Ночная собеседница

Макар влюбился. Причем влюбился с первого взгляда! Не испытывал он таких чувств ни с Людочкой из соседнего цеха, ни с Ларкой, соседкой по подъезду, ни даже С Маранной Васильевной, их строгой бухгалтершей. А с ними со всеми он, как бы это сказать, общался тесно. У одинокой Лары ночевал два три раза в неделю, Но ранним утром их будил ее неугомонный сынок, который с криками «Мам, открой» ломился в дверь спальни. А на эту дверь Макар прикрутил задвижку. На глаза сынку ему запрещено было показываться. Поэтому, пока заботливая мамаша умывала ребенка, Макар тихонько исчезал из квартиры. Людмилу провожал домой после смены, иногда в ресторанчик заманивал с зарплаты в надежде на продолжение вечера, которого так ни разу и не последовало. Ну а Марианночка сама предложила «пожить вместе» в ее уютном гнездышке на проспекте Ветеранов. Это было на праздновании 8 марта. Но Макар мужественно отказался от проспекта. Предполагаемая «невеста» была почти на десять лет старше и раза в два крупнее его, Макара

Молодая женщина прислонилась к шершавому стволу дерева в своем саду. Воздух был наполнен ароматом листьев, травы и осенних цветов, смягченный сладким запахом созревших яблок. Она наблюдала, как опавший лист скользил вниз, кружась в янтарных лучах утреннего света. Он не просто падал, он возвращался к истоку, даря свою красоту земле. Он отжил свое, а теперь отдаст последние соки земле, которая его породила. И в этот момент, как только лист коснулся травы, внезапное трепетание внутри женщины прервало ее мысли о вечном. Она положила ладонь на место удара, чувствуя остаточную вибрацию сквозь трикотажное платье, и наконец поняла, что срок настал, тот долгожданный и многообещающий. Скоро, совсем скоро ее малыш появится на свет. Она увидела мужа, бежавшего к ней через сад, за ним свою маму. Затем была поездка в роддом. – Потерпи, Наденька, потерпи, родная, - слышала она голос мамы, пока ее муж сосредоточенно смотрел на дорогу, ведя машину. Она терпела, знала, что чудеса не даются просто так. И

Света перезвонила с новостями примерно через неделю. Предложила встретиться для разговора. А при встрече тут же спросила: – А что это он тебя так заинтересовал, Любочка. Уж не влюбилась ли? Люба не знала, куда глаза деть. Она посмотрела на сестру внимательно и рассказала все как на духу. Главное, про свой сон, а когда сказала, что во сне он ее Катей называл, у Светы округлились глаза. – Постой-постой, Катя, то есть Екатерина… А его тогда как звали в твоем сне? – Не знаю даже, не называла я его никак. И деток имен не знаю. Только её. – Ну, дорогая, сон-то у тебя вещий какой-то! - сказала Света и испуганно взглянула не сестру. – Даже не знаю, как тебе сказать. Он вдовец, этот Фадей. Два года назад жена погибла. Как, не знаю, но вот ее звали именно Екатерина! Хочешь верь мне, хочешь нет. – Так это что же получается, я во сне как бы ее место заняла? – изумилась Люба, и ей почему-то стало и страшно, и жалко этого мужчину, но особенного Алёшку, прилежного и умненького паренька. – А дочь у не

Любовь проснулась в свой юбилей и глубоко вздохнула. Вот оно - тридцать лет. Женщина старалась не волноваться, но заранее знала, что сегодня ей снова придется противостоять эмоциональному шантажу матери и её зачитыванию сценария о внуках. Она уже заранее чувствовала себя в ловушке манипуляций и сравнений со своими сёстрами. Вот они, примеры для подражания: Света и Таня, у которых семьи, мужья, дети. А она, Люба, дотянула до последнего, а теперь… прощай, молодость. «Я должна с этим смириться», — сказала себе Любовь, — «Маму уже не исправить, а портить себе настроение окончательно не хочется». В этот раз она собиралась позавтракать с мамой в кафе вдвоём, так как обе её сестры были неизбежно заняты своими работами, собраниями, заседаниями. Люба представляла, как они обе машут крылышками, используя любой предлог, чтобы ускользнуть от этого завтрака. Вечером все равно придут к сестре с подарками «на чаёк с тортом» и поздравят. Любовь проверила свой внешний вид, прежде чем отправиться на вс

Максим откинул голову на подушку. День закончился прекрасно, они с Соней совсем недавно вернулись из ночного клуба и, взбудораженные легкой выпивкой и танцами, буквально повалились в кровать, уставшие и счастливые. Наконец-то они живут отдельно, точнее, он живет отдельно от родителей со своей любимой девушкой, которую они не восприняли от слова совсем. Особенно мама. Ее слова «не о такой невестке я мечтала» и «еще не известно, какая у нее наследственность, у детдомовки» шокировали и оскорбляли Максима до глубины души. Отец оказался чуть более лояльным и месяц назад снял им квартиру, чтобы обезопасить семью от постоянных скандалов. – Но учти, сын. Ты теперь несешь полную ответственность за эту девушку. Моральную и материальную. Квартиру я буду оплачивать, остальное на тебе. И с матерью помирись, она не заслуживает твоего отношения к ней, как к врагу народа. Понял? Все это прокрутилось в мозгу Максима, пока Соня убежала в ванную, а веки смежил приближающийся на мягких кошачьих лапах сон.

