Фильтр
Зима неспешно и задумчиво идёт
Ежов Владимир
Ажурным инеем укрылся старый мост,
И чистым серебром блестит ручей,
И слышен шелест, падающих звёзд,
И шёпоты загадочных теней.
Мерцает свет далёких фонарей,
Зима, кружа снежинками, идёт.
И ветер вдруг становится смелей,
И песни хриплым голосом поёт.
И первый снег сияет белизной,
И что-то загрустил пустынный лес.
Природа наполняется зимой,
Приходит время Сказок и Чудес.
Прожил я на Земле немало лет,
И часто я смотрю на небеса.
Умом я понимаю Сказок - нет!
Ну, а душою верю в Чудеса…
Ежов Владимир
Ажурным инеем укрылся старый мост,
И чистым серебром блестит ручей,
И слышен шелест, падающих звёзд,
И шёпоты загадочных теней.
Мерцает свет далёких фонарей,
Зима, кружа снежинками, идёт.
И ветер вдруг становится смелей,
И песни хриплым голосом поёт.
И первый снег сияет белизной,
И что-то загрустил пустынный лес.
Природа наполняется зимой,
Приходит время Сказок и Чудес.
Прожил я на Земле немало лет,
И часто я смотрю на небеса.
Умом я понимаю Сказок - нет!
Ну, а душою верю в Чудеса…
Храп.
Владимир Ежов.
Я на сайте прочитала,
Но не помню на каком,
Что намного лучше спится,
Лишь с любимым мужиком.
Я, конечно, удивилась
И скажу вам напрямик -
Написал такую глупость,
Я уверена, мужик.
Не могу уснуть с любимым,
Злость во мне уже кипит.
Тихо слушаю ночами,
Как любимый мой храпит.
Содрогаются все стены,
Кошка прячется в шкафу.
Я не сплю, лежу поленом,
Засыпаю поутру.
Забирала одеяло,
И ногой старалась пнуть,
В уши пробки забивала,
Чтоб немножечко вздремнуть.
И свистела, уж, и пела,
И толкала его в бок.
Ничего не помогает,
Тарахтит, как мотоблок.
И не знаю, что мне делать,
Как с любимым дальше жить.
И терзают часто мысли -
Может, взять и придушить?!
Всё же жалко бедола
Владимир Ежов.
Я на сайте прочитала,
Но не помню на каком,
Что намного лучше спится,
Лишь с любимым мужиком.
Я, конечно, удивилась
И скажу вам напрямик -
Написал такую глупость,
Я уверена, мужик.
Не могу уснуть с любимым,
Злость во мне уже кипит.
Тихо слушаю ночами,
Как любимый мой храпит.
Содрогаются все стены,
Кошка прячется в шкафу.
Я не сплю, лежу поленом,
Засыпаю поутру.
Забирала одеяло,
И ногой старалась пнуть,
В уши пробки забивала,
Чтоб немножечко вздремнуть.
И свистела, уж, и пела,
И толкала его в бок.
Ничего не помогает,
Тарахтит, как мотоблок.
И не знаю, что мне делать,
Как с любимым дальше жить.
И терзают часто мысли -
Может, взять и придушить?!
Всё же жалко бедола
Элита
Ежов Владимир
Вчера не вышли на работу
Артист, певец и депутат.
И заболевшие в субботу,
И футболист, и адвокат.
И не был в чате бьюти - блогер,
И оккультист ушёл в астрал.
И стало ясно очень многим,
Что мир никак не пострадал.
Ну, а сегодня на работу,
Не вышли дворники и врач.
Сантехник, перекрывший воду,
Шофёр, электрик, даже ткач.
Не вышел фермер и рабочий
Аптекарь, пекарь, продавец.
И мир, как будто обесточен,
Цивилизации конец.
Хочу спросить у вас открыто,
Чтоб всё по полкам разложить:
- Так кто же всё-таки элита,
И без кого нам не прожить?
Ежов Владимир
Вчера не вышли на работу
Артист, певец и депутат.
И заболевшие в субботу,
И футболист, и адвокат.
И не был в чате бьюти - блогер,
И оккультист ушёл в астрал.
И стало ясно очень многим,
Что мир никак не пострадал.
Ну, а сегодня на работу,
Не вышли дворники и врач.
Сантехник, перекрывший воду,
Шофёр, электрик, даже ткач.
Не вышел фермер и рабочий
Аптекарь, пекарь, продавец.
И мир, как будто обесточен,
Цивилизации конец.
Хочу спросить у вас открыто,
Чтоб всё по полкам разложить:
- Так кто же всё-таки элита,
И без кого нам не прожить?
Последнее письмо танкиста
Ежов Владимир
Здравствуй, милая! Здравствуй, родная!
