Заря Молодежи

Это уже вошло в привычку. Без Горького, без Есенина, без Пушкина. Булгаков начал сей ряд байопиков, написав пьесу о последних днях Александра Сергеевича без него. И никто не смог убедить его изменить сюжет биографической драмы. В пьесе Влада Васюхина, поставленной в новом московском театре «КАШЕМИР» Дмитрием Сердюком, Есенин тоже не появится. Хотя все мысли, все эмоции, все слова – о нем. В осенние дождливые дни в Ялте его ждут три человека: жена Есенина-Дункан, ее приемная дочь Ирма и муж Ирмы Илья Шнейдер. Нет ничего тоскливей, чем ждать, и ждать безнадежно. Непросто и смотреть, когда ничего больше не происходит: ни явления долгожданного героя, ни его шумных попоек, ни выяснения отношений с битьем посуды. Некоторые зрители, настроившиеся на приятно щекочущий адюльтер и «скандальчик», не дождались развязки, а вскоре после бокала шампанского и изысканной закуски в фойе (от нового театра), громко топая каблуками, демонстративно удалились. Приходили отметиться на модной

Не все знают, что Гретхен по-немецки та же Маргарита и что великая философская трагедия была настольной книгой великого русского писателя БУЛГАКОВА, а уж оперу Гуно на сюжет Гете он слушал, по рассказам знакомых, чуть ли не сорок раз. « – Простите, может быть, впрочем, вы даже оперы "Фауст" не слыхали?» – как совсем уж конченого, спрашивает Мастер Иванушку Бездомного. Тася и Миша - Татьяна Лаппа и Михаил Булгаков Неудивительно, что и первую свою любовь Тасю автор «Мастера и Маргариты» затащил в театр на любимую оперу. Татьяна Николаевна ЛАППА родилась в Рязани. Отец переезжал с семьей еще несколько раз, пока не возглавил Казенную палату в САРАТОВЕ. Как и в Омске, строительством подходящего для нее здания занимался лично. Саратовцы хорошо знают этот дом – нарядное серо-красное здание профсоюзов на углу Сакко и Ванцетти (с ужасающего вида мемориальной доской Булгакову). Барельеф. Булгаков М А. Доска на здании: Саратов ул Сакко и Ванцети 55. Внизу надпись: «В юности писатель М

Дед Мороз с мешком подарков, табуретка для маленького декламатора новогодних стишков, ёлка-ёлка, тонкая иголка, фонарики-огоньки… мы все проходили через это. Вы же помните этот анекдот про три стадии веры в Деда Мороза? Вот за окном холод и снег, домашние волшебники – мама с бабушкой – чудесачат на кухне, папа понёс на деловую встречу с Дедом Морозом список желаний. Вечером в окружении гостей тебя ставят на табуретку и не спустят, пока не прочитаешь стократно отрепетированный с бабушкой стишок. Потом запихивают под стол, чтобы там спокойно поиграл в танчики и солдатиков, да не мешал взрослым смотреть «Кабачок 13 стульев» и подпевать «Голубому огоньку». Утром проснёшься в кроватке, бегом под ёлочку, а там подарки, которые просил. И непрошенные тоже. (Помните, да? «Но мне дарили каждый раз не то, что я хотел. То шарф, то новое пальто, то Михалкова, то Барто»). И ты удивляешься: ну почему Дедушка Мороз решил, что тебе надо именно это, а не то, что заказывал? А потом ты, дошколёнок, сиди

Мультфильм по философской притче Андрея Фурсова создал в театре песочной анимации «Солнечные часы» художник ВладЕмир Дергач. Он перенесёт зрителя от сияющей Великой Плоскости к мёртвым мирам, рассказывая историю о том, что даже тот, кого все считают «всего лишь помощником», может изменить судьбу целых миров. В бесконечной вселенной, где выпускники школы демиургов творят новые миры, есть место для тех, кто считает себя неудачником. Дем — всего лишь Механист, помощник, которому отведена роль вечного наблюдателя. У него нет пары для главного Выпускного Танца — Исхода, и, кажется, нет будущего. Но всё меняется в одно мгновение, когда самая совершенная и сильная выпускница, Лучия, приглашает его на Белый Танец. Их невероятный союз — потоков света и клубов мрака — открывает портал не в райский сад, а к погибшей планете, окутанной Чёрным Коконом из ненависти, лжи и памяти о рабстве. Это путешествие станет не только испытанием, но и ключом к тайнам прошлого Дема и истинной природе творения.

