"Ва Банк"

На первый взгляд Вселенная безразлична. Галактики сталкиваются, звёзды взрываются, пространство расширяется с ускорением — и всё это происходит независимо от того, есть ли кто-то, кто на это смотрит. Человек кажется случайным наблюдателем на периферии грандиозного процесса. Но всё больше учёных задаются вопросом, который ещё недавно считался философским, а не научным: а что, если появление разума — не побочный эффект, а ключевой этап эволюции Вселенной? От хаоса к структурам После Большого взрыва Вселенная была почти однородной: горячей, плотной и лишённой сложных форм. Но малейшие квантовые флуктуации привели к появлению неоднородностей. Гравитация начала усиливать различия. Возникли первые звёзды, галактики, химические элементы. На протяжении миллиардов лет Вселенная делала одно и то же: создавала всё более сложные структуры, вопреки росту энтропии — локально, временно, но настойчиво. Жизнь стала продолжением этого процесса. Жизнь как стратегия Вселенной С точки зрения физики жизн

Каждую секунду мы летим сквозь космос. Земля вращается вокруг своей оси со скоростью около 1670 км/ч на экваторе — быстрее, чем пассажирский реактивный лайнер. Одновременно наша планета несётся вокруг Солнца со скоростью 107 000 км/ч, а вся Солнечная система летит через Галактику со скоростью более 800 000 км/ч. И всё же… мы этого не чувствуем. Мы спокойно стоим на месте, пьём кофе, не падаем, не ощущаем ветра, и кажется, что Земля неподвижна. Как такое возможно? Почему всё, что вращается с такой скоростью, не сбрасывает нас с поверхности, как с карусели? Ответ — в сочетании физики, биологии и интуиции, в удивительном союзе наших органов чувств и законов движения Ньютона. Если вы сидите в поезде, который движется равномерно и без тряски, вы не чувствуете движение. Вы чувствуете только ускорение — когда поезд начинает разгоняться, тормозит или поворачивает. Именно это ключ: мы чувствуем изменения скорости, а не саму скорость. То же самое происходит с Землёй. Она вращается рав

11 марта 1941 года Конгресс США принял исторический Закон о ленд-лизе (Lend-Lease Act). Его суть президент Франклин Рузвельт объяснил просто: «Если у моего соседа пожар, и у меня есть шланг, я не стану продавать ему этот шланг. Я дам ему шланг, чтобы потушить огонь, а потом заберу его обратно». Для Советского Союза, вступившего в войну через три месяца, этот «шланг» стал потоком стали, бензина, продовольствия и машин. Но за всеми эпическими цифрами о тысячах танков и миллионах тонн грузов всегда оставался практический вопрос: во что же реально обходилась Вашингтону эта беспрецедентная помощь, и был ли это чистый альтруизм или стратегическая инвестиция с конкретной отдачей? Давайте посчитаем не в тоннах, а в долларах и стратегических выгодах. Цена «шланга»: Как считали и что платили Первое и главное: ленд-лиз не был безвозмездным подарком. Это была государственная программа аренды, лизинга и поставок с отсрочкой платежа. Счет выставляли, но предъявлять его было решено только после вой

Интернет кажется нам человеческим изобретением — результатом прогресса, технологий, войн и глобализации. Но если взглянуть на историю более внимательно, возникает странное ощущение: Интернет появился слишком вовремя, развивался слишком быстро, и сегодня стал идеальным инструментом для наблюдения за человеческим видом. Почему самая сложная информационная система в истории цивилизации родилась не постепенно, а буквально скачком? Почему она охватывает планету с точностью до каждого человека? И самое главное — кому всё это может быть выгодно? Разберём тему спокойно и строго по фактам. Официальная версия: Интернет — это эволюция военной сети ARPANET, созданной США в 1969 году для передачи данных между университетами и лабораториями. Но здесь есть проблема: ни одно другое человеческое изобретение не развивалось такими темпами. Сравним: Интернету — 25 лет, чтобы охватить 5 миллиардов людей. Такой рост напоминает не естественную эволюцию технологии, а внедрение заранее продуманной системы,