят новой империи. Все эти драматические события отразились в фольклоре монгольских народов, в том числе и бурят. В первую очередь фол

Наиболее древний пласт бурятского исторического фольклора связан с образом Чингисхана. Этот правитель занимает особое место в исторической памяти всех монгольских народов, поскольку именно он в XIIIвеке объединил монгольские племена в единое могущественное государство и тем самым заложил основы общемонгольской идентичности. Несмотря на распад Монгольской империи и последующее обособление разных монгольских народов, образ Чингисхана остаётся для них объединяющим символом, связанным с «золотым веком» монгольской истории. Большинство повествований о Чингисхане характеризуются ярко выраженной мифологизацией образа великого хана. Порою предания о Чингисхане настолько далеки от реальных обстоятельств его происхождения и жизни, что скорее напоминают сюжеты мифов о божествах или сказки. Чингисхан в них выступает не столько историческим, сколько мифологическим персонажем – божеством, мессией, первопредком и культурным героем. В преданиях о Чингисхане часто встречаются детали, указывающие на нео

Сегодня нам хорошо известно, что в бурятском фольклоре, как и в фольклоре других монгольских народов, заметное место принадлежало текстам о Чингисхане – одному из главных героев народной памяти. При этом научные работы, посвящённые бурятским преданиям и песням о Чингисхане, появились только в последние годы [1; 2; 3]. Причина тому – советская политика в отношении образа Чингисхана, имя которого долгое время было не принято упоминать в положительном контексте. Тем не менее – как это ни парадоксально – современные фольклористы изучают бурятский фольклор о Чингисхане в значительной мере по текстам, записанным в советский период. Следовательно, отсутствие упоминаний Чингисхана в опубликованных работах бурятских учёных советского периода не означает, что они не интересовались этой темой – но им, конечно же, пришлось столкнуться с определёнными ограничениями, наложенными властью. И в данной статье мы, обращаясь к полевым материалам бурятских фольклористов ХХ века, рассмотрим, как советская п

Одна из примечательных особенностей бурятского театра и драматургии – это включение в действие обрядовых элементов, заимствованных из народной культуры. В данной статье мы рассмотрим, какое место обряд занимает в структуре бурятской драмы. Бурятская драматургия возникает относительно поздно – только в начале ХХ века. Её становление обусловлено в первую очередь влиянием русской литературы, на традиции которой ориентировались первые бурятские драматурги. Но, поскольку первые бурятские пьесы были обращены к изображению повседневной жизни бурятского народа, в них сразу же стали проникать элементы народной культуры, придававшие сценическому действию национальное своеобразие. Так, в самой ранней из известных бурятских пьес «Смерть» («Yхэл»), написанной Даниилом Абашеевым в 1908 году, мы уже встречаем изображение шаманских обрядов. По сюжету, у одной бурятской семьи заболел сын, и они приглашают к себе шамана и шаманку, надеясь, что те помогут исцелить ребёнка. Шаманы сначала устраивают обряд

Постсоветский период развития бурятской культуры ознаменован процессом, получившим в науке название «национально-культурного возрождения» [1] или «реэтнизации» [2]. Его суть – в ревитализации практик и ценностей традиционной культуры, возвращении в культурное пространство ранее вытесненного наследия, укреплении национального самосознания. Важной частью национального возрождения стало развитие этнокультурного воспитания. В современных условиях этнокультурное воспитание означает в первую очередь формирование у детей осознания принадлежности к своему народу, знакомство их с его историей и культурой, привитие традиционных ценностей и норм поведения. Для всего этого активно используются современные средства педагогического воздействия, среди которых заметную роль сыграли детские журналы. Первый детский журнал в Бурятии «Ласточка» («Хараасгай») начал издаваться в 1986 году. Изначально он был основан как издание обкома ВЛКСМ, что отражалось и в содержании журнала. Главное место в нём занимали