Правила жизни

Погодные реалии меняются каждую неделю, поэтому подборка весенних курток в мае — это лишь ответ на переменчивую температуру. Если вам кажется, что этот материал запоздал, то дождитесь очередной новости, где вам скажут, что на столицу надвигается атмосферный фронт. Ну и никто не отменял прохладные вечера, когда хочется что-то накинуть на свою любимую футболку. Ветровка, Pitkina Открывает нашу подборку легкая ветровка от бренда Pitkina c говорящим названием Merry Poppins. Трендовая посадка, влагостойкая ткань с пропиткой на легкий дождь и приятные материалы. Хорошая база для весеннего гардероба. Анорак, The North Face Неожиданно заметили, что в моду опять возвращаются анораки, поэтому не смогли пройти мимо такой вещи от The North Face, который знает толк в технологичных и демисезонных решениях. Бомбер, KidSuper × Mercdes-Benz Хоть это и унисекс-бомбер, но все равно мы добавили его в женскую часть подборки, потому что такие мотокуртки — большой тренд последних двух лет. Да и стоит признат

Вы выходите на улицу и вместо загара получаете зуд, сыпь и раздражение. Нет, это необязательно ожог. Вполне возможно, что речь о так называемой аллергии на солнце. Узнали у врача-дерматовенеролога, что это за реакция и почему она возникает. «Как таковой аллергии на солнце не бывает, — объясняет Евгения Еремеева, врач-дерматовенеролог и косметолог клиники Swiss Beauty Clinic. — Это патологическая реакция кожи на ультрафиолет». В медицине для этого есть более точный термин — фотодерматит. Он может проявляться покраснением, зудом, сыпью или даже волдырями на открытых участках тела. И необязательно сразу после выхода на солнце: иногда реакция развивается через несколько часов, дней и даже недель. И это зачастую сбивает с толку. Чаще всего страдают участки, которые долго были закрыты: плечи, руки, зона декольте. Почему так происходит? До конца неясно. Есть предположение, что под действием ультрафиолета в коже образуются вещества, которые иммунная система воспринимает как чужеродные. В ответ

Главный редактор «Правил жизни» Антон Беляев поговорил с музыкантом Валерием Сюткиным о времени, памяти, музыке, работе без продюсеров и о том, почему иногда лучший способ справиться с происходящим — просто продолжать делать свое дело. Это интервью — часть нового номера «Правил жизни» «Быстро / Медленно», посвященного меняющемуся темпу жизни и попытке найти баланс между постоянным ускорением и потребностью замедлиться. Валерий Сюткин: Если коротко описать цель нашего с тобой диалога, то это передать людям помоложе важную формулу: проявил себя — закрепи. Если закрепить то, что порой тебе дает карьера, то ты становишься одним из тех, кто потом, несмотря на обстоятельства и ошибки, продолжает работать. У меня никогда не было ни спонсоров, ни продюсеров, ни промоутеров – и в этом моя уникальность. В «Браво» был, но тогда я уже покинул группу – я ни с кем не делюсь результатами своего труда. Я специально выбрал такой путь. Антон Беляев: Правильное коммерческое решение. У меня тоже было неск

Сегодня коллаборации выходят почти каждую неделю, но далеко не каждая из них становится историей. Одни пары меняли индустрию, другие — сам язык поп-культуры: рэперы начали читать про кроссовки, дизайнеры высокой моды пришли в спортивную обувь, а редкие релизы превратились в предмет культа. Авторы проекта Please рассказывают о главных кроссовочных коллаборациях — от Disney × Converse 1930-х до эпохи Вирджила Абло и Dior × Nike. Disney × Converse (1934) Хотя этот материал и предполагает включение моделей, ставших легендами, начнем с сотрудничества, о котором мы и сами не знали до недавнего времени. Обоим участникам этого союза более 100 лет (221 — на двоих), и в 1934-м на двух моделях Converse — Skoots для мальчиков и «оксфордах» для девочек — появился Микки Маус. Мультипликационный персонаж тогда был настоящим ветераном анимационной сцены: за его плечами было уже 30 картин. К слову, в том же году Converse подписал контракт с Чаком Тейлором, и к названию культовых уже для той эпохи кедов

Рассказываем, какими картинами и скульптурами были вдохновлены образы звезд на балу. Темой бала Met Gala 2026 года стала Fashion is art, или «Искусство костюма». Исходя из дресс-кода вечера, многие гости решили связать свои наряды с работами художников и скульпторов. Коллекционер искусства и давняя поклонница Фриды Кало, Мадонна при выборе наряда на Met Gala вдохновилась творчеством другой художницы-сюрреалиста — Леоноры Каррингтон. Певица примерила на себя образ царицы Савской и ее слуг с картины «Искушение святого Антония» Каррингтон. Рейчел Зеглер также решила примерить на себя образ героини живописного полотна — салонной работы Поля Делароша «Казнь Джейн Грей». Изменив фасон платья, стилисты Зеглер сохранили узнаваемую деталь образа королевы Англии, занимавшей престол все лишь девять дней, — повязку на глазах. Работы Густава Климта вдохновили сразу двух посетительниц бала — актрису Хантер Шафер и певицу Грейси Абрамс. При создании образа Шафер дизайнеры Prada, вероятно, обратились

Традиционно в первый понедельник мая проходит бал Института костюма Met Gala, тема которого в этом году — Fashion is Art («Мода это искусство»). Смотрим, как эту формулу интерпретировали мужчины. Директор отдела моды «Правил жизни» Алексей Бородачев-Архипов выбрал самые эффектные образы.

