Пересечение параллельных

Не понимая, что произошло, Никита с удивлением осматривал резко изменившийся пейзаж. Он стоял на мягкой травянистой полянке, окаймлённой стройными берёзами, чьи тонкие ветви чуть покачивались от лёгкого ветерка. Совсем рядом, в каких‑нибудь двадцати шагах, текла река - прозрачная, неторопливая, отливающая синевой в лучах полуденного солнца. Её поверхность мерцала, словно расшитая серебряными нитями, а по берегам росли ивы, склонявшие ветви к самой воде. На краю луга, у самой кромки реки, стояла беседка - дивное творение плотницкого искусства. Лёгкая, воздушная, она будто парила над землёй, поддерживаемая резными колоннами, увитыми диким виноградом и плетистыми розами. Ажурная кровля, украшенная затейливой резьбой, напоминала кружево, сплетённое искусной мастерицей. На вершине её, ловя солнечные лучи, поблескивал маленький флюгер в виде летящей птицы. К беседке вела узкая дорожка, усыпанная мелкой, светлой и очень похожей на кварц галькой, по краям которой цвели маргаритки и колокольчик

Ольга обернулась, настороженно вглядываясь в тени. Голос, прозвучавший за спиной был хриплым, с едва уловимым шипением: - Ну что, ведьма, устала? Сил много потратила на ритуал? - бес стоял в нескольких шагах от неё слегка покачиваясь. А хочешь не уставать при ритуалах? Можно ведь сделать так, что твое могущество вырастет и ты даже замечать не будешь те крупицы энергии, что будешь отдавать взамен. И это совсем не сложно, поверь мне. Нечистый снова качнулся, и Ольга не поняла, как он оказался рядом, вот уже его рука скользнула по плечу, слегка сжала предплечье и развернула ее к бесу лицом. Он смотрел ей прямо в глаза, и Ольга поняла, что пропадает, буквально растворяясь в этих огромных и невероятно прекрасных глазах. Эти омуты обещали многое, а главное, что читалось в них и так требовалось сейчас начинающей ведьме – неземное блаженство. Теперь уже она сама положила руку на плечо нечисти и замерла в предвкушении, ощутив под рукой упругие и твердые, словно сталь, мышцы. – А ведь у меня муж

Кирилл, Филимон и Акулина добрались до избы. Мрак, уже ждал их на крыльце, лениво гоняя лапой кружащих над ним мотыльков. — Ну и вид у вас, — фыркнул Мрак, потягиваясь. - Будто вас ламии по лабир-р-ринтам гоняли… - Тебе лишь бы поржать, бес, - хрипло ответил Фил, опускаясь на лавку у печи. - Какой я тебе бес? – взбесился кот, шерсть в один миг встала дыбом и заискрилась. – А что ты хотел услышать в ответ? Сам нарвался, - осадила демона Акулина и, тут же принялась хлопотать: развела огонь, поставила на печь котелок с травяным отваром, разложила на столе хлеб, сыр и вяленое мясо. - Ешьте, - строго сказала она. - Силу и здоровье нужно восстановить. – Угу, кивнул Филимон, - душевное в первую очередь, угости каким-нибудь зельем, мать, не жмись. – Да нешто я жмусь, касатики? Сейчас все будет. И лучше, чем в аптеке. Вот и готово уже, - и она разлила по кружкам кипящую и ароматную жидкость. Кирилл с благодарностью взял кружку с дымящимся напитком. Тепло медленно разливалось по телу, усталость

В доме творилась неразбериха: Артем с бабушкой паковали дорожную сумку, котенок и домовой им помогали изо всех сил, что давало совершенно противоположный эффект. – Оля, я нашла санаторий, куда можно с ребенком и прямо сейчас. Даже номера свободные есть, только мне денег немного не хватает… - Немного - это сколько? – поинтересовалась Ольга лихорадочно вспоминая сколько средств осталось на карточке. – Ну…тысяч тридцать нам на все хватит. – Ну, тридцать наскребу как-нибудь, - ответила Ольга, а сама задумалась о том, что на работе даже не поинтересовалась, когда у нее будет зарплата. Надо же было так загрузиться происходящим вокруг, что о деньгах она напрочь забыла. И вот вещи были собраны, финансовые вопросы решены, а время последнего автобуса приближалось. – Мы сначала домой заскочим, мне же тоже нужно вещи собрать, - делилась планами Артемкина бабушка. – Почту из ящика не забирайте, ничего из подъезда в дом не заносите, внимательно осмотрите дверь, когда входить будете, - перебила ее Ан

Путники, слегка покачиваясь после вихревого «прощания» Посвиста, очутились на широком плато, окружённом зубчатыми скалами. Воздух здесь был прозрачен и свеж, а под ногами вместо камней - мягкий мох, отливающий перламутровым светом. - Вот это да… - выдохнула Влада, оглядываясь. - Такое ощущение, будто мы попали в сказку. - Это Зачарованный Привал, - пояснила Марина, осторожно ступая вперёд. - Место, где сама земля даёт отдых путникам. Видите, как мох пружинит под ногами? Он снимает усталость, а воздух здесь исцеляет раны - даже те, что не видны глазу. В центре плато возвышался древний дуб с серебристой корой. Ветви его, усыпанные листьями всех оттенков лунного камня, образовывали шатёр, под которым журчал родник. Вода в нём переливалась всеми оттенками голубого и фиолетового, а над поверхностью витали крошечные искорки. - Пейте, - сказала Прасковья Никитична, зачерпывая воду ладонями. - Эта вода вернёт силы и прояснит разум. Путники с благодарностью утолили жажду. Никита, опустившись на