Лидия Ивановна с «другим» Карениным Нет, она не разлила подсолнечное масло, потому что у нее его нет, дело происходит на железной дороге, где курьерский поезд мчит главных героев романа про Каренину сначала в теплую страну, а потом уж куда придется, поскольку тормозной вентиль сорван. Как будто вначале о том мечтает и Вронский, чтобы любовь с Анной в соседнем купе длилась вечно, но сорвет его, как выяснится, сама Анна. А в рельсу стучит и проходит под окнами походкой Командора их инфернальная дочь Аннушка. Вентиль фигурирует в новой постановке Данила Чащина по мотивам романа Толстого (проект театрального агентства «Арт-Партнер»). И хотя премьере едва только месяц, сие устройство успел стать притчей во языцех театральной Москвы. Спектакль обсуждают бурно в прессе и в соцсетях, скрещивают перья известные критики, популярные блогеры и неравнодушные зрители. Почти одновременно в Петербурге в театре на Садовой ( бывший Приют комедиантов) поставил «Орестею» не меньший любитель новаций Г

Олег Табаков был связан с нашим городом не только самим фактом рождения, учебы, первыми театральными впечатлениями от вылазок в ТЮЗ, куда, как он сам рассказывал, иногда проникал через « тайный ход». Крепче корабельных канатов он был привязан к Саратову Любовью. К родному дому на Большой Казачьей, к своей школе № 18, к бывшему городскому Дворцу пионеров, где в театральной студии великого педагога Наталии Сухостав родился великий артист Табаков. Его любовь была очень деятельная. Привозил нужное оборудование школе, ДТДиМ (теперь носит его имя), вез лучшие спектакли своего театра («Табакерка») и МХТа им. Чехова, который тоже стал его театром. Приглашал с собой в Саратов своих лучших учеников – «Женю Миронова, Сережу Безрукова, Володю Машкова». Евгений Миронов, сам из «местных», научился у мэтра любить «малую родину» такой же любовью: не пустой, не пафосной, а энергичной и полезной городу. Всю жизнь Олег Павлович ездил в Саратов. И много  лет  его здесь   встречал фотокоррес

Продолжаем рассказ о Всероссийском театральном фестивале «Горе от ума» – 200», который состоялся при поддержке министерства культуры РФ и Саратовского академического театра драмы им. И. А. Слонова. Фестиваль закрылся мощной классической постановкой народного артиста России Александра Кузина в СамАрте. Как никто, умеет он разобрать пьесу. И поставить без нафталинного «аромата». Сюрпризов было много. Павильонная декорация дома Фамусова красива, но что-то с ней не так. Слегка накренилась, да и прохудилась. Ветер и снег залетал в длинный ряд окон, мело уже и в доме (художник Кирилл Данилов). Актеры, вооружившись книжками, долго читали свои роли и ремарки, как бы не в силах оторваться. Текст пробегал по стенам под пленительный вальс Грибоедова. Но вот вместе с морозным воздухом ворвался в богемном красном шарфе Чацкий, точно упав к ногам Софьи – и все заиграли, будто завертелась ручка музыкальной шкатулки. Софья Ольги Петрик, по-восточному яркая и красивая, умеет молча, выразительно см

А судьи кто?.. Блажен, кто верует... Я странен, а не странен кто ж?.. Счастливые часов не наблюдают... Шел в комнату – попал в другую… А все Кузнецкий мост и вечные французы… Что за комиссия, создатель, быть взрослой дочери отцом!.. Служить бы рад– прислуживаться тошно... Но как не порадеть родному человечку?.. Упал он больно – встал здорово... Что станет говорить княгиня Марья Алексевна?.. Просили назвать 10 афоризмов из «Горе от ума». Можем и 20, и 30. Здесь каждая фраза –поговорка, афоризм, нигде еще разговорная наша речь не льется так свободно, не бьет так точно в цель. И «классицистического минимализма», и «сатирического глума», и «лирико-романтического трепета», и «мощного водевильного начала» – всего здесь много, по словам доктора филологии, научного руководителя института филологии и журналистики СГУ Валерия Прозорова. Великому тексту стукнуло двести лет, и два известных театральных человека доцент ГИТИСа Екатерина Морозова и руководитель курса ГИТИСа Александр Вислов, решили

Один из самых непростых, многослойных российских драматургов – Нина САДУР. Ее причисляли к авангарду, к постмодернизму, к русскому абсурдизму, к магическому реализму. Она же называла себя «самым консервативным» писателем России. «Театр абсурда весь выстроен на жесткой логике. А мои пьесы совершенно иные, на импульсе. На импульсе чувствования, которое родит мысль. Поэтому никакой холодно-мозговой логики там искать нельзя», – замечала автор. И выбрала для дебюта своей пьесы «Доктор сада» Московский театр Школу драматического искусства (ШДИ) и режиссера, ученика Юрия Киселева и Анатолия Васильева Игоря ЯЦКО: «Мне хотелось написать такую пьесу – в традиции русского классического театра. Но я не знала, возможна ли постановка такой пьесы сегодня. А когда увидела работы Яцко (от «Каменного ангела» до «Мертвых душ»), то сразу предложила именно ему своего «Доктора». И, признаюсь, я сразу знала, что это будет безупречный, аристократический спектакль». Получилась ли пьеса в «традиции русск