Тебе пишет любимый супруг.
Нас подбили и я умираю,
И нацисты, нацисты вокруг...
И огонь всё сильней обжигает,
Я не в силах его потушить.
Красный пот по щекам протекает,
Боли нет!.. Очень хочется пить…
Твою фотку смотрю, улыбаюсь,
Ты, как-будто со мною теперь.
Я волос твоих рыжих касаюсь,
Умирать не боюсь я, поверь!
А так много не сделано в жизни,
Был я мало с тобою в Раю.
Умирая, я предан Отчизне
Свою жизнь за неё отдаю.
Смерть стоит и меня ожидает,
И не прочь, чтобы я дописал.
Она тоже, наверно, страдает,
И не хочет, чтоб я умирал.
Мне она прошептала на ухо,
Поделилась секретом своим.
Не обманет, надеюсь, с
Ежов Владимир
Здравствуй, милая! Здравствуй, родная!
Тебе пишет любимый супруг.
Нас подбили и я умираю,
И нацисты, нацисты вокруг...
И огонь всё сильней обжигает,
Я не в силах его потушить.
Красный пот по щекам протекает,
Боли нет!.. Очень хочется пить…
Твою фотку смотрю, улыбаюсь,
Ты, как-будто со мною теперь.
Я волос твоих рыжих касаюсь,
Умирать не боюсь я, поверь!
А так много не сделано в жизни,
Был я мало с тобою в Раю.
Умирая, я предан Отчизне
Свою жизнь за неё отдаю.
Смерть стоит и меня ожидает,
И не прочь, чтобы я дописал.
Она тоже, наверно, страдает,
И не хочет, чтоб я умирал.
Мне она прошептала на ухо,
Поделилась секретом своим.
Не обманет, надеюсь, с
Сказка "Красная Шапочка" (Правдивая история)
Ежов Владимир
О Красной Шапочке сей сказ,
И правде, которую долго скрывали от нас!
Все было не так, как в книжках красивых,
Правду скрывали в секретных архивах.
Теперь в этом нету большой уже тайны,
Сегодня открою вам эти Х-файлы.
Жила-была девочка, душка и лапочка,
Звали красавицу - Красная Шапочка.
Жила не одна, вместе с матушкой жили,
Братьев родных казаки порешили,
Отца беляки угнали внаём,
С тех пор они с мамкою жили вдвоём.
А Шапкина бабка, бабушка Надя,
Была санитаркою в Красном отряде
И где-то в лесу, на зелёной полянке,
Она чуть живая лежала в землянке.
Нынешней ночью, как говорят,
Ликёрный завод, уничтожил отряд.
За два часа всех в
Ежов Владимир
О Красной Шапочке сей сказ,
И правде, которую долго скрывали от нас!
Все было не так, как в книжках красивых,
Правду скрывали в секретных архивах.
Теперь в этом нету большой уже тайны,
Сегодня открою вам эти Х-файлы.
Жила-была девочка, душка и лапочка,
Звали красавицу - Красная Шапочка.
Жила не одна, вместе с матушкой жили,
Братьев родных казаки порешили,
Отца беляки угнали внаём,
С тех пор они с мамкою жили вдвоём.
А Шапкина бабка, бабушка Надя,
Была санитаркою в Красном отряде
И где-то в лесу, на зелёной полянке,
Она чуть живая лежала в землянке.
Нынешней ночью, как говорят,
Ликёрный завод, уничтожил отряд.
За два часа всех в
Разговор Жизни со Смертью
Ежов Владимир
И Жизнь, и Смерть, то Божьи слуги,
Они же лучшие подруги.
И рядом, где-то там сидят,
И на людей всегда глядят.
Жизнь всё даёт нам с умилением,
А Смерть вздыхает с удивлением:
- Ты им даёшь, чтоб лучше стало,
А им всё мало, мало, мало!
У жадности предела нет,
Ты передай им мой совет.
Машины, деньги, всякий хлам,
Я это брать с собой, не дам!
И намотай, ты им на ус.
Любовь - их самый ценный груз!
Любовь - энергия Вселенной,
Она останется нетленной.
И Жизнь, печально улыбаясь:
- Так я твержу, так я стараюсь.
Всегда им знаки посылаю.
Слепые, что ли? Я не знаю...
А может видеть не хотят.
Они же ходят, точно спят.
В любовь их только окуну,
Смотрю, зат
Ежов Владимир
И Жизнь, и Смерть, то Божьи слуги,
Они же лучшие подруги.
И рядом, где-то там сидят,
И на людей всегда глядят.
Жизнь всё даёт нам с умилением,
А Смерть вздыхает с удивлением:
- Ты им даёшь, чтоб лучше стало,
А им всё мало, мало, мало!