Анна и Максим решили устроить себе очень модный в этом сезоне, но очень необычный отпуск - сбежать от городской суеты и провести три дня в самой настоящей русской деревне, под кодовым названием «Избинг». Они нашли объявление: старинная изба в глуши, живописные виды, тишина и покой. Цена была реально высокой, но пара решила, что платить за эксклюзив – это нормально. В описании говорилось: «Аутентичный деревянный дом с историей и непередаваемой атмосферой природного уюта. В распоряжении наших гостей будет не только дом, но и вся территория поселения, что даст возможность глубже окунуться в атмосферу русского духа и старины». И в самом деле, перед заселением хозяин предложил им небольшую экскурсию по поселку и ферме - мол, «познакомьтесь с местными жителями». Анна скривилась, но Максим уговорил её: - Давай хоть посмотрим. Это же часть деревенского быта! Скрипя зубами, девушка согласилась. Ферма оказалась небольшой: несколько коров лениво жевали сено в стойлах, козы сбились в кучку у оград

Кирилл вышел на воздух и понял, что сил куда-то добираться у него нет совершенно. Руки дрожали, колени тряслись, а ноги пытались сложиться пополам при каждом шаге. Он с трудом доковылял до песочницы во дворике детского сада и, буквально, рухнул на бортик. Свежий воздух тут же принялся его ощупывать, словно до появления здесь Кирилла ему совершенно нечем было заняться. Почувствовав охватывающий его холод в местах прикосновения ветра, Кирилл понял, что сильно вспотел. Одежда была практически мокрой. - Черт, не хватало простудиться... - Кинь медяк, и не простудишься, - раздалось из-за спины. Кирилл резко обернулся. За его спиной, чуть в стороне, у старого клёна стояла… обычная на вид старушка. В тёплом платке, с хозяйственной сумкой на согнутом локте. Только вот сумка выглядела странно — будто сшита из множества лоскутов разной ткани, и лоскуты эти чуть подрагивали, словно живые. - Кинь медяк, — повторила она тем же хриплым голосом, но теперь он звучал почти по‑домашнему, будто ворчание с

Ольга, склонившись над старой тетрадью, бережно перелистывала пожелтевшие страницы хранившие тайны открытия перекрёсточной магии. Буквы, выведенные витиеватым почерком, словно оживали под её взглядом, сплетаясь в заклинания и схемы ритуальных кругов. В воздухе витал терпкий запах воска и чего-то аппетитного, доносившийся с кухни, там вовсю колдовала Антиповна. Лучика солнца, прорываясь сквозь неровную тюль, плясали по стенам, будто подсматривали за её занятиями. — Деточка, обед готов! — донёсся из кухни голос Антиповны, прерывая сосредоточенность Ольги. — Иди, пока горячее, да своих зови, небось проголодались на свежем воздухе. Ольга закрыла тетрадь, провела ладонью по кожаному переплёту, фиксируя в голове прочитанное, и направилась во двор. Артём, её пятилетний сын с копной русых волос, сидел на крыльце и пытался нарядить котенка в неизвестно откуда появившийся, кукольный наряд. Котенок наряжаться не сильно хотел, и это порождало бурный конфликт между двумя мелкими сорванцами. Ольга н

Тропа, сотканная магией заговора, петляла между древними деревьями, чьи ветви теперь не просто шумели — они шептали, вытягивались, словно пытались схватить путников за руки, оплести ноги, навеки привязать к этой тропе. Туман клубился у ног, то и дело принимая очертания хищных животных. Влада бежала первой, стиснув зубы, — она чувствовала, как лес забвения вытягивает воспоминания, подкидывает тени сомнений. Шепот деревьев угрожающе нарастал, убеждая остановиться, запугивая и суля неземное счастье одновременно. Сердце колотилось как бешенное, в висках пульсировала кровь, но она отчаянно старалась не вникать в суть того, что нашептывал лес забвенья. Невзор, бегущий следом, изо всех сил сжимал руками лямки рюкзака, стараясь отвлечься и не слушать голоса своего почившего отца, упрекающего его в слабости ми малодушии. Дима, шагал следом, сжимая челюсти так, что скрип его зубов мог посоперничать с шепотом ветвей. Они напоминали ему, что магические силы у него заемные, и пока жива Влада, велик

Войдя в дом, Ольга наткнулась на мрачный взгляд Антиповны. – Давайте чуть позже поговорим, - шепнула она ведьме, - гостей уложу. Та спокойно и с достоинством кивнула, мол, приняла к сведению, но глазами сверкнула так, что никаких иллюзий по поводу тона предстоящего разговора у Ольги не осталось. Артемка уже тискал на кровати котенка, а мама Ольги разбирала сумку. – Вот, привезла тебе бабкины талмуды, - она протянула Ольге несколько объемных, потрепанных ежедневников, один страшнее другого. – Спасибо, мама, ложись с Артемкой здесь, пожалуйста, мне что-то не до сна… - Что-то случилось? - в голосе матери отчетливо проступила тревога. – Мама, со мной каждый день что-то случается, это называется – жизнь. Ты не сможешь меня от нее защитить, спрятать, уберечь. Да и не нужно. Со своей жизнью каждый должен разбираться сам… - Давно-ли ты такой мудрой стала? – Это неважно, - тихо ответила Ольга, присела на кровать, крепко обняла сына, поцеловала в макушку. Оба мелких сорванца замерли на минуту, н