Тема бала 2026 года — Fashion is art. Вместе со стилистом внимательно проследили, как гости интерпретировали ее в своих нарядах: от лучших к худшим. Исходя из дресс-кода, мы надеялись увидеть косплей на произведения искусства или что-то творческое и необычное. Правда, из-за участия в шоу миллиардера Джеффа Безоса и его жены Лорен Санчес потеряли самых ожидаемых гостей дорожки — Зендею и Мэрил Стрип. Но не будем о плохом и обсудим самые лучшие и худшие образы вместе со стилистом и с автором телеграм-канала F*ckYourStyle Анной Флавлессой. Моя фаворитка — Эмма Чемберлен в Mugler. Образ и выглядит необычно, и пересекается с искусством: будто кисточку окунули в воду и смешали разные краски! Первый выход на дорожке — и самый эффектный. Вторая фаворитка. Видно, что стилисты девушки вдохновились образом с картины Густава Климта «Портрет Меды Примавези». Это выглядит не так прямолинейно, как у многих других гостей. Актуальный фасон и много аккуратных деталей, которые хочется рассматривать. Семе

Галина Юзефович рассказывает о возвращении «медленного чтения» и замечает: цензурные и геополитические ограничения не первый раз в истории меняют направление книжного процесса. В 2020-х они вновь заставляют литературу оглядываться назад, превращая тексты прошлого в актуальный способ укрыться от современности. Этот разговор — часть нового номера «Правил жизни» «Быстро/Медленно», посвященного жизни в эпоху ускорения, где стремление все успеть все чаще сталкивается с потребностью замедлиться и выйти из бесконечного потока информации. Маргарита, экономка частного сыщика графа Гермеса Аркадьевича Аверина, сервирует своему работодателю завтрак. Толстые, поджаристые блины, а к ним — варенье и густая желтоватая сметана. К блинам какао, а после какао — свежеиспеченные рогалики и обязательно хорошая книжка, например монография о русалках Северного Приладожья. За окном знобкая питерская весна, но в графском доме уют, покой, никто никуда не торопится. На коленях хозяина свернулся роскошный кот — н

В издательстве «Носорог» вышел роман «Игуана» Анны-Марии Ортезе — один из самых загадочных текстов итальянской литературы XX века. Это история, которая сопротивляется линейному чтению, постоянно меняет оптику и балансирует между сказкой, религиозной притчей и кошмаром. О многоголосии романа, сложности перевода и об образе самой Игуаны рассказывает переводчица книги Анна Ямпольская. Как читателю мне стало трудно, пожалуй, с 19-й главы. До этого удавалось проследить более или менее линейный сюжет, а в этой главе и далее все начало двоиться, троиться, умножаться до бесконечности, словно кто-то быстро крутил калейдоскоп. И хотя с самых первых страниц в романе немало подсказок, намеков на грядущие события, сложившаяся до этого картинка рассыпалась — вернее, стало понятно, что у нее есть много слоев, которые я не замечала. Я пыталась найти для себя какую-то опорную точку в романе, но в итоге отказалась от однозначной интерпретации. Думаю, это то, чего и добивалась Ортезе. Работая над перевод

В издательстве «Альпина нон-фикшн» вышла книга британского историка Роджера Кроули «Битва за пряности: Как противостояние XVI века определило устройство современного мира». Это история о глобальной гонке за ресурсами — гвоздикой и мускатным орехом, которые в XVI веке ценились больше золота. После экспедиции Магеллана Испания и Португалия вступили в ожесточенный конфликт за контроль над Молуккскими островами: спорили о разделе мира, снаряжали флотилии, устраивали дипломатические войны и пытались доказать, кому именно принадлежат Острова пряностей. Публикуем фрагмент о том, как после возвращения единственного корабля Магеллана Карл V отправил новую масштабную экспедицию через Атлантику — фактически первую попытку Испании закрепиться в Азии и бросить прямой вызов португальской морской империи. Весть о возвращении «Виктории» в Севилью 6 сентября 1522 года вызвала в Лиссабоне бурную реакцию. Уже 28 сентября недавно взошедший на престол Жуан III направил своему послу резкое письмо с категори