Предыдущая публикация
Фильтр
Новый год в СССР.
Дни новогодние настали,
А хлопотливых много дел.
Вам расскажу я, как встречали,
Мы Новый год в СССР!
Были родители живые,
Компания у всех была,
Отдельно были молодые,
Но все гуляли до утра.
И как бывает, что блин комом,
Что до сих пор смеюсь до слёз?
Ведь объявили всем знакомым,
Чтоб на гулянку, что-то нёс.
Но как нарочно сговорились,
Что все под «шубой» принесли.
А молодёжь, хоть водку пили,
Глядеть на «шубу» не могли.
Потом конечно, год от года,
Пришло за праздничным столом.
Сменили самогон на водку,
И оливье – упасть лицом.
Был холодец, всему основа,
И был ещё у нас кисель.
На ёлке вата, запах года,
Лежит нарезка – апельсин.
И хоть мы жили по талонам,
Было общение людей
Дни новогодние настали,
А хлопотливых много дел.
Вам расскажу я, как встречали,
Мы Новый год в СССР!
Были родители живые,
Компания у всех была,
Отдельно были молодые,
Но все гуляли до утра.
И как бывает, что блин комом,
Что до сих пор смеюсь до слёз?
Ведь объявили всем знакомым,
Чтоб на гулянку, что-то нёс.
Но как нарочно сговорились,
Что все под «шубой» принесли.
А молодёжь, хоть водку пили,
Глядеть на «шубу» не могли.
Потом конечно, год от года,
Пришло за праздничным столом.
Сменили самогон на водку,
И оливье – упасть лицом.
Был холодец, всему основа,
И был ещё у нас кисель.
На ёлке вата, запах года,
Лежит нарезка – апельсин.
И хоть мы жили по талонам,
Было общение людей
Путь к себе.
В одной деревне жил мужчина,
Был не бедным, не богатым.
Всегда уставший, по причине,
С утра работал, до заката.
Кормил семью, пахал и сеял,
И слушал жалобы жены:
- Я должен! - говорил себе он,
Под таким лозунгом он жил.
И вдруг стал толстым, не от лени,
И не от праздности людской.
А, от того, что ночью ел он,
Сухие фрукты, по одной.
Когда все в доме засыпали,
Он шел в сарай, садился, ел.
Засахаренные, как камни
И в небо звёздное смотрел.
Он думал, что спокоен в целом,
Ел ягоды он по одной.
Стал тяжелей не только телом,
Но и с тяжёлою душой:
- Ты стал чужим! - жена сказала,
И он согласен с нею был.
Он перестал смотреть в глаза ей,
Да и с детьми не говорил.
И вот однажды встретил
В одной деревне жил мужчина,
Был не бедным, не богатым.
Всегда уставший, по причине,
С утра работал, до заката.
Кормил семью, пахал и сеял,
И слушал жалобы жены:
- Я должен! - говорил себе он,
Под таким лозунгом он жил.
И вдруг стал толстым, не от лени,
И не от праздности людской.
А, от того, что ночью ел он,
Сухие фрукты, по одной.
Когда все в доме засыпали,
Он шел в сарай, садился, ел.
Засахаренные, как камни
И в небо звёздное смотрел.
Он думал, что спокоен в целом,
Ел ягоды он по одной.
Стал тяжелей не только телом,
Но и с тяжёлою душой:
- Ты стал чужим! - жена сказала,
И он согласен с нею был.
Он перестал смотреть в глаза ей,
Да и с детьми не говорил.
И вот однажды встретил
Натур - обмен.
Было время, самогоном,
Приторговывал народ.
И плевали на законы,
Бабка бизнес свой ведёт!
Клиентуру свою знает,
Долг под записи ведёт.
Яйца, сало принимает,
И бутылками расчёт.
Только бабы с нею в ссоре,
На пропой из дома прут.
Всё в проклятом самогоне,
Днём и ночью к ней идут.
Бизнес капает тихонько,
Мужики стали хитрей.
Да и бабушка довольна,
Конспирация теперь.
Как-то выпить захотелось,
Мужикам, а денег нет.
Голова на что имелась?
Провести натур - обмен.
Банки были – не проблема,
Помидоров – не собрать.
И работа закипела,
Закрутили – обменять!
Банку вымыл, помидоры,
С верху листьев наложил.
Маринады в трёхлитровой,
В обмен бабке предложил.
Воду брали из-под крана,
Соли не
Было время, самогоном,
Приторговывал народ.
И плевали на законы,
Бабка бизнес свой ведёт!
Клиентуру свою знает,
Долг под записи ведёт.
Яйца, сало принимает,
И бутылками расчёт.
Только бабы с нею в ссоре,
На пропой из дома прут.
Всё в проклятом самогоне,
Днём и ночью к ней идут.
Бизнес капает тихонько,
Мужики стали хитрей.
Да и бабушка довольна,
Конспирация теперь.
Как-то выпить захотелось,
Мужикам, а денег нет.
Голова на что имелась?
Провести натур - обмен.
Банки были – не проблема,
Помидоров – не собрать.
И работа закипела,
Закрутили – обменять!
Банку вымыл, помидоры,
С верху листьев наложил.
Маринады в трёхлитровой,
В обмен бабке предложил.
Воду брали из-под крана,
Соли не
загрузка
Показать ещёЛевая колонка
О группе
Поворинский поэт издал сборник «Украденные сны» В четвертую книгу Александра Кулагина вошли 87 стихов.
В четвертую книгу Александра Кулагина вошли 87 стихов.
Поэт из поворинского села Рождественское, 64-летний Александр Кулагин, издал книгу стихов «Украденные сны». Об этом корреспонденту РИА «Воронеж» сообщил сам автор в среду, 12 августа.
В четвертую книгу Александра Кулагина вошли 87 стихов. В основном это лирика, воспоминания автора о детстве, а также о взрослении внука-дошкольника.
– Искренне благодарен районной власти за оказанную помощь в печати 100 экземпляров книги. У меня уже готова подборка стихов и для пятого сборника, – рассказал Александр Кулагин.
- Администратор:
Скрыть информацию
Фото из альбомов