ProTанки

Чтобы понять, почему к августу 1943 года дивизия СС «Викинг» оказалась в стратегическом резерве, нужно вернуться к началу того года. После тяжелейших боев на Кавказе дивизия отступала через Ростов-на-Дону на Украину, в район южнее Харькова. В феврале-марте 1943 года «Викинг» принял участие в третьей битве за Харьков, где в составе танкового корпуса СС Пауля Хауссера участвовал в разгроме подвижной группы генерала Маркиана Попова. Эта операция стала одним из последних крупных успехов вермахта на Восточном фронте и позволила немцам стабилизировать линию фронта, однако победа далась дорогой ценой. В ходе боев дивизия понесла настолько серьезные потери в технике, что к лету 1943 года, когда готовилась операция «Цитадель», командование посчитало ее небоеготовой для роли ударного соединения. Кроме того, в апреле 1943 года на основе «Викинга» и дивизии «Нордланд» началось формирование нового 3-го (германского) танкового корпуса СС(начали выдергивать подразделения), что требовало времени и

Мы много писали о танковых дуэлях: о том, как немецкие машины противостояли советским и наоборот. Разбирали противостояние противотанковых пушек и даже такой экзотики, как бронебойные ружья. Но тему «самолёты против брони» чаще всего упоминали лишь в контексте катастрофы лета 1941 года, когда немецкие штурмовики действительно утюжили советские колонны еще на марше. А между тем, Люфтваффе не сидело сложа руки и пыталось создать настоящий «летающий танк», способный вскрывать броню тяжелых машин, особенно КВ-1. Еще в 1930-х фирма Рейнметалл разработала 30-мм автоматическую пушку MK 101. По задумке, она должна была стать универсальным оружием, но высокая отдача и солидная масса (около 176 кг) делали ее малопригодной для маневренного воздушного боя. Зато для штурмовки наземных целей она подходила идеально, особенно с учетом бронебойного снаряда с вольфрамовым сердечником. Пушку установили на штурмовик Хеншель Hs 129, который на фронте окрестили «консервным ножом» (Büchsenöffner). Однако

Гвардии лейтенант (а впоследствии — капитан) Николай Константинович Шишкин прошел войну от первых залпов до победного мая 1945-го. Начав артиллеристом еще в Советско-финскую кампанию, в Великую Отечественную он воевал с первого дня и к 1943 году стал командиром грозной машины — самоходной артиллерийской установки (САУ) СУ-152. Эти «Зверобои» с их 152-мм гаубицей-пушкой наводили ужас на врага: их осколочно-фугасные снаряды весом 43,5 кг при точном попадании буквально срывали башни с тяжелых немецких «Тигров» и «Пантер». Однако даже на такой грозной машине судьба экипажа часто зависела не только от толщины брони или калибра орудия, но и от тактической грамотности командования. К лету 1944 года Красная Армия неудержимо щла на запад. Войска 1-го Прибалтийского фронта, развивая наступление, 31 июля 1944 года стремительным броском овладели городом Тукумс, выйдя на берег Рижского залива и отрезав немецкую группу армий «Север» от основных сил. Однако триумф был недолгим — противник отчаянно

1942-й стал для советского тяжелого танка КВ-1 моментом истины — причём истины суровой и неприятной. Машина, которая в 1941-м наводила ужас на немецких танкистов, оказалась в положении «ни то ни сё»: по защите и огневой мощи она больше не имела кардинальных преимуществ перед средними «тридцатьчетверками». Ответом на этот кризис стал КВ-1С — танк, который ещё сильнее размыл грань между тяжёлыми и средними машинами, фактически превратившись в перетяжелённый и не слишком удачный гибрид. К началу 1942 года проблемы базового КВ-1 вылезли наружу с безжалостной очевидностью. Танк был надёжен примерно как карточный домик на сквозняке, обладал отвратительной подвижностью и, что самое обидное, нёс ту же 76-мм пушку, что и более лёгкий и дешёвый Т-34. Командиры РККА в один голос жаловались: КВ ломает мосты, с трудом преодолевает препятствия и вообще «приносит много хлопот». Танковый генерал М. Е. Катуков прямо заявил в Ставке: «танки Т-34 полностью оправдывают своё назначение, а тяжелые танки