Говорят, что нет худа без добра. Только вот что считать худом, а что добром – это большой вопрос. Алла часто задумывалась над этим вопросом, но порой не находила ответа. Только один раз, пожалуй, нашла, а потом долго себя за это корила. Это был тот случай, когда умер ее отчим. Он долгие годы изводил маму своим несносным характером и не любил ее, Аллу, свою падчерицу, которую воспитывал с пяти лет. В доме всегда было напряженно, как в доме Кабанихи в «Грозе»: «Голубчики, не рассердите!» И все же он дал ей окончить школу и оплатил ее образование в университете. За это она была ему благодарна. Но когда он все же отошел в мир иной, мама, проплакав месяца три, наконец вздохнула спокойно. Тогда Алле и пришла на ум эта поговорка: нет худа без добра. Сейчас она работает в бухгалтерии неплохой компании, которая устойчиво держится на плаву, благодаря их руководству. Вернее, держалась. Так как босс, сильный и властный мужчина, но с пошатнувшимся здоровьем, ушел на пенсию. А на его место именно се

Вечер в семье прошел как обычно, сын на удивление был дома. Но Валентина заметила, что Марк пристально наблюдает за ней, а она будто прячет глаза от мужа. На ее счастье Марк был уже в кровати, когда она получила сообщение от Рината: «Скоро увидимся. До завтра». Сердце ее сжалось, и она удалила и это сообщение, и его контакт. На следующий день после завтрака ее мужчины испарились из дома. Марк на работу, а Игорь, судя по одежде и мужскому одеколону, на свидание. Валентина успела приготовить обед, во время которого решала для себя трудную задачу: идти на эту выставку или нет. А точнее, встречаться с Ринатом или не делать глупостей. Конечно, можно уговорить себя, что это просто очередная дружеская встреча, не более того. Но кого она обманывает? И тут прозвенел звонок с незнакомого номера: – Вы Валентина? Уж извините, никак до Марка не могу дозвониться, - вещал женский голос. – Не позовете его? Срочно нужно, а он не отвечает. – Не позову. Он на работе. А кто это? – спросила в свою очередь

Валентина медленно нагревала масло на своей чугунной сковороде и подумала, что этой кухонной утвари почти столько же лет, сколько и их браку с Марком. Но она привыкла к ней, тщательно чистила после использования и не хотела менять на новомодные тефлоновые. К чему зря тратить деньги, которых у них с мужем никогда не было в избытке. На сковороде уже сочились и издавали приятный аромат кусочки нежирной свинины. Валентина достала пакет, принесенный накануне Марком из магазина. Она посылала его за овощами. И тут у нее опустились руки. – Ну что за человек, - прошептала она, с досадой вытащила луковицу. – Просила же, купить обычный репчатый лук, а он купил этот, фиолетовый. Конечно, можно пожарить и с ним. Но она же специально просила именно светлый, который можно карамелизировать в хрустящую коричневую приправу. Хорошо, что Марка не было дома. А то бы досталось ему. Пришлось самой бежать в магазин, выключив плиту с недожаренным мясом. «Вот он всегда так, - думала Валентина, идя в соседний су

Все как всегда: утро, сборы на работу, да еще и спортивную сумку нужно собрать. После работы Женя собиралась пойти в спортзал. – И почему я вчера вечером не удосужилась все сделать? – пробормотала она и вспомнила, почему: весь вечер проговорила с Алкой по телефону. Женя с нетерпением ждала, когда сварится кофе, чтобы наконец проснуться окончательно. На столе лежал бутерброд с любимым сыром, альбом для зарисовок и фломастер, полный творческого потенциала. Хотела вчера порисовать, но из-за Алки и ее разговоров о прекрасном будущем с новым бойфрендом так и не взялась за творчество. Энтузиазм пропал. Интересно, откуда подруга его черпает? Наконец кофе известил о готовности божественным ароматом свежего мокко, капля молока, бутерброд – завтрак на славу. Теперь можно облачиться в офисный костюм, закинуть спортивную форму в сумку, кроссовки и отправляться на работу. Ах, да! Еще книгу не забыть. Ее она всегда читает, неспешно идя по беговой дорожке, которую терпеть не может. Перед бегом двадц

«Виктор!» - машет рукой симпатичная молодая женщина. Из-за своего высокого роста мужчину видно издалека даже в толпе прохожих. – Привет! Надеюсь, ты не очень долго ждала, - говорит он, и тут звонит его мобильный. Он смотрит на экран и говорит: – Иди, узнай, есть ли свободные места. Я сейчас… - а затем отвечает на звонок. Женщина вошла внутрь ресторана и спросила, есть ли свободный столик на двоих. Оказалось, что нет пока, но минут через двадцать освободится. – Будете ждать? Женщина выглянула в окно, увидела, что Виктор, прохаживаясь взад-вперед, все еще разговаривает по телефону. – Да, подождем, спасибо, - отвечает она. – Можете подождать у бара или вон там. И метрдотель указывает на кожаную скамью, тянущуюся от входной двери вдоль стены из красного дерева. Женщина прошла к этой скамье, на которой уже сидело две женщины. – Странно, что ресторан переполнен в будний день, - сказала одна из них. – Выставка цветов проходит в соседнем конференц-центре, - ответила вторая. «Да, нужно было Вик