У жадности предела нет,
Ты передай им мой совет.
Машины, деньги, всякий хлам,
Я это брать с собой, не дам!
И намотай, ты им на ус.
Любовь - их самый ценный груз!
Любовь - энергия Вселенной,
Она останется нетленной.
И Жизнь, печально улыбаясь:
- Так я твержу, так я стараюсь.
Всегда им знаки посылаю.
Слепые, что ли? Я не знаю...
А может видеть не хотят.
Они же ходят, точно спят.
В любовь их только окуну,
Смотрю, зат
Басня Ворона и Лисица. Современная версия
Ежов Владимир
Однажды Бог послал Вороне,
Не сыр, не сало, не хурму.
Он на вокзале, на перроне,
Купил Вороне шаурму.
Внутри Вороны заурчало,
Схватив подарок на лету.
Сказала: «Кар!», что означало:
«Спасибо, Боже, за еду!»
И в лес Ворона улетела,
И шаурму держа во рту,
На ель ближайшую присела,
Хотелось жрать невмоготу.
Лиса на запах прибежала,
И покрутивши головой,
Она внезапно увидала
На ветке дятла с шаурмой.
И чувство голода терзало,
И дружелюбно, как могла.
Сглотнув слюну, она сказала
- Здорово, дятел, как дела?
И гнев Вороны был понятен,
Так обзываться ни к чему!
- Да, ты сама, сама ты дятел!
И уронила шаурму…
Лиса довольно улыбнулась,
Вед
Ежов Владимир
Однажды Бог послал Вороне,
Не сыр, не сало, не хурму.
Он на вокзале, на перроне,
Купил Вороне шаурму.
Внутри Вороны заурчало,
Схватив подарок на лету.
Сказала: «Кар!», что означало:
«Спасибо, Боже, за еду!»
И в лес Ворона улетела,
И шаурму держа во рту,
На ель ближайшую присела,
Хотелось жрать невмоготу.
Лиса на запах прибежала,
И покрутивши головой,
Она внезапно увидала
На ветке дятла с шаурмой.
И чувство голода терзало,
И дружелюбно, как могла.
Сглотнув слюну, она сказала
- Здорово, дятел, как дела?
И гнев Вороны был понятен,
Так обзываться ни к чему!
- Да, ты сама, сама ты дятел!
И уронила шаурму…
Лиса довольно улыбнулась,
Вед
Комар-наглец
Ежов Владимир
Мой сон был внезапно нарушен,
А так замечательно спал.
«Какой восхитительный ужин!» -
Комар мне на ухо жужжал.
Он нагло ко мне подобрался,
Тихонько на руку присел,
И кровушки выпить собрался,
Давно уже, видно, не ел.
И злость меня так захлестнула,
Ладонь я занёс, как дикарь,
Но мысль в голове промелькнула:
"Не надо, ведь Божия тварь!"
Тихонько подул на бедняжку
И пыл его жадный унял.
Не стал убивать я букашку,
Грех на душу, в общем, не взял.
Мы стали, конечно, врагами,
Ведь пиру его был конец.
Вздохнув, улетел со слезами,
Обиделся, чую, наглец
Укрылся я вмиг с головою,
И сладко-пресладко зевнул.
И был я доволен собою,
И сразу, конечно, уснул.
А утром, когда
Ежов Владимир
Мой сон был внезапно нарушен,
А так замечательно спал.
«Какой восхитительный ужин!» -
Комар мне на ухо жужжал.
Он нагло ко мне подобрался,
Тихонько на руку присел,
И кровушки выпить собрался,
Давно уже, видно, не ел.
И злость меня так захлестнула,
Ладонь я занёс, как дикарь,
Но мысль в голове промелькнула:
"Не надо, ведь Божия тварь!"
Тихонько подул на бедняжку
И пыл его жадный унял.
Не стал убивать я букашку,
Грех на душу, в общем, не взял.
Мы стали, конечно, врагами,
Ведь пиру его был конец.
Вздохнув, улетел со слезами,
Обиделся, чую, наглец
Укрылся я вмиг с головою,
И сладко-пресладко зевнул.
И был я доволен собою,
И сразу, конечно, уснул.
А утром, когда
загрузка
Показать ещёЛевая колонка
О группе
- Как ты пишешь такие стихи?
- Я не знаю - отвечу вам сухо.
Просто кто-то сидит на плече,
И тихонько мне шепчет на ухо.
А как только ложусь на кровать,
Отдохнуть от забот и от суи,
Он мне шепчет: "Хорош уже спать!"
И диктует, диктует, диктует...
Скрыть информацию
Фото из альбомов