К лету 1943 года вермахт готовился взять реванш за Сталинград. Трехмесячная оперативная пауза, длившаяся с апреля по июль, позволила противнику собрать на Курском выступе невиданный бронированный кулак. Последней ставкой Гитлера на перелом хода войны на Востоке стала операция «Цитадель». На южном фасе, в полосе группы армий «Юг» генерал-фельдмаршала Эриха фон Манштейна, острием таранного удара шел 2-й танковый корпус СС. Три элитные дивизии: «Лейбштандарт» (106 танков и САУ), «Дас Райх» (145) и «Тотенкопф» (139) — всего 390 бронеединиц. Именно им предстояло проломить советскую оборону. На пути этой армады стояли соединения 6-й гвардейской, 5-й гвардейской танковой и 69-й армий. В их составе держал оборону 2-й гвардейский танковый корпус, которым командовал генерал-майор Алексей Семёнович Бурдейный. Опытный штабист, полгода руководивший штабом корпуса, он занял должность комкора после того, как прежний командир, генерал-лейтенант Баданов, получил 4-ю танковую армию. Теперь Бурдейному п

Иногда история оружия складывается не из победителей, а из тех, кто опоздал буквально на несколько месяцев. Сегодня мы без труда узнаём силуэты техники Второй мировой войны: Т-34, «Тигры», «Шерманы» — всё это давно стало визуальным кодом эпохи. Кажется, будто эти машины появились сразу в законченной, идеальной форме. Но в реальности за каждым таким силуэтом стояли годы поиска, компромиссов и десятки проектов, которые так и остались «за кадром». И вот среди этих неудавшихся, но крайне интересных попыток — советские самоходные установки СУ-101 и СУ-102. Машины, которые могли стать новым этапом развития советских САУ, но оказались заложниками времени. Но зачем вообще разрабатывать замену для СУ-100 — машины, которая уже доказала свою эффективность и уверенно поражала практически любую немецкую бронетехнику? Ответ, как это часто бывает, скрывается в деталях конструкции. У СУ-100 была серьёзная проблема с балансировкой: центр тяжести приходился на передние опорные катки. В условиях фронта

История Великой Отечественной войны, кажется, давно разобрана по деталям: известны даты, маршруты, судьбы соединений и техники. Но время от времени в этой, казалось бы, изученной картине появляются неожиданные детали, которые заставляют взглянуть на привычные вещи иначе. Советский танк КВ-2 — машина крайне популярная, давно получившая статус легендарной. Хорошо известно, для каких задач его создавали и какой путь он прошёл в первые месяцы Великой Отечественной войны — вплоть до конца 1941 года. Однако затем следы этих тяжёлых танков практически полностью теряются. Так, последнее задокументированное упоминание КВ-2 в боях под Ленинградом относится к 6 декабря 1941 года. У машины подбили гусеницу, после чего её пришлось эвакуировать. Этот танк входил в состав 123-й танковой бригады. В дальнейшем в районе Ленинграда лишь одна машина числилась как учебная — все остальные были потеряны в боях на этом направлении. Есть и другой, не менее интересный эпизод: использование башни КВ-2 при созд

Первые танки, как известно, выглядели скорее как неуклюжие стальные короба на гусеницах. Их броня была противопульной — и только. Легендарный французский Renault FT-17, задавший моду на классическую компоновку, имел в лобовой проекции всего 16 мм стали. По нынешним меркам — фольга. Однако на полях Первой мировой эти «коробки» вполне уверенно чувствовали себя под огнем немецкой полевой артиллерии. Каким же чудом? А чудом тут и не пахло. Просто бронебойных снарядов для сухопутных орудий тогда… никто не выпускал. Не было нужды — до появления танков. Вот так и началось то самое вечное противостояние, которое длится уже больше ста лет: бронебойный снаряд против противоснарядной брони. Гонка, в которой ставки — жизни экипажей и исход сражений. Современный российский БОПС 3БМ-46 «Свинец-1» (на фото) пробивает 700–750 мм гомогенной стальной брони. Но это — уже «пенсионер», на смену ему идут «Вакуумы». Как это ни парадоксально, но сделать хороший бронебойный снаряд калиберного типа (цельный к

Вторая мировая война, особенно ее начальный период на Восточном фронте в 1941 году, часто ассоциируется с технологическим превосходством советских танков Т-34 и КВ-1 над немецкой техникой. Много говорилось о слабости немецкой противотанковой артиллерии (ПТО), такой как 37-мм Pak 36 и 50-мм Pak 38, против советских средних и тяжелых танков. Но давайте разберемся глубже: речь идет не только о противостоянии легким танкам с противопульной броней, но и о реальной эффективности немецких орудий против "тридцатьчетверок" и "клим ворошиловых". В этой статье мы обновим старые представления, добавим исторический контекст на основе отчетов и исследований, а также оптимизируем текст для поиска по ключевым запросам вроде "немецкая ПТО против Т-34 1941" или "пробиваемость брони КВ-1". Историки и мемуаристы, включая немецких генералов, неоднократно подчеркивали шок от встречи с советскими танками летом 1941 года. Однако статистика показывает, что Т-34 вызвал меньше паники, чем КВ-1, благодаря своей